Глава 4

Вот и как разговаривать с этим невозможным мужчиной? Я ему говорю в глаза ту самую сермяжную правду, а он лишь отмахивается, будто это ерунда какая-то. На несколько минут я задумалась. А вдруг Дейв прав? Что, если я и вправду придумала себе жизнь принцессы, чтобы как-то заполнить пустоты в памяти? Покопавшись в себе, я все же решила, что это бред. Я помню свою жизнь! Отца, дворец, придворных, няню, Фернана… Это не придумано, это моя жизнь.

Чтобы как-то успокоиться, пришлось взяться за вязание. Варх с важным видом уселся напротив меня и молча смотрел, как я орудую спицами. Как ни старайся, а странные мысли лезли мне в голову. Кто я для Дейва? Ответ однозначен — любовница, женщина, с которой он спит и которую, возможно, любит. На Совете мне ясно дали понять: место королевы уже предопределено, и его занимаю не я. Готова поспорить, у них там целая очередь из тех, кого Дейв назовет женой.

Стало очень горько обидно, а уже через минуту во мне бушевала злость. Мой отец — законный король этой страны, я, как ни крути, законная наследница трона! С какой стати какие-то маги решают, кто займет мое место?! Да и почему кто-то должен его занимать? Живя в башне, я редко задумывалась о власти, но теперь все изменилось. Во-первых, я освободилась от своих тюремщиков и, теоретически, могу делать все, что угодно. Во-вторых, я хочу получить эту самую власть, чтобы в стране, наконец, наступил мир и порядок. Дейв, конечно, хороший воин, умный и хитрый человек, но становление новой династии — это всегда тяжело, опасно и не факт, что все получится и молодого короля не сожрет рыбка покрупнее. Вот если бы Дейв стал консортом при законной королеве…

— О чем ты так напряженно думаешь? — вкрадчивый голос домохранителя вырвал меня из размышлений. — Да ещё с таким серьезным лицом.

— Думаю о будущем, — буркнула я и только теперь обратила внимание на то, что я вяжу. Получался маленький свитерок, размером, разве что, подходящий лишь кукле.

— Неужели, — издевательски протянул Варх, смешно закатив свои глаза- щелки. — Не прошло и месяца! Знаешь, а ты изменилась с тех пор, как Дейв затащил тебя в койку.

Я метнула в него недовольный взгляд, давая понять, чтобы следил за своим языком и выбирал выражения.

— Наверное, это потому, что ко мне вернулась память, — ответила я, не особо надеясь, что хотя бы кот мне поверит.

Несколько минут Варх молчал, внимательно рассматривая меня, и наконец осторожно спросил:

— Правда…?

— Правда, — отрезала я. — Ты тоже скажешь, что это бред, и я все придумываю?!

— Ну… — протянул кот, смотря на меня странным заинтересованным взглядом, — скорее всего, нет. И кто же ты? — в его глазках загорелись огоньки любопытства. — Как тебя зовут? Из какой семьи?

Я отложила вязание, гордо вскинула голову и села прямо. Прежде, чем ответить, несколько секунд сверлила серьезным взглядом кота, вальяжно развалившегося на спинке дивана.

— Мое имя Розелла, я дочь короля Годдарда Отважного и законная наследница трона, — торжественно произнесла я, вкладывая в свои слова всю силу, на которую только была способна, чтобы у Варха и мысли не возникло, что я шучу.

Кот вдруг растерял все свое хулиганское любопытство и смотрел на меня с немым изумлением. В его глазах сменялись страх, растерянность, изумление, но в итоге застыл шок. Домохранитель так и застыл, вылупив на меня свои янтарные глазки, а я все сидела, ожидая, что он скажет на мое признание. Но Варх ничего не сказал. Он вдруг начал медленно заваливаться назад, пока, наконец, не сполз окончательно. Кот провалился за спинку дивана, с глухим звуком грохнувшись на пол.

— Варх! — испуганно вскрикнула я и бросилась к нему. Котик лежал на ковре распластанный, раскинув лапки в сторону. — Что с тобой?! Ты не ушибся?!

