Глава 27

Дарий стоял на веранде с бокалом в руке, всматриваясь в звездное небо. Процесс пошел быстрее, чем он предполагал, все складывалось гладко, и надо бы испытывать чувство триумфа или хотя бы просто радости. Нет, сегодня все призраки прошлого ожили, затуманивая разум. Даже сейчас звезды причудливо мельтешили перед глазами, складываясь в ее портрет.

В мыслях он обращался к звездному видению: «Отпусти меня!». И казалось, она отвечала, заливаясь своим заразительным, слишком громким смехом: «Никогда!», и весело подмигивала.

Он закрыл глаза, прогоняя образ. Сегодня Дарий играл простачка, улыбался, вел беседы с волками, заставлял поверить, что распри забыты. Пусть уверуют в свою безопасность, и окончательно расслабятся. Сколько сил и энергии ушло, чтобы скрыть свою ненависть, излучать доброжелательность, когда вся суть содрогалась от нечеловеческой боли.

Сейчас его покой нарушат, вампир даже не оборачивался, узнав по шагам, кто приближается, известна была ему и тема беседы. Пресно, скучно и неинтересно, оборотни слишком предсказуемы.

— Получил что хотел? — за спиной раздался смешок.

- Нет, еще не получил, — вампир открыл глаза, и вновь посмотрел на небо.

— Свадебку сыграли, все четко идет как по нотам. Думаю, пора оценить мои старания! Без меня фиг бы у тебя все так гладко прошло! — собеседник был явно в приподнятом настроении.

— Не приписывай себе чужих заслуг. Все бы случилось и без твоего участия. И смею заметить, оно было мизерным, — алчность — порок, погубивший многих, а оборотень был ослеплен им. Даже не позаботился об элементарных мерах безопасности. Дарий мысленно усмехнулся: «Нетерпеливый глупец!».

— Дарий, не сильно ли ты нос задираешь? Могу ведь и спутать карты! Так, что завязывай со своими выкидонами, и давай дружить, как раньше! — собеседник перешел на шипящий шепот.

— Когда ты сделаешь что-то стоящее, мы поговорим о вознаграждении. Думаешь разумно в твоем положении угрожать мне? — на миг легкая улыбка тронула губы вампира. — Не буду уточнять, что с тобой сделают в стае, если я случайно обмолвлюсь о твоих «подвигах», — Дарий впервые бросил короткий взгляд на собеседника. Волк вздрогнул и отступил на два шага назад.

— Ну, ты чего! Я только пошутил маленько! Как скажешь, так и будет! — в голосе ощущался страх, неприятный, трусливый, позорный.

— Дамир, было приятно побеседовать. Полностью солидарен с вами, праздник впечатляет! — довольно громко произнес вампир, вежливо кивнул головой, широко улыбнулся и покинул веранду.

***

Вардан ощущал себя клоуном на цирковой арене. Стойко терпел насмешливые взгляды членов стаи, старался не обращать внимания на их любопытные перешептывания. Понимая — это только начало. Все жаждали подробностей, как уживается будущий альфа со своей не совсем живой женой. Не отвертится он и от расспросов друзей, которые в ближайшее время пожалуют в его дом.

Еще больший дискомфорт доставляли упыри. Его родовое гнездо было заражено тварями, в каждом углу он натыкался на вампиров. Кровь бурлила в жилах, требуя уничтожить нечисть. Чтобы хоть как-то сдержаться Вардан пил, и старался не смотреть по сторонам.

Николь встала и направилась куда-то. Первым порывом было дернуть ее за руку и заставить сидеть на месте. Он ляпнул про танец, а тело мгновенно отреагировало болезненным желанием. Воображение тут же нарисовало картину, как он прижимает ее тело к себе и кружит по залу. Стоп, он совсем ополоумел! Какие еще танцы? Ни разу в жизни, ни с одной самкой он не желал подобного. Койка, дикое спаривание и довольно!

Нужно немедленно поговорить с колдуном! Слишком много вопросов, слишком много непоняток! Пробежав глазами по залу, он нашел старика в углу, в неизменной мантии и капюшоне, закрывавшем лицо. Решительно встал, и направился к нему.

