Глава 30 Марта

Странный высокий парень в светлой майке, потёртых голубых джинсах и тяжеленных ботинках уже около машины, а я толкаю дверцу, выскакиваю наружу.

Вечеринка, да? В доме Орловых? На которую я приглашена в качестве гостьи Марка? Интересно…

Меня немного потряхивает от эмоций, предвкушения – очень необычное ощущение. Делаю вид, что очень занята разглядыванием содержимого своего рюкзака, топаю вперёд, пока парни обмениваются хлопками и приветствиями.

– Марта, ты куда? – окликает меня Марк, и только в этот момент соображаю, что почти дошла до ворот. Когда успела?

Оборачиваюсь, вижу удивление на его красивом лице и улыбаясь, пожимаю плечами.

– Я задумалась, – говорю, бодро шагая обратно.

– Это Женя, мой друг, – Марк хлопает Женю по плечу, а тот морщится, но почти сразу смеётся.

– Очень приятно, я Марта, я…

– Марта – моя девушка.

От неожиданности я икаю очень громко и прикрываю рот ладонью. Смотрю на Марка, а он кивает мне и, притянув к себе, целует в макушку. Помечает собой, права свои заявляет и я таю пломбиром на солнце.

Девушка!

Теперь я официальная девушка Марка Орлова. Батюшки…

Женя протягивает мне руку и улыбается широко, но есть в его взгляде что-то хищное, колкое, но угрозы не чувствуется. Просто ему интересно, кто я такая и из чего слеплена, потому смотрю прямо в его светлые глаза и отвечаю на рукопожатие.

Мне стыдиться нечего.

У Жени светлые глаза и пшеничные кудри, татуировка на шее и тщательно спланированная простота в одежде. А ещё, глядя на него, хочется улыбаться – бывают такие люди, которые одним взглядом, взмахом ресниц располагают к себе окружающих.

На мгновение в голове проскакивает мысль, что будет, если этот одетый якобы небрежно, но чертовски дорого Евгений узнает, что я не просто девушка, а ещё ко всему прочему домработница? Как перекосит его лицо? Точно так же, как перекосило лицо Регины, когда она вопила о нищебродке?

Рукопожатие выходит слегка неловким и коротким, и уже через несколько мгновений нас отвлекает звук автомобильного клаксона – приехала ещё одна машина. На этот раз низкая спортивная ярко-красная малышка, из которой выходят парень с девушкой и ослепительно нам улыбаются.

Девушка, конечно, потрясающе красива: восточный тип лица, чуть раскосые глаза аккуратный носик, пухлые губы и идеально ровные густые и тяжёлые тёмные волосы. На ней неприлично короткое светлое платье, обтягивающее фигуру подобно чулку. Оно открывает невероятно длинные стройные ноги и золотистые босоножки с тонкими пряжками, украшенными камушками. Шик и гламур в одном флаконе.

– Это Олег и Анька, – шепчет мне на ухо Марк и притягивает к себе ближе, кутает в свои объятия. – И ещё, не бойся никого, тут народ простой и понятный.

– Регины не будет? – спрашиваю едва слышным шёпотом, а Марк тихо смеётся в ответ.

– Нет, её не будет, можешь не волноваться. У неё… своих дел много.

Рука Марка на моём плече ощущается стальным обручем, и в меня вливается чистая мужская сила и уверенность. Заряжает.

Смотрю на красивую Анну, она выкрикивает мелодично нараспев: "Хола, амигос" и перебрасывает глянцевые пряди на плечо.

Её лицо мне кажется знакомым, но никак не получается её узнать. Где ж я могла её видеть, а?

– Олег, забери мою сумку из багажника, – просит друга и, плавно покачивая бёдрами, направляется к нам. – О, новые лица. Я Аня.

– А я Марта.

– Красивая девочка с красивым именем, – замечает весьма искрене. – Марк предупредил, что будет сюрприз. Красивый сюрприз.

От её прямоты мне неловко и радостно одновременно и я не ищу в её словах подвоха, потому что комплексов и иллюзий по поводу своей внешности у меня никогда не было.

– Господи, тыщу лет не была на вечеринках, – вздыхает Аня, обхватывает свой лоб рукой и глаза закатывает. – Какой ты, Марик, умничка, что всех нас собрал. Олег, главное, ещё упирался, ехать не хотел. Зануда!

– Но ты на него надавила? – смеётся Женя и крутит в руках палочку модного айкоса.

