15. Егор

Люба пошла открывать главный кран на воду, а я с опаской ещё раз посмотрел на кран. Сейчас ка-а-ак пизданёт!

Что уж душой кривить, отвык я руками работать. Хоть и не из жопы те самые руки, а всё равно немного тревожно. Давненько я ничем подобным не занимался. Всё проверил на сто раз и перепроверил, а в душе червячок сомнения остался. В жизни себе не прощу, если сейчас перед Любашей опозорюсь.

Замучился я с этим смесителем, конечно. Может, и правда надо было сантехника вызвать? Мы бы с Любашей сейчас ели, пили, а он бы тут ебался с этим краном. Но я же выпендриться хотел?

Сейчас узнаем, получилось или нет.

— Можно открывать? — спросила Люба, подойдя к раковине.

— Конечно! — уверенно заявил я, а сам подальше отошёл.

На всякий случай. Люба дома, если что, переоденется. А мне с мокрыми штанами домой ехать совершенно не хотелось. Я бы мог и их снять, конечно. Но, кажется, на сегодня достаточно стриптиза. Девчонка от моего пуза голого краснеет. Если я ещё и брюки сниму, вообще будет аллес.

Чего она стеснительная такая? От неопытности? А смотрела с интересом на меня, а не брезгливо. От мысли, что я ещё могу впечатлить своим торсом без кубиков молоденькую девчушку, моя самоуверенность вознеслась до небес!

Кран хрюкнул, сжимая моё сердце очередной порцией волнения, и из него полилась вода. Не на меня, не на Любу, не в потолок, а в раковину, как и положено.

— Работает! — радостно воскликнула Люба, как будто тоже не верила, что всё получится.

Фуххх! Слава тебе, господи!

— Конечно, работает, Любаша! Ты что, сомневалась во мне?

Я мягко приобнял девушку за талию и отстранил её от крана. Покраснела! Она опять покраснела! Уже и дотронуться до неё нельзя? Надо же…

Подёргал за шланги, за сам смеситель, чтобы убедиться, что всё надёжно. Самое страшное будет, если я уеду, а кран в ночи сорвёт. Люба меня проклянёт же? Всё было идеально! Не придерёшься!

— Спасибо вам огромное, Егор Алексеевич! — просияла Люба. — Даже не знаю, как вас благодарить!

— Зато я знаю, Люба! Есть один способ!

Девушка так и застыла с обломками старого крана в руках. Испуганно вскинула на меня свои голубые глазищи. Она что подумала, что я её к разврату склонять начну? Смешная.

Конечно, я был бы не против такой благодарности. Да я вообще здесь только из-за этого и трусь. Только вот навряд ли Люба НАСТОЛЬКО мне благодарна.

— Покорми меня, Любаша, — поспешил я с ответом, пока она мне этим старым смесителем по башке не надавала. — Это во-первых! — добавил я. — А во-вторых, перестань меня звать Егором Алексеевичем. Мы же не на работе? Просто Егор.

— Просто Егор, — рассеянно протянула Люба. — Иди… руки помой, Егор. Я сейчас!

Она засуетилась, наводя порядок, а я пошёл, куда меня отправили. Рубашку всё же стоит обратно надеть. С голым пузом за столом сидеть как-то не очень. Я в гостях вообще-то. Да и Любу смущать не хотелось. Я так сильно продвинулся по направлению к Любе, что боялся всё испортить. Начинать всё заново потом? Ждать, когда у неё ещё что-нибудь случится? И так еле пробился к ней. Повезло, можно сказать. Подпустит ли ещё раз? Не факт.

В кухню я вернулся в рубашке. Люба уже накрыла на стол, разложив рыбу и салаты из ресторана по тарелкам, достала бокалы для вина. Два. Значит, уговаривать её выпить не придётся.

— Откроешь вино, Егор? — протянула мне Любаша штопор, присаживаясь рядом со мной за стол.

— Конечно.

Вот прям чувствуется, что мы сближаемся. Без Егора Алексеевича прям заебись!

Я открыл вино, разлил по бокалам.

— Ну, что Любочка, обмоем смеситель? Чтоб не ломался?