— Мяу! — был мне ответ.

Я подхватила рыжего охранителя дивана на руки и переместилась с ним на кресло. Бедный, так сильно упал! Я принялась осматривать его лапки на предмет повреждений, а сам кот все это время лежал, откинув голову назад и полуприкрыв глаза.

— Варх, милый, скажи что-нибудь! — слезно попросила я. — Чем ты ударился?!

— Чтоб меня мыши загрызли, — пробормотал домохранитель, не открывая глаз. — Принцесса Розелла! В моем доме! О, великий кошачий повелитель! Как же это? — он все причитал, поминая какого-то великого кота с фиолетовыми глазами.

— Ты ничего не сломал? — осторожно спросила я, прерывая его бормотание.

— Да это ты мне сломала! — обиженно рявкнул он на меня, резко вскинув голову и полыхнув янтарными глазами. — Психику!

Я даже не нашлась, что ответить на такие обвинения. В душу закрались сомнения насчет серьезности полученных травм у этого…кота. Я ожидала совсем другой реакции: заинтересованности, удивления, возможно, даже злости и обвинения в шпионаже, но уж точно не крики о сломанной психике!

— Ты как сюда попала?! — Варх в одну секунду вскочил на все четыре лапы и с вызовом посмотрел на меня. — Кто тебя из дворца выпустил?!

— Да я во дворце не была уже лет десять, не меньше, — скромно пожала плечами я, боясь вновь напугать домохранителя.

— А чем докажешь, что ты принцесса? — хитро прищурился кот, сев на подлокотник кресла. — А?

— Даже не знаю… Как доказать, что я — это я? До восьми лет я жила во дворце, но когда лорд Изидор пришел к власти, меня отправили в башню в пригороде столицы и оттуда почти не выпускали. Помнишь, я показывала тебе медальон из Арлена? Его подарил мне отец перед поездкой в южные страны.

— А как ты сбежала из этой башни? И зачем?

— Варх. я… — пролепетала, виновато опустив глаза в пол. — Я не хочу это обсуждать.

— Почему? — нахмурился кот.

— Потому — отрезала я и встала, уходя на кухню. Там принялась заваривать чай, чтобы хоть как-то занять руки. Вскоре домохранитель ленивой вальяжной походкой вошел в комнату и запрыгнул на стол. Пока я судорожно насыпала сахар в чашку, этот наглец сверлил меня нахальным взглядом. — Что?! — взорвалась я, резко обернувшись.

— Сметанки подай, — спокойно ответил кот, будто не заметив моей вспышки.

— На! — рявкнула я, толкая к нему миску с белой субстанцией. Вообще-то, Дейв запретил кормить Варха сметаной и мясом, но я-то понимаю, что если не нарушу запрет, эта наглая рыжая морда меня живьем сожрет.

— Дурак наш Дейв, ой, дурак, — покачал головой домохранитель, когда я успокоилась и вновь села за вязание.

— Почему? — нахмурилась я.

— Потому что ты ему уже два раза правду сказала, а он все слышать не хочет, — просто ответил развалившийся на столе котяра, оторвавшись от вылизывания пушистого пузика. — К тому же, у его людей явные проблемы с информированием. Ты во дворце не живешь, а он даже не в курсе. Ты пропала, а никто из наших и ухом не повел. Завтра Изидор себя королем объявит, а Дейв об этом даже не узнает. Он прожил с тобой несколько месяцев под одной крышей, но ему и в голову не пришло, что перед ним принцесса! — возмущался Варх, перечисляя все это скорее для себя, чем для меня. — Идиот! Ведь все знают, что у принцессы рыжие волосы!

— Но ты тоже ничего не заподозрил, — резонно напомнила ему я, скосив на рыжего глаза.

— Ну, мне можно, — протянул Варх, гордо вскинув голову. — Я же кот.

Я лишь фыркнула на такое глупое оправдание. Дейва во всем винит, а за собой не замечает даже крупных огрехов. Ладно, что с него взять, он ведь просто кот.

