Глава 36

Беру ледяные ладони Габель в свои и смотрю в её заплаканные глаза.

— Как же так?

— Не знаю, — сжимается она и опускает голову, содрогаясь в беззвучном рыдании. — Всё произошло так быстро. Я не понимаю!

Я решительно поднимаюсь.

— Нам нужно попасть в кабинет короля.

— Лексия! — пугается Габель.

— Идём, — спокойно прошу я. — Или ты думаешь, что кто-то посмеет остановить жену принца?

Видимо, что-то в моей улыбке убеждает её, и жена советника поднимается. Я не дала себе времени ни отдохнуть, ни переодеться, у меня ноет всё тело так, будто я на ночь попала в руки инквизитору. Но всё это не важно. Интуиция зовёт меня в кабинет короля, и там мы найдём ответы на вопросы.

— Его Величество собирался отбыть после бала в честь Имори, — шепчет Габель.

— Знаю, — болезненно кривлюсь я.

Потому и спешила вернуться. Жаль, что поддалась панике и растерянности. Останься я во дворце короля, возможно, мне удалось бы предотвратить трагедию.

С другой стороны, трагедии ещё не произошло. Да, я не успела предупредить короля о готовящейся засаде, но не вернись я в замок принца, и не узнала бы о ней. А как иначе я бы смогла отговорить Его Величество от личного участия в походе?

Никак. И принц, будь он здесь, не позволил бы поговорить с королём.

Всё случается наилучшим образом, главное — сделать выбор и следующий шаг.

Мой — это приказ открыть кабинет короля. Стража повинуется беспрекословно, и Габель выдыхает с облегчением, но поглядывает на мрачных воинов с некоторой долей опаски. Я же приближаюсь к столу и ищу ещё одно послание. От короля Грибуна или ещё кого-то.

— А что ещё могло заставить короля в одночасье изменить решение? — И отвечаю подруге на невысказанный вопрос. — Письмо точно есть. Но…

— Его Величество мог забрать его с собой, — заканчивает за меня женщина. — Или уничтожить.

— Или спрятать, — вспоминаю послание от настоящей Лексии. — Если там было нечто особо важное.

— Например? — интересуется Габель.

— Например, информация от неизвестного доброжелателя, где именно держат единственного наследника Фарамана.

— Ох, — прижимает она ладонь к бледным от волнения губам. Справившись с эмоциями, кивает: — Это как раз то, что муж бы не смог мне рассказать.

— И заставило бы короля поспешить, — вздыхаю я, так и не обнаружив тайника. — Но это лишь моё предположение.

— Уверена, так и было. — Габель берёт меня за руку и осторожно тянет к выходу. — И мы можем убедиться в этом.

— Как? — бросаю на неё непонимающий взгляд, но тут же догадываюсь: — Идём!

Стражники радуются, что мы покидаем кабинет короля, запирают за нами двери, а я следую за женой советника. Разумеется, король не стал бы прятать важный документ у себя. Он поручил бы сделать это тому, кому действительно доверяет. А муж доверяет Габель, и она наверняка знает все тайники в его кабинете.

Наконец-то мне везёт!

Кабинет советника в разы меньше, чем королевский, а может, это впечатление создаёт многочисленная мебель, начиная от секретеров, заканчивая множеством сундуков. Никакой стражи у дверей, тишина в коридоре, и лишь со двора доносятся вялые переругивания слуг.

Габель запирает двери и быстро направляется к секретеру. Дверцы, которые она открывает, заставляют меня усомниться в законах физики. А может, это магия?

Закончив с секретером, женщина переходит к большому столу, у которого тайники есть даже в ножках! Но послания не обнаруживает и там. И лишь сдвинув большую картину, вскрикивает от радости.

Я улыбаюсь, не веря, что и в этом мире используют такой популярный трюк, но за картиной сейфа не вижу. Габель царапает ногтем по холсту с изнанки, и, проявляясь, на пол падает лист бумаги. Грязный, в пятнах крови и с тёмным подпалённым краем, он производит удручающее впечатление.

Схватив его, Габель быстро пробегается взглядом по строчкам и поджимает губы. Протягивая мне, смотрит обречённо, и я читаю без всякой надежды на хороший исход. Каждая строчка разбивает остатки веры в спасение королевства.

— Значит, принц жив, — бормочу я, перечитывая послание снова и снова. — Но Грибун не знает точно, где его прячут. Лишь указывает связного, некого Головореза… Уже подозрительно. Похоже на кличку разбойника. И умоляет спасти мальчика, а не его самого. Поручает опеку Ниббу, что ещё сильнее смахивает на ловушку.

— Согласна, — бледнеет Габель. — Это фактически просьба быть королём Фарамана до совершеннолетия мальчика.

— Умно, — усаживаюсь я на стул и не сдерживаю стона от боли в ногах.

— Вам надо отдохнуть, — тут же переключается леди Итлеси. Забирает у меня послание и прячет его в самом надёжном месте — в декольте. Помогает мне подняться и ведёт к выходу. — Никаких возражений! Сначала ванна с целебными травами, затем плотный ужин и сон. О великая Имори! Не представляю, как вы провели всю ночь на лошади и без седла!

— Да, было не очень удобно, — признаюсь я, понимая, что сейчас не смогу ничего предпринять.

Да и не знаю, что можно сделать. Мне нужна маленькая пауза, чтобы смириться с поражением и подумать над дальнейшим ходом. Он должен быть эффективным и быстродействующим. Голова гудит, идеи отказываются приходить.

Я позволяю служанкам выкупать себя, принимаю отвар из потемневших от трав рук целителя, завтракаю вместе с Габель в саду, где меня и одолевает дремота.

Поддавшись ей, я невольно касаюсь пальцами кулона, с которым не расстаюсь ни на секунду, и вздрагиваю от неожиданного решения.

И холодею от одной мысли о том, что собираюсь сделать.