Глава 12
Они не виделись неделю, и за это время Федор почти забыл, как она хороша. Но вот теперь Кристина стояла перед ним в голубом платье и белоснежном плаще. Странно — Оля обладала куда более броской внешностью, но при виде нее Федор никогда не испытывал подобного волнения. Может, это оттого, что запретный плод сладок? Все может быть…
— Витя, и ты здесь?
— Привет! — улыбнулся мальчик. — Кристина сказала, у тебя живет какой-то парень, Ник. Только тетя не знает, кем он тебе приходится. Правда, что ли?
Федор рассмеялся. Как чудесно быть десятилетним парнишкой — прямым и непосредственным.
— Ник это мой сын, — просто сказал он. — Проходи в гостиную, и я вас познакомлю. Это просто здорово, что ты пришел вместе с тетей.
— А разве у тебя есть сын?! — изумился Витя. — Ты никогда раньше не рассказывал. — Я думал, у тебя нет детей.
— Просто раньше у меня их действительно не было.
— Ох… а разве так бывает?
— Бывает, мой друг. В жизни еще не то бывает.
По случаю званого ужина Федор заказал в лучшем ресторане Зеленоградска индейку с овощами, приготовил бутылку хорошего вина.
В гостиной пылал камин. Небольшой овальный стол был искусно сервирован и Ник заканчивал последние приготовления.
— Какая красота!
— Рад, что вам нравится. Сперва я хотел накрыть стол на веранде, но похолодало и пришлось перенести мероприятие в дом.
— Здесь ничуть не хуже, — сказала Кристина. — у Вас просто невероятный камин. И это окно на море. А эти панели на стенах…. Только не говорите, что это все янтарь!
— Ничего особенного, — смутился Федор. — Такие панели продаются во всех наших магазинах. Сейчас каждый может сделать у себя дома янтарную комнату. И, кстати, это не так дорого, как может показаться…. Ник, это Витя. Витя, это Ник. Он живет здесь совсем недавно, надеюсь, вы подружитесь.
— Прошу к столу! — пригласил Федор.
Он поймал себя на мысли, что впервые в жизни устраивает званый ужин. Когда он был подростком, мама порой приглашала друзей, но вот он сам — ни разу с тех пор как вырос. Чаще всего он встречался с друзьями в ресторане или в офисе. С Веней Зориным — в спортивном клубе. Лишь изредка, как правило, в период сильных душевных потрясений друг приезжал к нему домой. Но и тогда они закрывались в кабинете, пили коньяк и говорили по душам. Если одолевал голод — ехали в ресторан.
Но чтобы к нему домой на ужин пришла девушка, да еще с десятилетним племянником… Это что-то новенькое. А все Ник. Мальчик круто изменил жизнь Федора, этого нельзя не признать.
Он налил вина себе и Кристине, мальчикам — сока.
— Давайте за встречу! — они чокнулись.
Ник выглядел немного смущенным, хотя и явно был рад знакомству с Витей.
— Федор, а как твой скутер? Завелся после зимы? — деловито поинтересовался Витек, поедая индейку.
— Неа. Пришлось менять аккумулятор.
— Можно мне на него посмотреть? Пожалуйста!
Кристина взглянула на племянника укоризненно. Но Федор и не думал возражать.
— Конечно! Ник, отведешь Витю в гараж?
Никита с готовностью вскочил.
— Пусть идут, — сказал Федор, обращаясь к Кристине. — В их возрасте и с их энергией долго сидеть за столом — мучение.
Мальчишки убежали.
— А все же, как вышло, что дети Алисы никогда не встречались с Вашим сыном? Мне порой кажется, мои племянники знают все обо всем, от них невозможно что-то утаить…
— Вы должно быть сочтете меня сумасшедшим. Я знаю Ника меньше двух недель и решил его усыновить. Правда, это, как выяснилось, совсем непросто.
И он, повинуясь порыву, рассказал Кристине обо всем. Начиная с той ночи, когда, остановив машину, стал участником драки. С ней было удивительно легко разговаривать. Никогда прежде Федор не чувствовал такой легкости в общении с женщинами. Он опомнился только тогда, когда выложил все.
— Ой, простите Кристина… Вы пришли поужинать, а я гружу Вас своими проблемами…
— А я совершенно не против. Хоть немного отвлекусь от своих проблем. Значит ту девушку, Риту, подослали, чтобы скомпрометировать Вас?
— Ну да… А я, как идиот, попался.
— И что делать теперь? А если… Если Вам жениться? Я серьезно. То есть Вам вовсе необязательно жениться по-настоящему, но если убедить органы опеки и суд в том, что Вы солидный женатый человек…
Федор грустно улыбнулся.