Люба улыбнулась и взяла в руки бокал, звонко стукнулась им о мой бокал, осушила залпом. Я её нервирую? Господи, чем? Я тоже выпил до дна. Уже и сам начал нервничать, не хуже девчонки.

Ели мы молча. Что же у меня с ней никак разговор не клеится? Каждое слово, как движение сапёра. Надо прояснить ситуацию. Успокоить как-то зайку.

— Люба, ты меня боишься? — задал я ей прямой вопрос. — Почему?

— Не знаю, — ответила девушка и смущённо опустила глаза. — Вы… Ты… Я не привыкла общаться с такими людьми, как ты, Егор.

— Да какими такими? — искренне недоумевал я.

— Я не знаю, как это объяснить…

— Ты уж постарайся, Любаша. Вдруг получится?

— Ты богатый…

— Это плохо?

Во дела! Обычно девушки неудачников и нищебродов сторонятся. А этой чем мои деньги помешали?

— Нет. Наверное… — Люба снова посмотрела на меня, и я почувствовал себя ущербным. — Мы из разных миров, Егор. Ты уверенный в себе, успешный, красивый… — Я красивый! Ясно? Хоть что-то во мне есть! — А я…

— Люба, ты очень красивая! Просто роскошная! Я ещё в первую нашу встречу дал тебе понять, что ты меня очаровала!

Люба покраснела и нервно затеребила салфетку в руках. Хоть бы улыбнулась, что ли!

— В том-то и дело, Егор, что нет во мне больше ничего, кроме красоты. Мы друг другу не подходим. Я не могу ничем тебя отблагодарить, кроме как словами. Боюсь, что ты не на такие благодарности рассчитываешь. Поэтому решила об этом поговорить, чтобы ты не расстраивался.

Я понял о чём она и мне стало неприятно. Неужели я выгляжу настолько озабоченным? У меня на лбу написано, что я её трахнуть хочу? Видимо да, раз Люба это просекла.

Придумывая, что ей возразить, я наполнил наши бокалы.

— Если ты решила, Любаша, что я тебе не подхожу, то, наверное, так и есть. Только вот я не понял, с чего такие выводы у тебя обо мне? За тот поцелуй ты меня уже покарала, и я извинился. Думаешь, я настолько идиот, чтобы повторять свой промах?

— Зачем тогда ты приехал? Колбасы мне купил?

У меня нерв за нерв зашёл! Ну как так можно? Она издевается надо мной?

— Это называется ухаживания, Люба! Я мужчина, ты женщина. Я о тебе забочусь таким образом. Пытаюсь, по крайней мере. Если бы тебе были неприятны мои действия, ты бы на порог меня не пустила. Ведь так? — Люба ничего не ответила, да мне и не нужен был её ответ. — Если бы я просто хотел тебя отыметь, ты бы сейчас стояла передо мной на коленях и наяривала своим ротиком кое-что! — Люба разволновалась уже в край! Рискованно было так разговаривать с этой нежной фиалкой, но и я не железный, между прочим! — Но ты сидишь там, а я здесь! И мы просто разговариваем! Так чего ты боишься, девочка?

— Ты меня неправильно понял!

— Да неужели? Завязывай, Люба, подозревать меня во всех смертных грехах! Я против твоей воли ничего не сделал!

За столом воцарилось молчание. Люба делала вид, что ест, а я на неё смотрел. Хочу смотреть и буду! Насрать мне на её смущение!

— Прости, Егор, — наконец, выдавила Люба из себя. — Я просто не привыкла к такому.

Да, блять, какому такому? Я сейчас реально чокнусь с этой дамочкой! Что я сделал-то не так?

— Я не привыкла, чтобы мужчина мне что-то покупал, что-то делал за просто так. Ты тут ни при чём, я знаю. Это я… Мне не с чем сравнивать. Откуда я знаю, как должно быть?

Ладно, извинения приняты. Вроде толково объясняется, грамотно.

— Ты с кем до меня встречалась? С пятиклассниками?

Люба снова ничего не ответила. Может, реально никого нормального у неё не было? Так мне же лучше? Я на фоне этих козлят буду царь и бог.

— Расскажи о себе, Егор. А то ты про меня вон сколько уже знаешь, а я о тебе ничего.

Слава тебе, господи! Моей персоной наконец-то заинтересовались!