– Она меня раздавила! – сокрушается Олег и поправляет на носу золотистую элегантную оправу очков. Возится у багажника, а Аня взмахивает в его сторону рукой.

– Но ты же всё равно меня любишь, Антипов.

– Будто у меня был выбор, Стоянова, – усмехается Олег, а я вдруг чувствую себя очень свободно.

– Не нуди! – смеётся Аня, и мы все направляемся в дом.

Машины остаются за воротами, охранник даже не проверяет никого, просто молча впускает всех.

Невысокий Олег, отдуваясь, тащит за собой женскую объёмную пляжную сумку и два больших крафтовых пакета. В них весело звенят бутылки, растворяя тишину дома, внося в неё весёлый диссонанс. Парни переговариваются между собой, я держу Марка крепко за руку, чувствуя себя необычно.

Ох, знала бы Танька, точно в обморок упала от радости. Замучила бы требованиями подробностей.

– Где бассейн, вы знаете, мы сейчас, – Марк тащит меня за собой в сторону, огибает дом и останавливается в безопасной тишине сада. – Всё нормально?

Я прислоняюсь спиной к прохладной стене беседки, плечи щекочут листья вьющегося цветка. Смотрю на Марка, он упирается рукой рядом с моей головой, а на пальцы второй руки наматывает прядь моих волос.

– Всё хорошо, просто это неожиданно.

– Люблю сюрпризы, – усмехается, а голоса его друзей становятся громче и веселее.

– Я твоя девушка, да?

– Ну не парень же, – смеётся, и от смеха этого у меня тугой узел в животе. – Друзьям ты понравилась.

– Ты так быстро это понял.

– Я их знаю тысячу лет. С Женей мы в один частный детский сад ходили, с Олегом и Анькой в одном классе учились. Есть ещё Шурик, но он сейчас в Бразилии, при посольстве нашей родины трудится. Так что да, понял это сразу.

– Ну ладно, поверю на слово.

Становлюсь на цыпочки, тянусь губами к его щеке, но Марк поворачивается и целует "по-взрослому". Моя голова снова кружится, по коже пробегают искры. Теряю счёт времени, ощущение пространства, обо всём на свете забываю – так бывает каждый раз, когда мы целуемся. Все проблемы уходят на десятый план, чувствую себя всемогущей и верю, что со всем справлюсь.

– Мы не торопимся? – снова эти бесконечные вопросы, от которых не могу удержаться, но я люблю ясность.

Упираюсь лбом в плечо Марка, дышу терпким ароматом, а вокруг нас словно кокон, через который не в силах пробиться ни одна печаль, ни единая проблема.

– Дюймовочка, жизнь слишком короткая, чтобы тратить её на сомнения. Ты мне нравишься, как не нравился никто уже давно, я тебе тоже. Нравлюсь же?

В голосе напускная строгость. Марк поддевает мой подбородок пальцем, коротко целует в губы, а я киваю и сладко жмурюсь, будто вместе с поцелуем ложку мёда съела.

– Конечно. Я же очаровательный, ну. Иначе и быть не может.

Смеюсь и заявляю, что Марк Орлов – самый настоящий нахал, и получаю в ответ осуждающий взгляд и покачивание головой.

– Ой! – вспоминаю, когда время серьёзных разговоров окончено. – Это же вечеринка у бассейна.

– И?

– У меня же нет купальника!

Марк смеётся, говорит, что вовсе необязательно плескаться в бассейне и вообще:

– Они мне хоть и лучшие друзья, но пялиться им на твою задницу я не позволю.

Эта притворная ревность с чертятами в глазах меня смешит. Мы выходим из укрытия в тот момент, когда парни уже успели соединить все столики в единый монолит, окружить шезлонгами, а кое-кто – Женя, например, – стянул с себя футболку, надел цветастые шорты по колено и, судя по влажным потемневшим волосам, уже успел окунуться разок в бассейн.

Олег стоит у кромки бассейна, потягивает какой-то разноцветный коктейль, а Анна, игнорируя предложение о помощи, возится с аудиосистемой, встроенной прямо в стену. К моему счастью, никто, кроме Жени, в пляжное не переоделся и вообще, кажется, всем плевать, какой бренд на мне надет.

Уверена, мне понравятся друзья Марка. Уже нравятся!

– Марта, а, Марта! – оживляется Женя и машет мне рукой. – Бросай этого дурака и иди к нам. Тут есть текила, кола, коньяк и много вкусняшек. Шампанское тоже есть!