— Вы говорите как моя мама. Слово в слово. У нее возникла та же идея.
— Так в чем же дело? По-моему, это отличный выход!
— Скорее всего… Вот только мои отношения с женщинами, как бы это сказать… были довольно поверхностными.
— Да… я… понимаю, — Кристина вспомнила рассказ Алисы про «Мисс Калининрад» и телеведущую. Но неужели никто из Ваших бывших не согласится Вас выручить?
— Нет никаких гарантий, что на утро о моей афере не узнает весь город. И вот тогда Ник будет потерян для меня навсегда. Ставки слишком высоки, чтобы я мог так рисковать.
— Но другого выхода у Вас пока нет… Послушайте, да тут ведь ничего сложного. Фиктивная свадьба, пышная и красивая, постановочные совместные фотографии по всему дому, небольшой спектакль для представителей органов опеки… Это даже интересно.
— Единственная девушка, на которую я мог рассчитывать, отказалась как раз потому, что такой спектакль может серьезно повредить ее личной жизни.
— Ну не у всех же…
Кристина вдруг замолчала, а Федор во все глаза уставился на нее. А почему бы и нет?! Он же сам только что обо всем ей рассказал. В крайнем случае прекрасная балерина просто откажется.
— Кристина, не знаю, что Вы обо мне подумаете, но я, пожалуй, все же решусь спросить… А Вы… Вы бы согласились?! Я знаю, мы знакомы всего ничего, и у меня… довольно сомнительная репутация, но я в тупике. Положение безвыходное. Через несколько дней Гуляницкая возвращается из Нижневартовска и если она начнет настаивать, мне придется отдать Ника ей. По крайней мере до суда. Если бы Вы согласились мне помочь… Я бы отблагодарил Вас… Пожалуйста, подумайте немного, не отказывайтесь сразу.
— Не надо мне ничего. Вы хотите усыновить мальчика. Стать отцом сироте. По-моему — это прекрасно. Если я могу помочь — я готова. Мне не нужно время на размышление. Можете смело на меня рассчитывать. Никому в городе я не разболтаю, не переживайте. Я тут две недели и знакома только с несколькими соседями в Лебединой бухте. Единственное, придется сказать правду моей сестре. Но Алиса — очень надежный человек и хороший друг. Она поможет нам все организовать.
— А Ваш молодой человек? Друг, жених? Такого просто не может быть, чтобы Вы были одна…
— Почему? — пожала плечами Кристина. — Вы же один. А молодой человек… Нет, он возражать не будет. Он сам через месяц женится. На дочери английского графа. Она, к слову, беременна. Я узнала об этом из интернета.
В глазах Кристины отразилась такая боль, что Федор вздрогнул.
* * *
Алиса ждала возвращения сестры и младшего сына в гостиной. По случаю непогоды она тоже растопила камин. Виктор Семенович был у себя. В последние дни он почти не выходил, и, кажется, взялся за новую картину. Вика и Ева строили замок их кубиков на пушистом ковре, а мальчишки сразу после ужина поднялись наверх, осваивать какую-то новую компьютерную игру.
— Ничего себе заглянули в гости! Я уж испугалась, что вы решили остаться там ночевать.
— Мама! У Федора сын! Он в пятом классе, как я. Его зовут Никита и он настоящий мужик. А где Сашка с Егором.
— Они наверху. Там новая версия этой вашей игры… опять забыла название…
Витя унесся наверх по лестнице.
— Ну, как все прошло? — спросила она Кристину. — Наладили отношения с соседями.
— Ты только не пугайся, ладно? Мы с Федором решили зарегистрировать брак. Так надо.
— Ничего не поняла. Ты выходишь за него замуж? После двух встреч?
— Да, но…
— С ума сойти! Три часа назад ты сказала, что мне не о чем переживать и Федор Соколов тебе совершенно не нравится. А теперь ты говоришь, что выходишь за него замуж!
— Да ты сначала выслушай, — рассмеялась Кристина. — Это все ради Ника…
Пока Кристина рассказывала, выражение лица Алисы менялось. На смену ужасу и недоумению сперва пришло заинтересованное спокойствие, а потом — ехидное удовлетворение.
— Класс! Так бы сразу и говорила!
— Да ты и рта не дала раскрыть, сразу стала кричать. Значит, не возражаешь?
— Я? Возражаю? Ну что ты, по-моему это отличная сделка. Эта свадьба поможет не только Федору с Ником, но и тебе.
— Мне? Каким образом?
— Посмотришь, когда Костя узнает, что ты выходишь замуж на янтарного короля.
— Но… как же он об этом узнает? Он ведь в Англии…
— Это я беру на себя.