Глава 8

Глава 8

Явление героя

Несколько минут я простояла на улице смотря на оживленных пешеходов, и пытаясь понять в какой стороне та самая площадь.

— Извините, не подскажите, — подступилась к одному из прохожих. Высокому строгому дядьке в черной шляпе, черном костюме, с тростью в руке.

На меня сурово глянул, и не сказав ни слова пошел дальше. Я отступила назад к решетке академии.

— Ищите чего? — подошел ко мне привратник Серж.

— Мне бы на северную площадь. Сказали не далеко.

Хряк в затылке почесал.

— Это кто же вас так обманул? — Вздохнул. — До северной площади отсюда пешком не меньше часа добираться будете. Это же нужно в другой конец. Мы сейчас на южной стороне города. Вам прямо, потом свернуть, потом… Леди ведьма, давайте я вам лучше кэб остановлю.

Я не стала отказываться. И уже через минуту сидела в мягком салоне двухместного экипажа. Кэбы Магиктауна значительно отличались от тех, на которых я ездила в своём маленьком городке. Эти были с мягкими диванчиками, закрытые, с аккуратными шторочками на окнах, с мирно покачивающимися на уголках крыши фонарями.

Две крепкие лошадки уверенно тянули кэб по мостовым, отстукивая копытам по мощеным камням.

Я смотрела в окно. По тротуарам шли люди. Завлекали яркие витрины салонов и ресторанчиков. На нескольких перекрестках я видела усатых регулировщиков.

Поворот и снова улицы, витрины, люди.

Чем дальше мы ехали, тем меньше их становилось. По всему, северная часть города была менее людна.

Кэб свернул, потом еще раз, и еще…

Меня укачивало. Я прикрыла глаза, откинувшись на мягкие подушки.

Морфей прикрыл меня мягкой лапой. В салоне было тепло и пахло травами. Какими-то успокаивающими…Очень успокаивающими. Через пару минут, я ощутила будто лежу в цветущем поле.

Хорошо.

Мягко.

Тепло.

Свет солнца бьет в глаза.

Свет…

Я глаза распахнула. Оказалось, что уснула и чуть съехала головой к окошку, и теперь мне в глаза и правда бил свет. Свет горящего на углу кэба фонаря!

Ночь!

На улице была ночь!

Сколько же я проспала? И где я?

Всмотрелась в темноту. Ни вывесок, ни людей… Деревья. Темными силуэтами в лунном свете стояли в десятке шагов от обочины.

«Божички ты мой», — как любила говорить моя помощница. Да мы же уже за городом!

Я распахнула оконце и, выглянув, выкрикнула кучеру.

— Извините, куда мы едем?

Он молчал.

— Эй! — позвала я. — Будьте добры, остановите сейчас же!

Снова тишина. В раскачивающемся свете фонаря и гулком стуке колес о камни, она казалась зловещей.

— Сейчас же остановите.

Вместо ответа тишину разорвал свист хлыста и лошади сорвались в бег.

Экипаж ощутимо затрясло.

— Остановите! — истошно закричала я. — Вы меня слышите!

Кучер шелохнулся. Наклонился и я увидела его лицо.

Изначальная мысль была заорать. Потом, а не поседела ли я, ибо жуть.

На меня смотрела невообразимо страшная нечеловеческая морда. Мертвецки бледная, искаженная. Под дрожащей толстой губой выделялись клыки, глаза горели красным. И эти глаза ничего хорошего для меня не предвещали.

— Что б ты сдох! — выдавила я первое, что легло на язык. Хотя, о чем я? Он и так мертвяк. — Что вам надо от меня?

— Жизнь твоя! — прохрипел мертвец. — Отжилась, ведьма!

Ох, не нужно такие вещи мне говорить. У меня реакция быстрее мозга. А еще чувство самосохранения очень сильное.

«Убивают!» — эта мысль была, но, после того, как я совершенно не думая о последствиях, всем телом ударила в дверь. На секунду увидела, как изменилась, став удивленной, морда упыря. А потом я, на полном ходу экипажа, выпрыгнула из кэба.

В лицо, глаза и рот тут же полетела земля. Руки обожгло от боли сдираемой до мяса кожи, колени будто вывернули, ребра затрещали. Я кубарем летела по обочине собирая собой землю, и отчаянно прощаясь с жизнью, которую пыталась до того спасти.

Мне повезло.

Остановилась у куста, вцепившись в тонкие ветки руками и содрав, казалось, последнюю кожу.

Где-то впереди послышался злой рык упыря и ржание резко останавливаемых коней.

Я, не понимая почему до сих пор жива, поднялась.

Вот ей богу, я должна была себе все на свете переломать! Только думать об этом было некогда, снова послышался озлобленный рык.

Я бросилась бежать. Ноги не слушались, колени болели жутко. Последние пытались подвернуться и каждый шаг отдавался болью. Мало того, я путалась в собственном рваном, после падения, платье. Левая рука висела плетью. Воздух вылетал со свистом из разбитых губ.