* * *

Я не пью. То есть стараюсь не злоупотреблять алкоголем – люблю чистую голову и ясный разум.

Но Женя делает мне коктейль, в котором чуточку коньяка, но больше колы, и это оказывается довольно вкусно. Мы обмениваемся ничего не значащими шутками, никто не акцентирует своё внимание на моей персоне, словно я часть давно устоявшегося коллектива. Ребята разные: Олег серьёзный и скупой на улыбки, Аня грациозная, словно кошка, держится с достоинством, а Женя – весёлый и радостный, лёгкий и дурашливый. Он так щедро делится энергетикой, что уже через несколько минут кажется, что знаю его дольше, чем саму себя.

Беседа обо всём на свете течёт непринуждённо, ритмичная музыка грохочет, и с первым глотком вкусного коктейля мой организм просит танцев. Требует даже!

Сжимаю в ладонях высокий стакан, подпеваю тихонько, покачиваюсь, а руки Марка на моих плечах сжимают и массируют. Усталость снимают, расслабиться помогают. И я улетаю, пьяной становлюсь от одного глоточка, и алкоголь тут точно не причём.

Это всё Марк, его прикосновения. Его пальцы в моих волосах, на скулах, щёки гладят и мурашки по коже разбегаются.

Подаюсь назад, растворяюсь в прикосновениях. Пытаюсь следить за Женей, который, красуясь, снова ныряет в бассейн как есть, не снимая шорт. Бултых, и брызги на солнце искрятся.

У меня перед глазами возникают картинки нашего знакомства с Марком. Как он плавал, а? Мерно, плавно под водой двигался, мышцами играл. Не выделялся, не позировал, как делает сейчас Женя.

Марк перевешивается, нависает над столом, наливает себе полный стакан лаймового сока, разбавляет сахарным сиропом и наливает в бокал немного текилы. Совсем чуть-чуть и улыбается мне, подмигивает.

Сегодня все отдыхают, сегодня вечеринка. Сегодня можно сходить с ума.

Одна мелодия сменяет другую, и плавный ритм заставляет внутренне стонать: я зверски хочу танцевать. Кажется, если сейчас не отдамся во власть медленной музыки, расплачусь.

Поднимаюсь, не в силах больше сидеть, покачиваюсь в такт, ни на что внимания не обращаю, и Марк подхватывает меня. Кладёт руки на талию, уводит за собой, влекомый мотивом, кружит, и я смеюсь, растворяясь в этом моменте.

Неважно, кто вокруг. Главное, что напротив Марк. Его потемневший взгляд прожигает меня насквозь, заставляет кровь бурлить и пениться, и я улыбаюсь, потому что ничего другого мне не хочется.

Только быть рядом с Марком, смотреть в его глаза, наслаждаться улыбкой, упиваться атмосферой вокруг.

Здесь весело, и я так счастлива этому, что улыбка растекается на губах и никуда её не спрятать.

– Ты красивая, – шепчет Марк на ухо, оглаживает щёку горячим дыханием, ласкает. – Всегда улыбайся, тебе очень идёт.

Марк прямо в сердце посылает мне электрический разряд, обещает этим что-то такое, с чем я никогда дела не имела, ни разу не пробовала. В его голосе, тоне, потемневшем взгляде – вызов, от которого мне страшно и радостно одновременно.

Этот вызов невозможно не принять, но и принять до икоты страшно.

Конечно, я знаю, чем занимаются мальчики наедине с девочками, даже если сама этого никогда не делала. Вот только…

Жмурюсь, лбом в плечо Марка утыкаюсь, дышать перестаю, а сердце в груди грохочет, стучит то ли о рёбра, то ли в горле, а то и везде одновременно. Ладони покрывает испарина, а лёгкая дрожь пробегает изморозью по позвоночнику, стекается и оседает внизу живота горячей лавой.

Я знаю это ощущение. Оно зовётся возбуждением, и такого сильного ни разу не испытывала.

Мне хорошо. Очень. До дрожи под коленками и растворившихся мыслей в голове.

И вдруг осознание пронзает меня навылет, заставляет сердце стучать ещё сильнее. Правда виски сжимает обручем, а глаза впитывают потемневший взгляд, в себя его втягивают, на подкорке фиксируют.

“Ты влюбилась, дурочка”, – шепчет подсознание, и оставляет меня с этой мыслью, оключаясь.

