7

Странное ощущение. Несколько часов назад я рвала и метала, искренне желала, чтобы мой муж не кусал, а грыз свои локти, чтобы стёр колени в кровь, валялся у меня в ногах и умолял… а теперь мне как будто всё равно.

Что происходит?

Я вышла из здания, подошла к машине, обернулась, глянула на окна и увидела, как шелохнулась белоснежная штора в окне спальни. Марк притаился. Не бежит, не упрашивает, а прячется за шторой. Это так… даже не знаю как. Мелко, что ли.

Усмехнулась. Пусть смотрит, как я уезжаю от него навсегда.

Села в машину. Положила ладони на руль. Глянула на часы.

— Ну, что — все дела на завтра, — произнесла любимую фразу, которую говорю, когда уставшая, заработаюсь допоздна в своём кабинете.

Завела мотор и поехала назад, к Ларе. Сегодня буду у неё ночевать.

Полночи мы с подругой проговорили о жизни и том, что все мужики — козлы, и нет среди них ни одного идеального. Вот ни одного.

--

Утром я рано уехала. К самому открытию суда. Быстро, без проволочек написала заявление. Даже рука не дрогнула.

Такое ощущение, что это обычная форма, которые я заполняю каждый день на автомате.

А когда вышла из здания, то реально испытала чувство облегчения. И в который раз за вчера и сегодня пожалела, что не сделала этого раньше.

На работу приехала к десяти. Иду по офису уверенной походкой, а все на меня смотрят и кажется, что смотрят как-то не так.

Или у меня внутри все ощущения поменялись, или действительно что-то не так.

Алевтина меня увидела, подскочила с места. Схватила папку и за мной в кабинет.

— Они ушли, — без приветствия кладёт красную папку на стол.

Я остановила движение. Хотела скинуть жакет, что-то жарковато в офисе, но зависла.

— Ушли? — строго смотрю на помощницу.

— Да, презентация не понравилась, и они рассчитывали на ваше присутствие. Потом какие-то отговорки…

— Так… — я всё-таки стянула жакет, — а что именно не понравилось?

— Я не знаю, — она пожала плечами и поправила очки.

— Они что, не объяснили, сейчас я позвоню и верну их… — я потянулась к сумке за телефоном.

— Можете не стараться, — худые плечи Алевтины снова дернулись.

— Почему? — не поняла я.

— Они сразу пришли с таким настроением. И слушали, как бы, явно не собираясь соглашаться. Переманили наших клиентов. Я узнала от одного человека… короче, узнала от конкурентов, что им предложили более выгодную сделку.

— Насколько выгодную? — во мне включилась хватка хищника, за клиентов я готова бороться.

— Вроде бы процентов на пятнадцать и условия более выгодные и пластичные.

— Так, — я немного постояла, положив ладони на стол, а потом взялась за жакет и надела его снова, — так дело не пойдёт.

Взяла сумку и пошла из кабинета.

— Пойдёте уговаривать?

— Уговаривать? — я обернулась и усмехнулась, — Ещё чего. Они сами прибегут. Вот увидишь! — подмигнула Алевтине.

— Удачи, — она радостно улыбнулась.

Знает меня. От меня клиенты не уходят, наоборот, приходят ко мне после кого-то, чтобы исправлять косяки провальных рекламных компаний.

И я пошагала по офису в обратную сторону, под довольными взглядами моих сотрудников. Они-то точно понимают: не будет жирного клиента — не будет жирной зарплаты. Они у меня все на ставке и на дополнительных процентах от сделок. Нет сделки — нет хороших бонусов к ставке.

Через полчаса уже стою у кофейного автомата возле офиса руководителя в косметической компании. Вижу выходящего из-за угла мужчину и тут же начинаю давить на кнопку, но, конечно же, не на ту, что нужно.

— Да, чёрт побери, что за аппарат! — резко поворачиваюсь, — О, простите, где бы мы ещё встретились, — приветливо улыбаюсь седому мужчине, помощнику генерального директора.

Томский его фамилия. Тот самый, который как раз вчера приходил слушать мою презентацию.

— О, госпожа Бережная, очень рад вас видеть. Жаль, вчера не удалось пообщаться.

— Александр Борисович, ох, не думала, что встречу вас тут. А я, как раз от клиентов иду. Вам, я слышала, наша концепция не понравилась. А тут как раз другая косметическая компания заинтересовалась именно этой концепцией, — я потрясла перед его глазами красной папкой, — Им прямо в точку, то, что нужно. Идеально. Ну, вот, чтобы не пропадать моим бессонным ночам, мы им и скидочку в двадцать процентов, и условия расписали идеальные…

— Так, подождите, а мы ведь официально ещё не отказались, — глядя на папку в моей руке, он сдвинул брови на переносице.

— Да? А моя помощница сказала… может быть, она что-то напутала, простите.

— Нет, мы сказали, что подумаем, проконсультируемся, — он стал серьёзен.

— Ну, раз так. Просто, понимаете, ваши конкуренты, они уже сегодня вечером внесут тридцать процентов предоплаты.

— Погодите, я переговорю с генеральным и сразу вам отзвонюсь.

— Ясно. Хорошо. Только, Александр Борисович, прошу, если можно, — я глянула на часы, — в течение часа. Не позже. Понимаете, время — деньги…

— Я понял. Сейчас сразу и зайду к генеральному.

— Окей, жду звонка, — я потрусила у него перед носом папкой, как будто в ней всё золото мира, которое он прямо сейчас упускает.

— Не задержусь, — он натянуто улыбнулся и пошел прямо к генеральному директору.

Ещё не успела доехать до офиса, когда мне позвонил Томский и сказал, что наша компания устраивает их во всех отношениях, напомнил про скидку, но я сказала, что сойдёмся на пятнадцати процентах скидки, чтобы никому не было обидно.

Когда я вошла в офис, сотрудники аплодировали мне стоя.

— Они уже внесли предоплату, — хихикает Алевтина.

Хоть мы и потеряли немного в деньгах, зато не дали уйти клиентам, которых мы обязательно сделаем постоянными. Такая моя стратегия.

— Браво! — даже крикнул кто-то за спиной.

У самой двери в свой кабинет я обернулась.

— Друзья мои, никогда не сдавайтесь, даже если вам кажется, что потеряно почти всё…