Я, превозмогая боль, и удивляясь собственной живучести, неслась в лес за обочиной. Спотыкалась, падала, и снова поднималась. Слышала, как позади доносится тяжело переваливаясь за мной гонится упырь.

— Стой, ведьма!

— Ага, щас! — выкрикнула и прыти прибавила.

— Стой, дурочка! — показалось ли, что голос заметно изменился? Да какая разница! Главное, убежать.

И я неслась так, что в ушах свистело.

«Вот уж не думала, что ведьмы так бегать умеют. Мне бы ступу», — подумала мимоходом.

— Стой, сказал! — крепкая рука ухватила за плечо и под мой яростный вой, с такой силой дернула назад, что на секунду весь мир и деревья, закружились в бешеном вальсе перед взором.

Я, ничего не понимая, билась и сопротивлялась.

Глаза застилали слезы ужаса и отчаяния. Меня нагло закинули на плечо. Успела уловить, что на удивление мертвяк пользовался хорошим парфюмом. Но плевать чем там пользуется «упырь», я, не раздумывая впилась ему в спину зубами.

Тот выругался мрачно и, скинув на землю, еще не пришедшую в себя меня, отвесил мне громкую пощечину.

— Успокойся, бешенная!

Мир сразу же встал на место, вальс леса прекратился, слезы молниеносно высохли.

Я замерла, смотря на «упыря».

Несколько раз удивленно хлопнула глазами. Надо мною возвышался… граф Костин Марел. Он смотрел на меня зло. Очень-очень зло, будто размышляя, сейчас меня отправить в ад, или отомстить за нанесенный укус.

— Вечно ты куда то бежишь, — проговорил глухо. И голос совсем не добрый. — Сказали тебе, остановиться! Ты зачем на ходу из кэба выпрыгнула?

— Вы меня убить хотели! — брякнула я.

— Я?! — У графа глаза нехорошим огоньком сверкнули. — Вот спасибо! Спасай после этого зарвавшихся ведьм-шарлатанок. Если не забыла, мне пообещали шею свернуть, если с твоей головы хоть волосинка упадет.

Я дракону не поверила. И всем своим видом это показала, глаза сощурила и губы поджала.

— Ты не представляешь, — прошипел Костин, склонившись ко мне. — С каким бы наслаждением я тебя убивал… Я бы растягивал это удовольствие, я бы смаковал и упивался…

Меня от этого откровения заметно лихорадить начало. А граф еще и руки довольно потер.

Да он маньяк! Ей богу, самый настоящий дракон-маньяк!

Граф губы растянул в довольной улыбке.

— И я обязательно дождусь этого момента.

Выпрямился, откашлялся и продолжил.

— Но не сейчас. Я видел, как ты из академии выходишь. Проводить решил…

— И в подворотне придушить, — просипела я, до сих пор не верящая ни единому драконьему слову.

Он поморщился.

— Подворотня? Примитивно. Я бы нашел нечто более изощрённое. Но пока еще не время. Мне моя шкурка дорога, чтобы из-за твоей, паршивой, её портить. Да к тому же, я не теряю надежду занять пост ректора.

«Паршивая шкурка?!»

Меня трясти перестало, и я даже подавилась от обиды.

Что себе позволяет этот зарвавшийся дракон?!

Я резко поднялась, чуть не скрипнув при этом от боли зубами. Колени заныли с новой силой, и голова заболела. Лицо горело невыносимо, содранное о камни и землю. Левая рука опухла и не шевелилась вовсе. Я набрала в легкие побольше воздуха и выплюнула в лицо дракону

— Во-первых, я вас о помощи не просила…

— Угу, — злобно хмыкнул граф. — Ты в курсе, что если бы не адское здоровье, данное каждой ведьме преисподней, твои косточки по всей обочине можно было бы собирать! Но даже учитывая поддержку ада, навряд ли бы ты выжила после отрывания головы упырем.

Я носом шмыгнула, четко осознавая, что в этом несносный дракон прав. Но гордо насупилась и продолжила.

— Еще не ясно, может вы и подослали ко мне мертвяка! И вообще, — ногой топнула и едва не взвыла. Уже сквозь прорывающиеся слезы договорила. — Перестаньте мне тыкать! Мы с вами с одной чашки не ели, и на брудершафт не пили!

Граф сверкнул на меня глазами.

— Ты не только шарлатанка, свалившаяся на мою голову, но еще и полная дура. Сама подумай, выходит, я сначала подослал упыря, а потом спас от него же.

Я продолжала смотрела на графа с вызовом. Он хотел еще что-то мне сказать, но посмотрел на катившиеся по моим щекам несдержанные слезы, и рот захлопнул.

Его лицо нервно исказилось.

Он порывисто отвернулся и, махнув мне рукой, приказал.