Тянусь к губам Марка, без раздумий приникаю. Смелею, толкаюсь языком в открытый рот, впервые беру власть над ситуацией, над Марком. Во мне нет слов, чтобы выразить всё, что чувствую, потому позволяю телу рассказать обо всём.

Кажется, даже ногу на бедро Марка запрокидываю – позорище, но моё тело само знает, как ему поступать. Мы кружим под музыку: Марк, я, моё оторванное от реальности сознание и тело, которое своевольничает и предаёт отчаянно.

От своей смелости страшно, рядом с Марком – боязно. Но чудесно, легко и свободно. Дивный контраст.

Откуда-то издалека доносится смех Ани, громкий чуть хрипловатый голос Олега, звон бокалов, мерный плеск воды.

– Ой-ой, снимите себе уже квартиру, – разрушает момент Женя, а я будто бы от оцепенения в себя прихожу, морок с себя стряхиваю.

Марк усмехается, целует меня в кончик носа, и мы возвращаемся к столику. Ловлю на себе чуть ироничный взгляд Ани, а Марка отзывает в сторону Олег, уговаривает на шашлыки. Втроём парни куда-то уходят, громко споря по дороге, и голоса их постепенно стихают, сменяясь неловкой тишиной.

Мы с Аней остаёмся вдвоём, и она, не сводя с меня взгляда, стучит аккуратными ногтями, покрытыми нюдовым лаком, по кромке своего бокала.

– Платье у тебя, конечно, не бренд, – заявляет и делает большой глоток, чуть морщится.

– Вообще не бренд, – соглашаюсь и, закинув ногу на ногу, обхватываю коленку сцепленными в замок пальцами. – Это проблема?

Стараюсь, чтобы мой голос казался беззаботным и вроде как даже получается.

– У меня? Вообще никаких, – пожимает плечами и, сощурившись, смотрит на солнце через тёмную жидкость в стакане. – Уверена, что тебе комфортно в… этом.

– Угадала, – киваю, – мне в этом очень комфортно.

Аня тихо смеётся, а в её безумно красивых восточных глазах мелькает что-то на сочувствие похожее. Или мне показалось?

– Ты, вроде бы, выглядишь искренне влюблённой, – меняет тему, – и Марк тоже… просто цветёт.

– В этом есть что-то удивительное?

Господи, дай мне сил выдержать этот странный разговор и в грязь лицом не упасть.

– Для меня да, – произносит легко и даже беззаботно. – Я Орлова всю жизнь знаю, он ни на кого так не смотрел. Ни разу. Это удивляет немного. Марик у нас парень непостоянный, ветреный.

Очень полезная информация.

– Даже на Регину так не смотрел? – вылетает и уже поздно делать вид, что меня не волнует бывшая Марка.

Аня округляет глаза и вдруг начинает смеяться. Громко так, заливисто, никого не стесняясь. Натурально хохочет до слёз из глаз.

– Даже на Регину, – говорит, задыхаясь от смеха и допивает коктейль. – Даже на неё…

Мы молчим, смотрим друга, а Аня размышляет о чём-то, загадочно улыбаясь. Мне казалось, я понравилась ей, но сейчас не уверена в этом.

– Марта, мне кажется, мы подружимся, – выносит вердикт, а я киваю, хотя моё мнение немного другое. – Если нужна будет помощь в смене имиджа, свисти. Расскажу, где можно оторвать брендовые шмотки за копейки. Знаешь ли, не всем выпадает счастье родиться в семье Орловых.

Она то ли о себе, то ли обо мне, а может, вовсе о чём-то своём.

Внезапно Аня меняется в лице. Меняет позу с расслабленной на напряжённую, становится похожей на туго натянутую струну. Она смотрит мне за плечо, я оборачиваюсь и замечаю Романа Георгиевича собственной персоной.

Чёрт! Я же… расслабилась, блин! А он вернулся, так рано и непонятно, с Анфисой Игоревной или один. А что, если им не понравится, что расселась тут, коктейли пью, с друзьями его сына болтаю, словно на это право имею, будто мне место среди них.

Так, отставить панику!

С того ужасного разговора в машине мы больше не пересекались, чему была несказанно счастлива, а сейчас он стоит в десятке шагов от нас, одетый в светлые льняные брюки и нежно-голубую футболку-поло и смотрит в упор.

Только не на меня, а на Аню, и мне бы радоваться, что ему никакого дела до меня нет. Только кажется, что стала невольным свидетелем чего-то, что видеть мне было нельзя.

Ни в коем случае.