Глава 40

Дмитрий

Я крепко обнимал Аню, пока она спала.

Сонную я отнес её домой и положил в мою... нашу кровать.

Я снял с неё одежду. На ней были удобные белые трусики. На её груди всё ещё были полосы засохшей крови. Моё сердце бешено колотилось, когда я накрывал её пуховым одеялом. Некоторое время я смотрел на неё, задаваясь вопросом, когда она стала настолько важна для меня, что я боялся уйти, пока она спала, боялся, что она перестанет дышать.

Даже с заклеенным носом и синяком на лице она выглядела прекрасно.

Моя боевая малышка, подумал я. Kак я мог подумать, что она тряпка? Она сбила с ног здоровенного мужика! Kонечно, она выглядела так, словно провела несколько раундов на боксёрском ринге с соперником совсем не её весовой категории, но она взяла над ним верх.

Я оставил Аню спать и пошёл в свой кабинет, который находился рядом с нашей спальней. Таким образом, если бы она даже просто пошевелилась, я мог тут же её услышать.

Я позвонил Рите. Она чувствовала себя виноватой, и хотя мне хотелось устроить ей взбучку, я понимал, что на самом деле в произошедшем нет её вины. Работа Ани не исключает таких инцидентов. И хотя я хотел, чтобы она уволилась, я знал, что она этого не сделает. Она любит свою работу, и я не смогу переубедить её. Однако я позабочусь о том, чтобы у неё была лучшая охрана - и теперь она будет знать об этом. Ей придётся это принять ради моего спокойствия.

- Kак Аня? - спросила Рита.

Я услышал шорох одежды и улыбнулся, когда в трубке послышался сонный голос Миши:

- Уже поздно, кис. С кем ты разговариваешь?

Рита отошла от того места, где она была - я услышал её шаги.

- С ней всё в порядке?

- Да. Она спит. Я хочу, чтобы она знала, что у неё есть охрана. Я дам ей машину с водителем, чтобы она не ходила на работу пешком, не садилась в метро или как она там ещё, блядь, добирается до работы и обратно домой. Это на моей совести. Я должен был лучше заботиться о ней.

- Аня не захочет, чтобы её возили на машине повсюду, и ты это знаешь. Охране было очень трудно угнаться за ней, потому что она настаивает на общественном транспорте.

- Я не знаю, почему она хочет жить так, как будто у неё нет денег.

- У неё нет денег, - напомнила мне Рита.

- У меня есть. А что моё - то и её.

- Но это же временно.

- А твои отношения с Мишей - это временно или как? - парировал я.

Последовала долгая пауза.

- Могу ли я рассчитывать на то, что ты забудешь то, что только что услышал?

- Что Миша назвал тебя кисой, и, похоже, он в той постели, в которую ты собираешься вернуться после этого разговора?

Я слышал, как она стиснула зубы.

- Да, это. Миша не хочет, чтобы кто-нибудь знал.

- Почему?

Она вздохнула.

- Он так решил.

«Ho ты хoчешь по-другому», - подумал я. И, возможно, именно поэтому иногда в её глазах была тоска. Мужчина, в которого она была влюблена, вовсе не был влюблен в неё, или недостаточно, чтобы сделать это официальным и публичным. Миша, вероятно, рассматривал это как временные отношения, которые скоро закончатся. Кроме того, она была его подчиненной. Ну, я был генеральным директором компании, и меня вполне устраивали его близкие отношения с Ритой. Я же ждал этого годами.

- Так надолго это у вас? - тихо спросил я.

- Наверное, нет.

- Это у него нет. А у тебя?

Я услышал самоуничижительный смешок.

- На всю жизнь. Передай мои пожелания скорейшего выздоровления Ане.

- Спокойной ночи, Рит. И я ничего не скажу Мише.

- Спасибо, Дим, такого с Аней больше не повторится. Я обещаю.