Глава 48
*** Даша ***
Тебя нежно грубо / TARAS
Человеческие отношения это как игра в лего. Вот двое играют вместе, строят башню. И если каждый добавляет по фигурке, идет на компромис, вносит что-то в эту игру, то она будет продолжаться как можно дольше. Башня будет крепкой, отношения прекрасными.
Но очень сложно играть с человеком, который разрушает башню, порой сам того не замечая.
Для Марка шутки в виде оскорблений норма. Почему же это стало нормой и для меня?!
В ближайшем туалете переодеваюсь, глотая слезы. И мысли, как вихрь крутятся в голове.
Дура. Дура. Господи, ну какая же я дура!
Почему я не могу разорвать этот узел, просто махнуть хвостом и больше не откликаться на его настойчивые звонки и наглые улыбки.
Но нет…
Как мотылек, прекрасно зная, что на свет электрической открытой лампы лечу. Прекрасно понимаю, что ждет там смерть. Смерть от любви к Марку.
Может быть хватит?
Может быть пора идти дальше. Забыть. Даже сменить вуз. С глаз долой из сердца вон?
Но черт… Я же пробовала.
Летом ездила в Англию к тетке по матери. Там провела вполне сносные каникулы, даже поработала в одном модном ресторане. Мне даже улыбнулся англичанин.
И знаете, что? Я все равно смотрела на него и думала «А мой Марк-то лучше!»
Только вот не мой он. Общий. А я этой дружбой все пытаюсь права на него заявить. Но разве есть хозяева у котов? Нет, они сами по себе. И Марк сам по себе. Глупо надеться, что эта дружба удержит его рядом. Ничто не удержит.
— Малышева, ты куда в таком виде? — вдруг слышу над собой бархатный, взрослый голос. Поднимая голову.
— Алекс… То есть Александр Дмитриевич, — лепечу я. Только его не хватало. – А вы здесь какими судьбами.
А может это и есть моя судьба?
Тем более, там вон макушка Марка торчит на третьем этаже торгового комплекса.
Неужели раскаялся и меня ищет? Извинится? Чушь!
Он не знает, что это такое. А может пора показать ему, что я интересую не только продавцов еды, которые живут за счет моего режима обильного питания?
Алекс что-то объясняет, а я уже не слушаю. Беру за лацканы спортивного пиджака, которыми обтянуты его широкие плечи и тяну к себе с мольбой:
— Поцелуйте меня. Прямо сейчас. Так надо!