День прошел в неторопливых домашних хлопотах: мы с Вархом убрались в гостиной, помыли полы во всем доме и даже приготовили мясные рулетики на ужин. Домохранитель не уставал расспрашивать меня о прежней жизни в башне, о нянюшке, о том, кто и когда нас навещал. Тему побега я наотрез отказалась обсуждать, и Варх, к моему удивлению, воспринял это со всей серьезностью. Он часто задавал вопросы, явно надеясь подловить меня на противоречиях, но я спокойно объясняла ему те или иные обстоятельства своей жизни. Судя по его задумчивой моське, рассказ у меня получился стройный и правдивый, поймать на вранье не получилось.

Дейв не вернулся к ночи, хотя я ждала. Бернард не рискнул вновь навестить меня в отсутствие друга, и весь день я, по сути, провела в одиночестве. Только теперь, вспоминая свою прошлую жизнь, я поняла, что не хочу вновь быть затворницей. Я хочу гулять, иметь возможность выходить из дома, когда мне захочется и общаться с людьми. И так всю жизнь прожила в плену, так зачем теперь лишать себя свободы? Надо будет обсудить это с Дейвом.

Спать я легла одна, в своей комнате. Ночевать в одиночку в кровати хозяина как-то не решилась. Дейв не просил меня перебираться в его комнату, а самовольничать в этом вопросе опасно. Ещё придет, разозлится, что я заняла его спальное место. У себя спокойней.

Посреди ночи я проснулась от странного шороха, раздающегося за дверью. Потом услышала звук осторожных шагов, скрип и двери и. наконец, громкий грохот. Поборов страх, я встала и направилась к источнику звука. На кухне был зажжен свет, слышались невнятные бормотания и шорох.

— Дейв? — сонно пробормотала я, входя. Охотник стоял у стола и прятал в шкаф кастрюлю. Видно, он нечаянно уронил её, отсюда и грохот на весь дом. — Ты чего шумишь?

Он растерянно обернулся, впившись взглядом в мою фигуру, будто я застала его на месте преступления.

— Ро, — произнес он, облизнув губы и почесывая затылок. — Привет. Извини, что разбудил.

Щурясь от света и обнимая себя, я сделала шаг к Дейву. но сам охотник не стремился ко мне приблизиться.

— Ничего. Что-нибудь узнал? Как съездил вообще?

— Ты хочешь обсудить это сейчас или все же дождемся утра? — без особого энтузиазма отозвался он, не сводя с меня глаз.

— Сейчас, — кивнула я. — Что ты узнал?

Дейв замялся, но все же нехотя подошел к подоконнику, на котором лежал серы сверток. Охотник осторожно развернул его, действуя при этом так, будто в его руках — хрустальная ваза. Я с замиранием сердца наблюдала, как из свертка он вынул блестящую заколку с кованой розой на конце. Практически сразу меня захлестнули эмоции, волной счастья затопившие душу.

— Ты её нашел! — с этим криком я бросилась к окну и замерла возле этого волшебного цветка. Мелкие бриллианты и рубины на лепестках горели от попадания на них лучей света, а сердцевина из желтого сапфира сверкала, будто солнце в ясный день. Какая же прекрасная роза! Я протянула руки и бережно взяла заколку, боясь поцарапать её. — Спасибо!

— Не за что, — неожиданно холодно ответил Дейв, смотря на меня задумчиво и в то же время недовольно.

— Не за что, — неожиданно холодно ответил Дейв, смотря на меня задумчиво и в то же время недовольно.

— Ты не представляешь, как я благодарна тебе за неё! Можно её забрать? — спросила с надеждой, обхватывая пальцами длинное металлическое основание.

— Не спеши, — уклончиво ответил Дейв, сложив руки на груди. — Ты не хочешь узнать, как я ее нашел?

— Очень хочу, — смутилась я своей бурной реакции. — Расскажи.