— Надо поговорить, давай выйдем! — тронул за плечо колдуна, который как-то странно раскачивался из стоны в сторону.

Старик еле заметно кивнул, поднялся, кряхтя и прихрамывая, вышел из зала, прошел по коридору, даже не оглядываясь на следовавшего за ним оборотня. Только покинув дом, отошел на довольно приличное расстояние и повернулся.

— Слушаю тебя, Вардан, — в руках он неустанно перебирал какие-то камни с начертанными на них рунами.

— Сними с меня чертову магию! Вампирша, с ней что-то происходит! Мой разум отравлен! — он выпалил все, не зная с чего начать.

— Происходит… — растянуто протянул старец.

— На ее кожу сегодня попали солнечные лучи… — он не успел договорить, как костлявый палец лег на его губы.

— Не говори. Не тут. Она тоже это чувствует? — колдун поднял голову, капюшон немного приподнялся, открывая взору волка пытливые старческие глаза, почти полностью прикрытые кустистыми бровями.

— Вроде нет, — он пожал плечами. — Даже спросил невзначай.

— Слушай мне внимательно сынок, приезжай ко мне один, на днях. Не давай ей общаться с вампирами, ты должен оберегать ее, ради сохранности своей стаи! — старый оборотень затрясся, словно в каком-то странном припадке.

— О чем ты? Что происходит? — сердце Вардана начало бешено колотится, необъяснимая тревога прокрадывалась в душу.

— Потом. Не тут. Сделай, как прошу. Она сейчас в беседке иди туда, — колдун указал трясущейся рукой в направлении аллеи, опустил голову и направился к дому.

Вардан не стал медлить и быстрым шагом пошел к беседке. Немного приблизившись, увидел два силуэта, которые стояли слишком близко друг к другу. Вот значит, кто ее любовник! Это его она оплакивает!

Пусть этот брак всего лишь договор, но терпеть еще один позор, на собственной свадьбе обзавестись рогами — это перебор! Оставить мужа и при всех отправится к любовнику, такого позора волк стерпеть не мог.

Тут дело принципа. Если ему была отдана вампирша, то он не потерпит упырей рядом с ней. Никто не посмеет прикоснуться к его собственности, пусть и навязанной. Мысль, что какой-то кровосос входит в нее, и вовсе ослепила оборотня, глаза застилало кровью, гнев вытеснил любые здравые мысли.

Они слышали его приближение, он не сомневался, и даже не подумали отпрянуть друг от дружки. Выпалив гневную тираду, Вардан почувствовал, что зверь выходит наружу, еще немного, и он разорвет упыря. Он хотел крови, смертью врага стереть свой позор.

Вампир был худосочным хлыщом, с длинными волосами, убранными в хвост, и пугающими глазищами. Что она в нем нашла? Более отвратного упыря волку еще не доводилось видеть в жизни.

— Мы просто беседуем, мне не понятна причина вашей гневной тирады, — нахал, вышел вперед, загораживая собой Николь. — К сожалению, я был занят и не смог вовремя прибыть на банкет. Я Рафаэль, будем знакомы, — тихий голос, как ножом резал по барабанным перепонкам, взгляд фиалковых глаз, вызывал головную боль.

— К чему ваш спектакль, мне непонятно! — подала голос женушка.

— Так чего прячетесь, как заговорщики? Опоздал, так зашел бы сразу в дом! Она моя жена, если ты еще не понял. И что там было у вас в прошлом, забудь. Иначе никакой мир меня не остановит, разорву в клочья твою худосочное тельце! — волк сжал зубы до скрипа. Упыри хитрые, ушлые, жаль он не застукал их в более компрометирующий момент.

— Непременно последую вашему совету и пройду в дом. Простите мою откровенность, но если жена упоминает другого на брачном ложе, то мужу стоит винить в первую очередь себя, — нутро волка кричало об опасности. Этот кровосос — источник его многочисленных проблем в будущем.

— Что там такое?! — встревожено, громче обычного воскликнула вампирша, указывая рукой куда-то в темноту.

— Хрипы, кровь… — монотонно произнес упырь.