Глава 39

Прихожу в себя медленно, будто сознание не хочет возвращаться, чтобы отгородиться от трагедии и вспоминать увиденное с высоты башни. Я лежу с закрытыми глазами, в ушах словно до сих пор звенят крики горящих заживо воинов, а дыхание прерывистое и поверхностное, чтобы не чувствовать той вони.

И не даёт покоя то, что я могла это остановить.

Но если бы я не попросила дракона напасть, то произошло бы то, что предрекал лорд Алмал — третьего штурма башня бы не выдержала. Короля Грибуна бы казнили, а потом и его сына, и отца принца Леастера, который спешно отправился спасать мальчика.

Как и во время моей практики, я смиряюсь с тем, что не бывает победы без проигравших. Не бывает триумфа без жертв. Жизни без смерти. После первой серьёзной заварушки, в которую я угодила, Олег сказал, что преступники сами выбрали свою судьбу. Да, можно им посочувствовать, но на этом и остановиться. Не зря у богини справедливости завязаны глаза, а меч Фемиды карает беспристрастно.

Но всё же. Цена мира очень высока.

Ощущаю, как по щеке ползёт слеза, и вздыхаю. Разлепляю влажные веки, готовясь увидеть покои Габель, а возможно и саму подругу.

— Где я? — Голос звучит хрипло, и я кашляю.

Приподнявшись, осматриваю ободранные шторы и разбитое окно. Перевожу взгляд на распахнутую дверь, с порога на меня смотрит воин в доспехах. Поймав мой взгляд, он разворачивается и кричит:

— Она очнулась, мой лорд!

Я сажусь в кровати, на мятых простынях которой видны пятна крови, рядом на столе ворох бинтов и пустые бутылочки из-под зелий. Похоже, это помещение использовали как санчасть. Я всё ещё в замке Грибуна? Почему я не вернулась к Габель?

Шею покалывает льдом понимания: потому что магическая связь притягивает меня к дракону, а Тагел здесь. Но мне удалось вернуться, когда к нам в спальню вошёл торн. Я тогда жутко перепугалась и смутилась — колдун застал нас в весьма пикантной ситуации.

Но на вершине объятой пламенем башни я тоже не была в спокойствии. Испытав шок от множества смертей, которые происходили у меня на глазах, я потеряла сознание.

В комнату, звеня подковами и гремя оружием, быстро входит невысокий коренастый мужчина с цепким взглядом. Незнакомца сопровождают несколько лордов, но держатся они чуть позади и при виде меня сгибаются в синхронном поклоне. Все, кроме первого. Я догадываюсь, что передо мной король Фарамана.

— Ваше Величество, — сползаю с кровати и осторожно, борясь с головокружением, приседаю в реверансе. — Рада видеть вас в добром здравии и… — Поднимаю голову и понижаю тон: — Сожалею о вашей потере.

— Леди?.. — Не убирая ладони с рукояти меча, отрывисто начинает он.

— Леди Лексия Нибб, супруга принца Леастера, — представляюсь я.

— Принцесса, — поражённо выдыхает король и приближается почти вплотную. — Я просил Нибба о помощи, но не ожидал того, в каком виде придёт спасение!

Разглядывая меня, дёргает уголком рта:

— Мне доложили, что вы — торн иен Огаута. — Он неожиданно подаётся ко мне и на миг сжимает в крепких объятиях. Отступив, чуть опускает голову: — Прошу не сердиться за это, леди Лексия. Я безмерно благодарен королю Тамсина за своё спасение. С надеждой ожидал войско Нибба, но никак не мог предположить, что вы будете лично просить за меня перед властителем всего Кеола!

Я впитываю его слова как губка, насыщаясь информацией. Значит, Грибун решил, что это я попросила дракона спасти его от неминуемой смерти. Разумеется, для короля Фарамана не секрет то, что иен потребовал от меня исполнения права первой ночи. Возможно, он тоже готовится предоставить дракону права на свою дочь, когда она подрастёт.

В груди неприятно колет. Готовился. Теперь его дочь мертва — как и королеву, несчастную казнили на глазах отца. А я ещё упала в обморок, когда дракон восстанавливал справедливость?

Дрожа от раздирающих моё сердце противоречивых эмоций, я выдыхаю с чувством:

— Ваш сын! Где он?

— Что вы об этом знаете?

Лицо короля будто каменеет, а глаза блестят от сдерживаемой бессильной ярости и боли.

— Немного, — качаю головой. — Только то, что вы написали письмо королю Ниббу и просили спасти мальчика. Его Величество отбыл с лучшими воинами этой ночью. — Поддавшись сочувствию, прижимаю ладонь к его плечу и убеждённо добавляю: — Он спасёт наследного принца, я уверена!

Король Фарамана сжимает челюсти так, что танцуют желваки, и меня посещает дурное предчувствие.

— Я послал по одному письму всем шести королям нашего удела, — отрывисто говорит он.

— Перед первым штурмом, пока у меня было время и почтовые голуби, предупредил собратьев по короне и попросил помощи. Дворец Нибба ближе всех, и его воинов я вправе был ожидать раньше всех.

Он замолкает, глядя так мрачно, что у меня нехорошо сосёт под ложечкой.

— Но второго письма вы не посылали, — обречённо заканчиваю за него.

Грибун лишь качает головой и, разворачиваясь, кричит:

— Лорд Алмал! Разослать гонцов по ближайшим замкам! Первый, кто отыщет следы короля Нибба, получит титул!

Снова смотрит на меня и протягивает руку:

— Позвольте сопроводить вас к властителю, Ваше Высочество.

Я отшатываюсь:

— Тагел всё ещё здесь?

— Иен Огаут ожидает в тронном зале. — Голос короля скрипит, будто ему неприятно сообщать мне о присутствии властителя. — Он дал понять, что не покинет Фараман без…

— Понижает голос и тихо, чтобы не услышали сопровождающие его лорды, заканчивает:

— Своей пары. Прошу простить, леди Лексия.

Вздыхаю и на миг прикрываю глаза.

Похоже, Тагел ждёт оплаты за исполнение моей молчаливой просьбы.