Дейв указал мне рукой в сторону гостиной, и я спешно последовала туда. Охотник усадил меня в кресло, щелчком пальцев зажег камин и встал возле него, спиной ко мне. Заколку из рук я так и не выпустила.

— Я посетил ту таверну, которую ты мне описала, — ровным отстраненным голосом заговорил он, уперев руку в верхнюю каменную часть камина. Только теперь я заметила сбитые костяшки пальцев. Он неотрывно смотрел в огонь, рассказывая все это ему, а не мне. — Её хозяин вспомнил загадочную рыжую девушку, которая заходила к нему одним осенним вечером. Он сказал, что принял тебя за дворянку, заблудившуюся в городе. Описал тебя как аккуратную молодую девушку с выразительными зелеными глазами, яркими рыжими волосами и в дорогом плаще из бархатистой синей ткани. Сказал, заприметил этот плащ, потому что дочь давно просила такой же. Вот только он клялся и божился, что никакой заколки ты ему не давала, а расплатилась обычными деньгами, после чего ушла в сторону Трапа. Этот торгаш ещё припомнил, что ты собиралась в столицу.

Дейв некоторое время помолчал, прислонив кулак ко рту, будто напряженно что-то обдумывал и, наконец, продолжил.

— Мы его прижали, пришлось повозиться с этим козлом, он долго не хотел сознаваться. Только когда Бернард обернулся и показал свою сущность, торгаш признался, что девушку с такой заколкой активно разыскивала королевская стража, поэтому он припрятал её и никому не показывал, боялся даже толкнуть на черном рынке, опасаясь преследования. Решил переждать до лучших времен. Этот гад сразу понял, что вещь безумно дорогая и стоит как десять его забегаловок. В итоге он чуть не со слезами на глазах вернул нам эту вещь, а затем менталист стер из его памяти все события, связанные с тобой и украшением.

Я вспоминала того скользкого мужичонка, накормившего меня в тот промозглый вечер. Конечно, алчности ему не занимать, но мне даже стало его жалко. Дейв и его команда так запугали бедного человека, что он наверняка не помнил себя от страха. Неожиданно я поймала себя на мысли, что сейчас передо мной совсем другой Дейв. Это не добродушный хозяин дома, а воин, который никого не пощадит на пути к своей цели. Меня не покидало ощущение, будто это два совершенно разных человека.

— Это безумно дорогая вещь, — наконец, охотник оторвался от созерцания пламени и кивнул на розу в моих руках. — Предполагаю, что её стоимость близка к миллиону золотых. Основание выполнено из редкого сплава металла, который изготавливают лишь на соседнем континенте, да и то лишь в южной его части. Бриллианты из гномьих алмазов, рубины из земель Северного народа… Эту заколку буквально собирали по частям со всего света. Позволить себе такую может лишь… — Дейв осекся, вновь облизнув губы, — лишь очень богатый человек.

— Что тебя удивляет? — не поняла я, пожав плечами. И к чему этот грозный и загадочный взгляд, будто он меня в преступлении уличил?

— Ро, откуда у тебя эта заколка? — задал вопрос Дейв, да так, будто от моего ответа зависела судьба всего мира.

— Отец подарил, — честно ответила я. — Он с посольством посещал южные страны лет десять-двенадцать назад и привез мне этот подарок, — покрутила в руках заколку, любуясь бликами, которые отбрасывали драгоценные камни. — Сказал, что я напоминаю ему розу.

Я подняла глаза на охотника, но он смотрел не на меня, а на заколку. Было что-то странное в его взгляде, что-то обреченное, будто я держала в руках орудие убийства. Я видела, он о чем-то думает и мыслями находится далеко отсюда. Несколько долгих мучительных минут прошли в молчании, лишь потрескивание поленьев в камине нарушало эту давящую тишину. Когда Дейв оторвал взгляд от заколки и посмотрел мне в глаза, я отчетливо поняла — теперь он поверил.

