Глава 41

Слова Грибуна всё звучат у меня в ушах, но смысл ускользает. Мне не хочется верить, что все усилия оказались напрасными, что Леастер каким-то образом обыграл меня. Добился своего и убрал с пути к короне собственного отца. И то, что принц получил трон уже проданного по закладной королевства (или его части), но не получил вожделенный Фараман, вовсе не радует.

Нибб мёртв! Супруг леди Габель, упрямый и честный советник, тоже. И все лорды.

Грудь сдавливает так, что становится трудно дышать.

— Как такое возможно? — поднимаю глаза. Недоверчиво качаю головой: — С королём отправились лучшие воины. Нет-нет, это какая-то ошибка! Лорд Зозад и мятежные вассалы были в королевском замке, кто мог победить целую армию?!

Всматриваюсь в каменеющее лицо Тагела, будто желаю получить ответ именно от него. А сама всё ещё пытаюсь прийти в себя от чудовищной новости.

— Письма были отправлены всем семи королям вашего удела. Мог ли кто-то успеть со своими людьми? Нет. Зачем бы им было нападать на тех, кто тоже спешил на помощь? И мальчик. — Оборачиваюсь к Грибуну. — Что стало с вашим сыном? Нибб нашёл его?

Король поджимает губы и опускает голову, пряча тяжёлый взгляд. Сердце моё ёкает, когда слышу сдавленный голос мужчины:

— Нет. Наследника найти не удалось ни живого, ни. — Он осекается и судорожно втягивает носом воздух. — Я не оставлю поиски, пока не отыщу наследного принца!

— Мы вам поможем! — пылко обещаю я.

— «Мы»? — выгибает бровь Тагел.

Я вижу, что дракон постоянно наблюдает за мной, будто пытается предугадать следующий шаг или действие, но судя по всему, каждый раз моя реакция оказывается для иена неожиданной.

— Да, мы, — резко подтверждаю я и стараюсь придать своему голосу той стали, которую часто слышу у Тагела. — Я и мои вассалы. С этой минуты я — королева Тамсина! А ещё попрошу помощи у нашего непосредственного руководителя. Ведь вы, иен Огаут, начальник семи подразделений. Значит, ответственны за королевства!

— Я… кто? — моргает он.

Кажется, мне снова удаётся поставить властителя в тупик. Но как ещё объяснить то, что иерархию в этом мире я соотношу с той, что знакома мне?

Вот только «должность», полученную в результате смерти короля Нибба, я делю с мужем, который разработал хитрый план и умудрился претворить его в жизнь. Совесть моего дорогого супруга белее снега, и никто не замечает, что руки у него по локоть в крови.

А значит, стоит отстранить Леастера от «должности». Лишить привилегий, посадить под стражу.

Я решаюсь и делаю шаг к властителю.

— Тагел иен Огаут, я прошу справедливости для моего народа и народа королевства Фараман! Проведите расследование и накажите виновного в этом преступлении.

Уголок рта его дёргается едва заметно, но я улавливаю это движение.

— Кого ты обвиняешь?

— Своего супруга, Леастера Нибба, — твёрдо заявляю я. — Это он снабдил золотом лорда Зозада и подбил его на бунт. Это он устроил ловушку для собственного отца. — Вздохнув, добавляю: — К сожалению, у меня нет веских доказательств.

— Они не нужны, — сурово перебивает Тагел. Брови его сходятся на переносице, взгляд темнеет от гнева. — Твоего слова достаточно. Раз он виновен, то умрёт!

Я качаю головой, не собираясь пользоваться «служебным положением», то есть нашей странной связью с Тагелом.

— Нет, нельзя жечь людей направо и налево.

— Вы сказали, что ваш муж подкупил моих лордов, — вмешивается Грибун. Лицо его искажается от гнева, кулаки сжимаются. — Но защищаете его?! Зозад на моих глазах убил мою любимую жену и старшую дочь!

Я выставляю ладонь, желая немного остудить пыл мужчины.

— Не защищаю. А требую справедливости у властителя удела. Я же сказала, что у меня нет доказательств, поэтому надо провести расследование и выявить всех причастных. Увы, лорд Зозад уже ничего не скажет. — Бросаю косой взгляд на Тагела. — Уж кое-кто постарался!

— Ты недовольна. — Прищурившись, иен сокращает расстояние между нами до шага. — Ты хотела, чтобы он жил?

— Конечно, — поднимаю руки в отчаянном жесте. — Он единственный мог признать, что получал деньги от Леастера, и рассказать о некой закладной, существование которой мне известно… Увы, я знаю только о том, что она есть!

— Ты просила не трогать Зозада, и я отступил, но ты сбежала! — наседает на меня Тагел.

— Потом сказала убить, и я подчинился. Но и это не принесло тебе удовлетворения. Ты снова хочешь, чтобы он жил!

Пятясь, я понимаю, что умудрилась не на шутку разозлить дракона.

Вот только этого мне не хватало!

Стоп.

— Ты делаешь то, что я прошу? — Голос мой дрожит.

— Любому дракону нравится радовать свою истинную пару, — смягчается он и снова цедит: — Но тебе угодить непросто.

Я же хватаю ртом воздух, ощущая себя ребёнком, которому только что вручили в руки бластер, и есть риск, что оружие сработает от одного лишь дыхания. Опасное могущество, безграничная власть. Ненаказуемая и абсолютная. Во всяком случае в этом уделе.

— Значит, — осторожно подбираю слова, — ты не тронешь Леастера, если я попрошу?

Нельзя допустить, чтобы дракон «встал на крыло», полетел в замок принца и сжёг дотла. Там же осталась моя верная Лицина! И не только поэтому — я никому не желаю страшной участи, свидетельницей которой недавно стала.

— Леди Лексия! — снова взрывается Грибун. — Вы сами обвинили сына Нибба в мятеже и отцеубийстве. — Он едва не падает на колени перед Тагелом: — Я требую справедливости, мой властитель!

— Это не обвинение. — Я сжимаю плечо иена и привлекаю его внимание. — А лишь подозрения. Нужны доказательства. А ещё обвиняемому необходимо дать возможность оправдаться. Вдруг всё не так, как мне кажется? Вот вам бы, Ваше Величество, — обращаюсь к Грибуну, — понравилось сожжение без суда и следствия? Это уже не справедливость, а насилие. Террор!

Замолкаю, не отрывая умоляющего взгляда от совершенного лица иен Огаута, желая коснуться его волос, позволить прядям скользнуть между пальцами. Тагел, будто ощущая это, проводит ладонью по виску и едва заметно улыбается.

— Хорошо, я выслушаю молодого короля Тамсина.

Выдыхаю с облегчением. Пока никого не сожгут!

Радуюсь не только за невиновных, но и за Леастера. Да, я уверена в его виновности, но всё же не стоит забывать, что за ним явно стоит некто небедный. Возможно даже, тот самый дракон, что решил навестить наше королевство. Если позволить иен Огауту убить принца, то и эта тайна канет в небытие.

Не говоря о том, что смерть ещё одного короля может привести Тамсин к кризису. У младшего Нибба нет наследников, и мне придётся сражаться за власть в чужом мире и по чужим правилам.

Когда вина Леастера будет доказана, его можно посадить в тюрьму, с именитыми родственниками договориться, дракона потихоньку приручить…

— Если решу, что младший Нибб угрожает миру в моём уделе, — продолжает Тагел, — он умрёт на месте.