34. Люба

Выходные с Егором прошли чудесно, впрочем, как и всегда. Мы ходили с ним в театр, гуляли по набережной, обсудили ремонт в гостиной. То, что мужчина разрешил мне хозяйничать в его доме, говорило о том, что теперь я душа этого жилища, неотъемлемая часть его жизни. Придумывая новый дизайн помещения, я начинала чувствовать этот дом, принимать его своим. В очередной раз я посчитала идею Егора очень мудрой. Когда есть деньги и мужчина под рукой, ремонт — это скорее приятно, чем утомительно.

Если бы не ссора с Полиной, я могла бы сказать, что абсолютно счастлива. Эта увесистая ложка дёгтя портила весь мой мёд.

Я не могла не думать о подруге. У неё наверняка тоже происходит в жизни что-то интересное, а я об этом ничего не знаю. Что если, Поле нужен мой совет или ей очень плохо? Вдруг она страдает из-за Льва Борисовича или Арина ей какую-то гадость сделала? А тут я со своими претензиями. Найдёт она себе новую подругу, а меня забудет как звали. Как же я потом буду жить? Это же моя Поля!

Так я изводила себя день за днём, но без денег ехать к подруге было всё так же неловко. Я решила всё-таки дождаться аванса, а потом уже ехать мириться. Поля соскучилась, поэтому не станет упираться, когда я предложу ей начать отдавать ей долг. Она просто обязана выслушать мою точку зрения.

Из-за своих думок я жутко тупила на работе. Смотрела в монитор компьютера, но совершенно не понимала, что там написано. Какое-то пустяковое задание делала уже полдня.

— Ура-а-а! — заорала на весь кабинет Вася, и я вздрогнула от неожиданности.

— Чё орёшь, идиотка? — зашипела на неё Лена, испугавшись не меньше моего.

— Мне аванс пришёл! — Вася выскочила из-за стола и начала исполнять какой-то невообразимый победный танец.

— Пф-ф! Было бы чему радоваться, — буркнула Лена.

— Это значит, что я отработала свои косяки! — пояснила Василина. — Теперь у меня самая настоящая работа! Не хуже, чем у остальных! Я полноправный член коллектива!

— Поздравляю! Прекрасная новость! — искренне порадовалась я за неё.

Я проверила свой телефон. Мне тоже пришло уведомление о зачислении денежных средств. Сердце забухало где-то в голове, во рту пересохло.

Всё, надо звонить Полине. Больше отмазок, чтобы тянуть с извинениями у меня не было. Так боязно! Подруга больше не звонила мне после ссоры. Что если, она не захочет мириться? Даже думать о таком страшно!

— Девчонки, а пойдёмте после работы в бар? Отпразднуем моё достижение? — предложила Вася.

— Не терпится снова накосячить? — пошутила Лена. — Без нас никак? Сама не справишься?

— Я угощаю!

— Это меняет дело! Чёрт с тобой, придурошная! Я согласна! — рассмеялась Лена.

— Люба?

Девочки уставились на меня, и я растерялась. Предложение было таким неожиданным. Я же с Полей хотела встретиться поскорее?

— Не знаю даже…

— Ты чего, Люб? Вон даже грымза согласилась, — покачала головой Вася. — Повеселимся немного. Прогуляем весь аванс! Сам бог велит!

— Как весь? — удивилась я. Это ж такие деньжищи?

— Было бы что прогуливать, — криво усмехнулась Лена. — На двадцать тыщ не разгуляешься. Даже напиться не хватит. Так что, Люба, соглашайся!

— Ладно, девочки! Я отпрошусь у Егора Алексеевича ненадолго.

Вася снова радостно запрыгала на месте, а потом вернулась за свой стол.

— Может, и нас заодно пораньше отпросишь? — спросила Лена. — Только понедельник, а я уже так задолбалась!

— Ладно, — пожала плечами я.

Почему-то я была уверена, что Егор пойдёт мне навстречу. Ничего же такого нет, в том, что я с девочками немного развеюсь? Тем более за счёт Васи? У неё же такой праздник, судя по её настроению. Как не поддержать?

Не моё, конечно, дело, но как можно так легко аванс спустить на бар?

Стоп! Что-то тут не сходится!

— Девочки, а сколько у вас аванс? — уточнила я, вспомнив, что Лена говорила про двадцатку.

— Двадцать четыре тысячи, — первой отозвалась Вася, а Лена просто кивнула в подтверждение её слов. — А у тебя меньше, Люба?

— Да ты посмотри, Васька, сколько Любе работы дают, и сколько нам, — не дав мне ответить, сказала Лена. — Было бы странно, если бы нам платили одинаково. Впрочем, если встречаться с Молчановым…

Лена не договорила, но её намёк был понятен и без этого. Особенно мне.

И тут я как поняла!

Едва воздухом не захлебнулась от возмущения!

Пётр Константинович реально давал мне какие-то пустяковые задания, по сравнению с Леной и Васей. Я была не против, потому что, как известно, дураков работа любит, и мне не стоило задавать вопросов по поводу этого. Зарплата идёт, и ладно.

А сейчас выясняется, что мне платили ни за что, да ещё и такую сумму!

Какая зарплата у девочек я даже спрашивать не стала. Зачем, если и так всё понятно?

Это Егор! Это всё он! Не Поля!

Он с самого начала всё продумал. Был уверен, что я не посмею уволиться, раз получаю такие головокружительные деньги. Всё так и есть. Егор как-то узнал о моих долгах и оплатил их.

Но зачем?

Чтобы купить меня? Другого объяснения у меня не было. Как наяву мне вспомнились слова мужчины о товарно-денежных отношениях с женщинами. И я такая же.

Господи, разница между мной и теми другими лишь в том, что я бы по своей воле не взяла у Молчанова деньги. Поэтому он поступил так хитро?

Как же это подло!

Моя работа — полнейшая фикция. Молчанов всё это время водил меня за нос, как наивную дурочку, чтобы я была у него под рукой. Потом придумал эту клумбу дурацкую, поселил меня в своём доме, чтобы подкрасться ко мне ещё ближе. А когда я потеряла бдительность, он трахнул меня! Закрыл мои долги, чтобы я ему по гроб жизни была обязана и не смогла отказать в предложении руки. Ремонт дома придумал, чтобы я там поскорее обжилась. А ведь у него штукатурка с потолка не сыплется и шторы не выцвели на солнце.

Какой же он хитрый и жестокий!

Какая же я дура!