Для этого не требовались слова. Я просто видела, что теперь он смотрит на меня иначе, не как раньше. Дейв понял, что перед ним не простая девушка из заурядной семьи магов, а принцесса Розелла. Я боялась что-то сказать и, честно говоря, не находила слов для этой ситуации. Я уже сказала ему правду и, судя по всему, в данный момент этой информации ему достаточно. Охотник долго смотрел на меня потемневшими глазами цвета темного шоколада, будто пытался заглянуть в самую глубины души. Мне нечего было скрывать, я не прятала глаза и не пыталась защититься. Пусть смотрит. Перед Дейвом я чиста.

Наконец, охотник отвел глаза, и мне даже дышать стало легче, будто с груди сняли тяжеленный камень.

— Давай спать, — тихо выдохнул он, развернувшись в сторону двери. — Утро вечера мудренее.

Дейв отправился душ, а я в ночной сорочке и с розой в руках ещё некоторое время сидела в кресле и думала о том, что же будет дальше. Мой «жених» уже изменил свое отношение, и это только начало. Возможно, он захочет расторгнуть помолвку и отправить меня жить в другое место. Сложно его винить. Он влюблялся в простую девушку, а я оказалась…той, кем оказалась. Он не обещал любить принцессу. Вот только, что мне теперь делать со своими чувствами?

Я просидела за размышлениями так долго, что даже не заметила, как Дейв вышел из ванной и с хмурым видом заглянул в гостиную. Он был обнажен по пояс, одетый лишь в свободные ночные штаны.

— Идем, — сухо кивнул в сторону спален.

Я встала и поплелась за ним, смотря охотнику в спину. Только теперь поняла, что произошла заминка. Я всю ночь спала в своей старой комнате, а Дейв явно предполагал, что теперь мы будем ночевать вместе на его постели. Охотник стоял ко мне спиной, разбирая собственную постель. Он стащил покрывало, принялся взбивать подушки, а я смотрела на все это, и мне вдруг стало страшно.

Это чувство было иррациональным, безотчетным, будто во мне проснулся инстинкт самосохранения, который буквально вопил: «Опасность! Спасайся!». Впервые в жизни я реально испугалась Дейва. Мне отчего-то показалось, что именно сейчас, в эту ночь, когда он наконец-то принял правду о моем происхождении, может случиться непоправимое. Что, если жажда власти затмит его разум? Что, если утром я рискую не проснуться? С его-то силой охотнику ничего не стоит задушить меня подушкой или одним движением свернуть шею. Воображение тут же нарисовало картину того, как Дейв с каменным лицом закидывает на плечо мое бездыханное тело, выносит во двор и там с помощью магии сжигает его до состояния черного пепла. И ведь никто, никогда не найдет меня и не узнает, что именно произошло. Он способен замести все следы своего преступления.

— Я пойду к себе, — тихим, севшим от страха голосом пролепетала я, пятясь назад.

— Нет, ты будешь спать здесь, — спокойно ответил Дейв, складывая покрывало от кровати. Кажется, от страха я даже побледнела.

— Я спала в той комнате, там нагре… — попыталась отстоять свое решение, но куда там.

— Я сказал, ты будешь спать здесь! — рявкнул Дейв так, что я подпрыгнула на месте от испуга. Вдруг в груди закололо, но очень быстро все прошло. Казалось, от страха я вот-вот грохнусь в обморок, но каким-то чудом удавалось оставаться в сознании. Неужели он решил убить меня? Во сне это сделать легче всего.

Охотник закончил стелить и сделал приглашающий жест, указывая мне на кровать. На ватных ногах я подошла к кровати и замерла, не решаясь залезть на неё. Казалось, что я иду на плаху, и палач вот-вот лишит меня жизни.

— Ро, я устал, — раздраженно прошипел Дейв. — Глубокая ночь, я весь день был на ногах, не томи! Давай уже спать!

Его слова подтолкнули меня. Я залезла на широкую кровать и ползком пробралась к краю, который почти примыкал к стене. Схватив одеяло, накрыла им себя по самое горло, будто эта материя каким-то образом защитит меня от агрессии Дейва. Сам охотник вздохнул и лег рядом. Я почувствовала, как матрас прогнулся под его весом, сам мужчина замер, не шевелясь. Он явно был очень напряжен, впрочем, как и я. Только мной овладел страх, а Дейвом? Ненависть, злость, желание отомстить? Как же хочется спросить о его чувствах, но я не решалась открыть рот — страшно.

