Глава 29

Он не выглядел как демон, скорее, как божество. Всесильное, могущественное и устрашающее. Его глаза горели огнем, позволяя рассмотреть каждую прожилку на радужке так четко, что можно было потерять чувство времени изучая их узор.

Ладони опустились на бедра и мягко скользнули вниз, подхватывая под коленями и заставляя поднять ноги, ставя ступни на стол. Я хотела бы их свести, чтобы прекратить ощущать портящее все смущение, но Инк даже не опустил взгляд, смотря мне прямо в глаза.

Кончиками пальцев он пробежался по животу, накрывая небольшой холмик снизу, и прижал подушечки к сокровенному местечку, легонько нажимая на точку в вершинке складочек, разводя их чуть в стороны.

— Прошу…

— Тшшш…

Вновь не дал мне договорить, и погладил ощутимее, сильнее нажимая на пульсирующую под чужими пальцами плоть. С каждым его прикосновением, внизу все сильнее начинало гореть, все нетерпимее и требовательней становилось тепло, растекаясь под кожей невероятной жадностью. Я не могла решить, что я хочу сильнее — прекратить или продолжить.

Меня мучало любопытство, подгоняемое новорожденным желанием, но мораль и незнание тормозили, ровно до тех пор, пока мужские пальцы не соскользнули ниже, мягко поглаживая вход в лоно. Он было влажным, и от осознания я смущенно вдохнула, а демон приглушенно зарычал, продолжая неотрывно смотреть мне в глаза.

— Закрой глаза. — Сказал он, но я только сильнее их распахнула. — Сейчас же Мимирель.

Стоило только опустить ресницы, как что-то неуловимо изменилась в следующую секунду пронзая меня такой стрелой непередаваемых эмоций, что я протяжно застонала, не сумев проглотить рвущейся звук зародыше.

Инк опустился на колени, и прижался губами к промежности, ударяя кончиком языка прямо по той точке, что набухла и превратилась в бугорок, заставляя меня ахнуть и заскрести ногтями по поверхности столешницы.

Вот чего он добивался в прошлый раз. Вот каких эмоций требовал от меня.

Внутри все переворачивалось, и я будто ребенок добравшийся до полки со сладостями, повела бедрами, даже не зная куда больше, навстречу или наоборот, ускользая. Но Инку хватило и этого.

Он сильнее сжал их пальцами и куда более ненасытней принялся порхать языком по нежной коже, изучая, интригуя, распаляя огонь что горел внутри. Мне казалось, что так нельзя, это уже слишком, но с каждой минутой узел в паху скручивало все сильнее, и я уже не в силах держаться, дрожала в его руках, только вскрикивая и закусывая собственные пальцы.

А ему будто было мало.

Только раз он оторвался и поднял рогатую голову, ловя мой растерянный взгляд, для того чтобы демонстративно облизнуть губы, поблескивающие от влажности.

— О, боги…. — Шепнула, и закрыла глаза так плотно, что стало больно, понимая, что происходит, что-то больше чем все что было до. — Инк!

И будто по щелчку мужчина прекратил, отрываясь и поднимая глаза, с томной и развратной улыбкой на лице.

— Мммм… Неет, — Простонала я, плаксиво всхлипнув, понимая, что теряю нить с этим ощущением, которое казалось так близко.

— Скажи, что хочешь еще.

— Иииинк…

— Скажи.

— Прошу. Еще. — Собрав всю волю и храбрость, что у меня была, выдохнула я, и потерянное ощущение вернулось, с удвоенной силой, ударяя в меня так крепко, что я распахнула губы, забывая, как дышать.

Вытянувшись лозой, я поняла, что мои ладони пойманы в плен и их аккуратно укладывают на чужую голову, заставляя схватиться пальцами за волосы, чтобы оставаться в сознании. Грудь толчок подбрасывает вверх, и я громко вскрикиваю, срывая голос и медленно выдыхая. Будто кипятком ошпарили и сахар пропитался под кожу, горячими стеклянными крошками растекаясь по венам пламенем.

Это невыносимо, и каждое касание выбивает из колеи, потому как я судорожно зарываюсь пальцами в его волосы и тяну ближе, к себе, переставая понимать в какой момент мое смущение распалось на части, открывая страстную, жадную натуру, которая развратно наслаждается оральными ласками демона.

Но стало не до всех этих мыслей.

Горло сдавил спазм, и я выгнулась дугой, едва не оттолкнув от себя мужчину, который вовремя сдавил меня сильнее, удерживая на месте и продолжая откровенно и влажно вылизывать мое лоно, но ядовитых мурашек, что колющей болью прошлись по моим руках, когда я пальцами обхватила его рога и с громким криком провалилась в воздушное пространство.

Меня словно сломало и собрало заново. Чистую, свежую, счастливую. Тело расслабленное, немного уставшее и ноющее от приятной усталости, и на губах расплывается незваная улыбка, которою я пытаюсь спрятать ладонью.

Но мне не дают.

Инк поднимается на ноги и склонившись отнимает мои пальцы, целуя меня в самый центр ладошки. Напоминая, что он все еще здесь и так близко, что может закончится дыхание, сгорев в воздухе.

Его глаза все еще сияют, но уже не так ярко, как несколько минут назад, и он смотрит прямо на меня, кончиками пальцев касаясь румяной кожи моей щеки.

— Еще раз?

— Что?

— Давай еще разок. — Улыбается, словно кот обожравшийся сметаны. — Ты так сладко кончаешь.

Сглатывая ком вставший в горле, я падаю с неба на землю о жесткую реальность, вспоминая что мужчина успешно двигается к своей цели, которая была ясна еще с первой нашей встречи.

Поймав тень в моих глазах, улыбка исчезла с его губ, а между темных бровей залегла хмурая складка.

— Мимирель, нет, ты не то подумала.

— Все я правильно подумала, Инк. — Я дернулась в сторону, и мужчина отпустил, позволяя мне сесть и спрыгнуть со стола, прикрывая голую грудь руками и завешивая полотном волос лицо.

— Ничего не правильно.

Не слушая, я собрала свою одежду с пола и быстро, отвернувшись к нему спиной, одевалась, стараясь победить легкую ткань дрожащими пальцами.