Глава 42

Зачем ты создан, Купидон

С мальчишескою статью?

Тебе бы девочкою быть,

По моему понятью!

Ты поражаешь цель стрелой,

А девочка — глазами,

И оба счастливы, когда

Зальемся мы слезами.

В затее — мальчиком тебя

Создать, узнал я женщин руку:

Лишь возмужав, постигнешь ты

Глумленья сложную науку.

Уильям Блейк. «Купидон»

День выдался суматошным, богатым на эмоции, в основном негативные. Витор чувствовал, что держать себя в руках становится все сложнее. Трансформация могла произойти в любую секунду. Слуги, видимо, догадывались об этом и старались обходить раздраженного хозяина десятой дорогой. На вызов каждый раз появлялся только верный Дортунд, что еще больше бесило Витора.

Родители, осознав, что свадьба прошла, и даже относительно благополучно, не видели смысла сдерживаться и за утро поругались несколько раз. Мать язвила, отец рычал. Привычные к таким выплескам эмоций сестры под шумок старались утащить из замка хоть что-то, ту же позолоченную вилку. Но Алиса заранее поставила какое-то «заклинание», как она выразилась. И любая кража пресекалась ревом сирены, способной воскресить мертвого.

Услышав первый раз этот рев, мать вздрогнула и спросила, кого из врагов Витор закопал живьем.

Отметки такое «заклинание» тоже оставляло неслабые: две сестры красовались чернильными пятнами на лицах, еще две получили рисунки в виде уродливых шрамов на лбах. С подобными «украшениями» ни в одном обществе, приличном или нет, не примут.

— Через месяц все уйдет, не раньше, — отрезала Алиса в ответ на просьбу матери пожалеть жадных дур.

Она, как и Витор, готова была бросаться на всех и каждого, выведенная из себя общением с родителями вне стен замка.

— Сволочи, — высказывала она Витору, закрывшись с ним в своей спальне, — думают, к стенке прижали. «В нынешних обстоятельствах у тебя неделя, чтобы привыкнуть к мужу, а затем начнутся твои занятия», — передразнила она отца, и Витор словно воочию увидел императора вампиров. — Да плевала я на их занятия. Миров много. Прыгать по ним можно вечность. Когда мы наконец отсюда сбежим?!

Витор, забывший о своем желании постоянно оставаться в замке, был готов сбежать хоть сейчас. Но традиции следовало все же уважать.

— Пообедаем с родственниками и можем быть свободны, — ответил он, прикидывая в уме, что нужно будет взять с собой в путешествие по мирам.

— Кто тут останется?

— Мать и сестры точно. Остальные, включая их мужей и детей, разъедутся по домам.

— Мать я еще могу понять. А сестры твои что здесь забыли? Им «подарков» мало?

— Традиция. Вековая. Женщины из рода мужа должны научить молодую, как следует себя вести в роду.

— Да пошли они все, — от души пожелала Алиса.

И в этот раз Витор был с ней полностью согласен.

Алиса считала даже не минуты, секунды. Разговор с биологическими родителями вывел ее из себя. Постоянно всхлипывавшая мать, довольно искусно изображавшая из себя несправедливо обиженную женщину, в теплом домашнем платье лежала на широкой мягкой кровати под балдахином. В стене напротив уютно потрескивали дрова в камине. Алиса с отцом сидели в удобных, обитых красным бархатом креслах возле постели. Нахмуренный, резкий, жесткий, отец, привыкший приказывать, видимо, свято верил, что Алиса выполнит любую его волю.

— В нынешних обстоятельствах у тебя неделя, чтобы привыкнуть к мужу, а затем начнутся твои занятия, — так он начал разговор после того, как мать неохотно выпустила Алису из своих объятий.

— В каких обстоятельствах? — уточнила Алиса, тщательно сдерживая свои эмоции.

— Вокруг тебя слишком много лишних существ. Им надо дать понять, где твой дом.

«Место, Бобик», — перевела для себя Алиса и мысленно скрутила фигу. «Лишние существа», ее родные с Земли, были ей в разы дороже внезапно обретенных биологических родителей.

— Постарайся за выделенное тебе время поближе сойтись с мужем. Идеально будет, если ты понесешь от него. Потом у вас обоих останется не так уж много времени на личную жизнь, — отец говорил, говорил, говорил.

Алиса слушала молча, запоминая все сказанное.

К обеду она успела взвинтить себя и готова была разнести несчастный замок на кусочки. Под ногтями то и дело показывались всполохи. Алиса бесилась, с трудом скрывая настрой.

— Пятнадцать-двадцать минут, не дольше, — видя ее состояние, качнул головой Витор.

— Знаю, — дернула плечом Алиса. — Поубивала бы всех. Сволочи!

Видимо, впечатлившись демонстрацией всполохов под ногтями, родные Витора вели себя за столом практически идеально. Со стороны Алисы не было никого, и ее это искренне радовало: не нужно будет прощаться и объяснять свой побег. Витор сообщил, что слугам даны четкие инструкции, что именно и когда говорить, а значит, потерять молодых ни мать, ни сестры не смогут, по крайней мере, в ближайшее время.

Выйдя, наконец, из-за стола под руку с Витором, с оскалом вместо улыбки на губах, Алиса поспешила в свою комнату. Забрать собранные вещи, открыть портал — и вот она, желанная свобода!