Охотник, судя по моим ощущениями, лежал на спине с запрокинутыми за голову руками и напряженно думал. Дейв твердо намерен стать королем, но законная наследница трона — я. Пока жива принцесса Розелла, всегда есть опасность того, что его власть оспорят и свергнут. Любой здравомыслящий политик в его ситуации стремился бы избавиться от конкурентки. Можно сделать это публично и тем самым заявить о своей силе и намерении давить всех, кто посягнет на трон, но есть риск вызвать волну недовольства в народе. Даже Фернан как-то упоминал, что народ любит «маленькую принцессу».

И вот, сейчас Дейву представился прекрасный шанс просто избавиться от меня в тайне ото всех. О моем проживании в его доме знает лишь узкий круг лиц, о моем происхождении — только он и Варх. Убьет меня тихо, под покровом ночи избавится от тела, и путь к трону открыт.

От всех этих кошмарных мыслей нервы не выдержали, и я беззвучно заплакала, стараясь не выдать своих слез. Горячие соленые капли стекали по щеке, носу и капали на подушку. Больше всего я боялась не смерти и не того, что вновь придется умирать, это я уже проходила. Мне было страшно, что Дейв предаст меня и тем самым по-настоящему убьет.

Вдруг охотник за моей спиной пришел в движение и повернулся на бок. Его рука осторожно проползла разделявшее нас расстояние и робко опустилась на мою талию. Я с замиранием сердца ждала, что же будет происходить дальше. Несколько секунд Дейв не шевелился, но затем все же решился и придвинулся ко мне вплотную, прижавшись грудью к моей спине. Он подложил свою руку мне под голову, чуть приобняв за плечи.

Получилось, что моя шея оказалась у него в захвате, как раз на локтевом сгибе. Если раньше его любовь к тому, чтобы я всегда спала максимально близко, меня умиляла, то теперь я видела в этом подтверждение своих страхов.

Дейв начал водить по моему телу свободной рукой, медленно задирая подол ночной сорочки до пупа. Вскоре его мозолистая ладонь уже поглаживала мой живот, обводя пупок и подбираясь все выше к груди. Постепенно страх прошел, и мое тело начало отзываться на его неспешные ласки. Вскоре вторая рука Дейва осторожно коснулась моей шеи, поглаживая район сонной артерии. Я настороженно распахнула глаза. Что это значит?

Тем временем охотник уже проник мне под нижнее белье, а его горячие губы покрывали поцелуями ушко. Если раньше его рука будто приобнимала меня, то теперь она выполняла функцию рычага — удерживала меня на месте и не позволяла избежать этих прикосновений. Я будто раздвоилась: с одной стороны, эти ласки невероятно приятны, а с другой, мой страх никуда не ушел, продолжая разъедать разум.

Постепенно поцелуи становились все настойчивее, увлекая меня за собой. Не успела я опомниться, а Дейв уже задрал подол ночной сорочки и ворвался в мое тело. Если раньше он был нежен, ласков, вел себя аккуратно и сдержанно, то теперь все было иначе. Охотник вел себя нахраписто, бесцеремонно, но в то же время нельзя сказать, что он был особенно груб со мной. Я не чувствовала исходящей от него агрессии или желания сделать больно, это нечто совсем другое. Дейв крепко удерживал меня на месте, теперь уже обеими руками, сжимая мое бедро до побеления в пальцах. Его бедра двигались резко, с силой, доставляя мне странное удовольствие, балансирующее на грани боли. Он не насиловал, не стремился подчинить, но я всем существом понимала — сейчас он делает меня своей так, как может только мужчина, без какпли нежности, но с уверенностью.