— За мной иди! — направился к обочине.

Идти за графом мне не хотелось, но оставаться в темном лесу было страшно. И я неуверенно направилась следом. Сделала несколько шагов и поняла, что идти попросту не могу.

Пока я чувствовала упыря за спиной, ноги сами несли вперед. Теперь же, у меня попросту сил не было и боль была настолько сильная, что мне саму себя жалко стало.

Граф услышал, как я остановилась, повернулся. Смерил меня внимательным взглядом. Подошел и уверенно подхватил на руки.

Гордость и обида, нашептывали, что нужно сопротивляться.

Только как? Руки не двигаются. Ноги онемели. Может снова укусить?.. Нет, я слишком устала, хотела домой, и чтобы тело болеть перестало… А у графа руки были теплыми, а я озябла. Еще от него парфюмом хорошим пахло. Ненавязчивым, явно дорогим. Очень приятным.

И сам он выступил во всей этой ситуации как герой.

Я зубы сжала.

Черт! Вот же не хватало на мою многострадальную голову еще и графа маньяка-героя.

Все же посмотрела на его лицо украдкой. Уверенное и чуть угрюмое. В темноте ночи слишком привлекательное. Хотя, если помнится, он и в свете дня неплохо выглядит.

«Тьфу, ты! Стоп, стоп! Всем нравятся плохие мальчики. Граф, точно, плохой. Очень-очень плохой. И он от меня избавится с превеликим удовольствием, как только возможность будет. Так что… А все же как жаль, что у нас изначально не заладились отношения».

Я взгляд опустила, начав внимательно собственные руки изучать.

Граф нес меня молча. Остановился у пустого кэба. Лошади нервно передергивали ушами косясь в сторону дракона.

— Вернемся на этом в город, — мрачно сказал Костин Марел и меня, молчаливую, усадил на диванчик. Мягонько так усадил, осторожненько.

Я в очередной раз вздохнула. Вот так-так! Не просто герой, а еще и джентльмен!. Вот чем не принц? Вот только принц то точно не мой, да еще и злобный.

— А куда делся кучер-упырь?

— Не ваше дело, — резко ответил граф снова переходя на «вы».

А потом, пристроился поближе, нагло задрал мне платье выше и, не дожидаясь моего возмущение, совершенно бесцеремонно положил руки на мои многострадальные колени.

— Ни слова! — предупредил грозно.

Я молчу. Терплю наглые прикосновения и молчу. Спорить с драконом, находясь с ним один на один на пустой дороге себе дороже. Я все-таки жить хочу.

Молчу.

Он осторожно пальцами по разодранной коже провел.

У меня дух захватило и сердце начало отбивать тревожный ритм.

«Эй, эй, что он делает?»

Только подумала, как по коже пробежала теплая волна, заставившая меня невольно громко выдохнуть. Потом еще одна. Сердце забилось отчаянно словно попавшая в силки птица. Дракон голову поднял и на меня посмотрел улыбаясь. Глаза его заблестели.

Я точно попала. В силки. Еще и какие.

«Вот же черт, — подумал с тоской. — Он просто дьявольски обаятельный и если бы не ситуация…». Додумать не успела.

— Готово, — произнес граф и руки убрал. Я даже пожалела, что он это сделал. Потому что руки у него мягкие и нежные.

— Боли больше не будет, — добавил Костин склонившись ко мне и обдав ароматом своего парфюма. У меня от близости дракона голова закружилась.

Я с трудом перестала пялиться на графа и посмотрела на колени. На них не было и намека на кровоподтёки. Да и боль из тела, действительно, пропала. Даже рука снова приобрела способность двигаться. И если бы не порванное платье, и сбитые в хлам волосы, то чувствовала я себя хорошо. Наверное, я бы даже сказала: «Спасибо», графу. Но тот все испортил.

— Алкея, вы выглядите ужасно.

Я взгляд на него удивлённый вскинула.

Он в глаза мне насмешливо смотрел.

«И где я успела увидеть в нем обаяние? Да он же насмехается надо мной!»

Я губы поджала и отвернулась. Граф отстранился, дверь прикрыл. Кэб чуть покачнулся, когда Костин Марел взбирался на место кучера.

Послышался резкий щелчок кнута и кэб, дернувшись, начал разворачиваться.

«И отчего я решила, что это граф подослал упыря? — думала смотря в темное окно. — Я же нужная ему, чтобы ректором стать. Может стоит попробовать наладить отношения с драконом. Ну и пусть характер несносный. Но мы нужны друг другу, это точно. Худой мир лучше, чем хорошая война».

— Вам нужно отдохнуть, — донесся громкий голос графа.

Попробуй здесь отдохни. Я вздохнула. И тут же уловила тихий едва слышный шепот. Слова тягучие, нечеловеческие, тянувшие в сон.

«Он меня что усыпляет? Ну уж нет… Нет…», — последнее, что я успела подумать.