Вопреки всему, мне нравилось происходящее. Я думала, что испугаюсь его напора, но охотник выжег мой страх своей страстью. Он будто сорвался с цепи, вышел из себя, каждым толчком пригвождая меня к кровати и. к себе. Я прогнулась в спине и, закрыв глаза, стонала в подушку, не в силах сдерживать эмоции. Мне нравилось, мне безумно нравилось, когда он такой: грубый, сильный, способный брать свое. Неожиданно сильные пальцы обхватили мой подбородок, поворачивая голову влево. Глубокий горячий поцелуй опалил губы, соединяя не только наши тела, но и души.

Когд все закончилось, я плохо понимала, что происходит, коленки дрожали, а ноги казались ватными. Мне было так хорошо, что даже плохо. Охотник откинулся на спину, пытаясь отдышаться, а я неподвижной скульптурой замерла на постели. Я думала, что не смогу уснуть это ночью? Глупости. Эта близость так обессилила меня, что я заснула мгновенно, забыв даже подтянуть подушку к голове.

Однако, не смотря на это, утром моя голова лежала на плече у охотника, а плечи были заботливо обняты его рукой. Что ж, я проснулась живой и здоровой, а это уже не мало. Дейв проснулся раньше меня и теперь с крайне серьезным и задумчивым видом рассматривал потолок. Я не стала вилять, ходить вокруг да около, поэтому спросила его в лоб:

— Что будет дальше?

— А что будет дальше? — флегматично отозвался он, сделав вид, что не понял моего вопроса.

— Теперь все будет по-другому? — допытывалась я. — Я ведь вижу, Дейв, ты уже стал по-другому относиться ко мне. Скажи мне прямо и откровенно, ты разлюбил?

— Персик, не говори ерунды, — все также задумчиво отвечал он, продолжая пялиться в поолок. Его большой палец неспешно поглаживал мое плечо. — Между нами ничего не изменилось.

— Но как же… — растерялась я, сбитая с толку его словами. — А как же прошлая ночь?

— Тебе не понравилось? — стрельнул в меня глазами охотник.

— Ты был груб, — буркнула я.

— Ну, извини, — хмыкнул Дейв. — Такое бывает, людям не всегда нравится однообразная нежность в постели. Иногда хочется чего-то жесткого. В следующий раз скажи, чтобы я остановился, вот и все. — с этими словами он встал и явно намеревался прекратить разговор, но я резко подскочила на постели, прижимая к груди одеяло, и крикнула ему в спину:

— Перестань вести себя со мной как с дурой! Я вижу, что ты шокирован и обижен на меня! Дейв, нам надо поговорить откровенно. То, что я — принц…

— Нам не о чем говорить! — неожиданно громко и решительно перебил меня Дейв. повернул голову в бок. Он так и не встал ко мне лицом, и я говорила с его спиной. Почему-то мне на миг показалось, что он боится того, что я озвучу неоспоримый факт: "я — принцесса по крови". — Все остается также, я не вижу причин ничего менять! Если ты хочешь каких-то изменений, то не ищи предлоги, говори прямо! Ты хочешь, чтобы что-то поменялось?!

— Нет… — начала было я, но меня вновь резко оборвали.

— Вот и все! Не надо в своей женской манере ничего усложнять! Я же желаю больше возвращаться к этой теме!

Дейв вышел из спальни, оставляя меня в одиночестве переваривать утренний разговор. Правда, это больше походило на ссору, чем на беседу. Я ожидала, что он засыплет меня вопросами, начнет, как и Варх, выпытывать подробности о жизни в башне, строить какие-то планы, а Дейв делает вид, что ничего не произошло. Почему?!

Я неспешно засобиралась в ванную, пытаясь найти объяснение поведению Дейва. Уже на выходе из его спальни, стояя босыми ногами в коридоре, до меня донесся непривычно озлобленный и грубый голос Варха:

— Идиот! — кот выплюнул это со всем презрением, на которое только был способен. Со вздыбленной шерстью он вышел из кухни и прошел по коридору в гостиную. Видно, я только что пропустила ссору между домохранителем и хозяином.