Глава 41

- Я нянчилась с Александром, когда он был еще в пелёнках, наши семьи дружили, пока его отец совсем не поехал, - отвечает она, - и, наверное, твоя мать не рассказывала тебе о своих братьях...

- Неужели? - отвечаю, прикрывая рот руками, - как же так?

- Да, выходит я твоя тётя, и тебя я тоже нянчила в детстве, Лирия и Дорхейм были союзниками и хорошими друзьями, пока не произошло, то, что произошло... - грустными глазами Агнесс смотрит на меня и говорит, - с братьями Лея уж очень давно не общалась, вот и я не приезжала больше, поэтому ты меня не помнишь, но я помню о тебе.

- К сожалению я не смогу спросить её об этом, по крайне мере сейчас, но если так произошло, на то были свои причины, я полагаю, - с долей грусти я улыбаюсь Агнессе. Она мягко улыбается в ответ.

Когда мы с Оши уходим упаковывать вещи, я говорю ей.

- Это последний раз, когда я ему доверюсь, в этот раз Трей не застанет меня врасплох, я испепелю его, когда увижу и отомщу за всё, - перевожу взгляд на малышку и она понимающе кивает.

Вскоре мы выходим из дома. Я в последний раз поворачиваю голову к Агнессе, и слегка киваю, в благодарности за её помощь нам.

Гвардейцы нас ждут и... О боже. На этот раз перед домом стоит роскошная карета.

Что-то в стиле Дорхейма, покрашена в черное и с обрамлением из красного дерева, всё просто и стильно.

- Я не поеду в карете, я люблю ездить верхом, - заявляю я.

- Наездишься еще, поедешь как подобает передвигаться принцессе, полезай внутрь и не пререкайся, - говорит Александр.

Видя малышку у меня на руках, он слегка улыбается, но, когда переводит взгляд на меня, улыбка в момент уходит с лица.

Моя метка начинает жечь, и внезапно я чувствую еще одну волну его чувств, он раскаивается и ему стыдно, за то, что я пережила, хотя в этом нету его вины... Виновен в этом только один человек - Трей Тард!

- Выдвигаемся, - выкрикивает он, больше не взглянув на меня.

Если бы мои глаза извергали лучи огня, спина Александра уже была бы в огне от того, как я огорчена этой каретой и его грубыми словами. Но всё же я залезаю с малышкой в карету, Оши садится следом.

Внутри кареты всё немного шикарней, чем снаружи, всё обшито бархатом, мягкие подушки, красивые занавески из неизвестной мне ткани и очень душно.

Я отодвигаю занавеску и вижу, как Агнесс мне машет, прощаясь с нами.

Хорошая женщина, надеюсь с ней всё будет в порядке, даже попрощаться толком не успели. Надеюсь, мы еще с ней увидимся.

Какая-то неведомая грусть снова пробирает меня до костей, будто каждый день, день за днём я отрываю по куску своего тела, своего сердца и сейчас почти всё растеряла, остался только маленький кусочек, в котором места хватает только для малышки и Оши. Но уж точно не для Александра...

Я не представляю, что он должен сделать, чтобы вновь зажечь эту искру, которая вот-вот погаснет. Или уже погасла?

Стук в окно сбивает меня с мысли, я приподнимаю шторку и вижу то, что просто улучшает моё настроение до небес.

- Арслан! - кричу я, увидев его едущего верхом рядом с каретой. Я на ходу открываю двери, чтобы увидеть улыбающееся лицо друга, - как ты себя чувствуешь?

Арслан открывает рот, собираясь что-то ответит, но вдруг...

- Спрячься в карету, быстро, - кричит Александр.

- Поговорим, когда приедем, но я в порядке, - быстро отвечает Арслан и бьет лошадь шпорами по бокам, дабы выровняться с Александром.

Я смотрю в окно, поджав губы, и думаю о том, что на хромой кобыле было бы удобнее. В карете мы с Оши взлетаем при каждой ямке. Никогда больше не соглашусь ехать на этой штуке!

По прибытию в Дорхейм, через несколько часов, мы не сразу заезжаем на территорию города, примыкающему к замку. Александр спешивается и начинает какой-то разговор со своими воинами.

Я вылезаю из кареты и направляюсь к нему.

- Что происходит, почему мы не едем? - спрашиваю я, хмуро оглядываясь.

- Тебя это не касается, женщина, вернись в карету, немедленно, - приказывает мне Александр.

Удивлённо смотрю на него. Внутри меня бурлит злость, и я едва сдерживаюсь чтобы не стукнуть его.

- Пожалуйста, Диана, я сейчас не могу на это отвлекаться, вернись в карету, - говорит он мне, недовольно сверкая глазами.

Как же мне хочется ему возразить на это, но, чувствую, тогда я белого света не увижу. Сейчас Александр не в том настроении, чтобы вести светские беседы со мной.

Что-то явно готовится, что-то, куда мне лезть не нужно. Когда я подходила к нему, я услышала кусочек его диалога и слово “свергнуть”.

Действительно. Посижу-ка я в карете.

Спустя какое-то время Александр подходит ко мне, но я не смотрю на него, пытаясь показать, насколько я недовольна его поведением.

- Бери малышку, Оши и идём, - говорит он мне таким тоном, что спорить не хочется.

Я выхожу, держа дочь.

- Держись за моё платье, - шепчу я, обращаясь к Оши.

Мы спускаемся в какую-то пещеру, видимо, это тайный ход.

Дорога без факелов, это похоже на ту пещеру, которой я убегала из замка Лирии, только всё выглядит получше, выложен камнем ход.

- Почему через тайный ход? - спрашиваю я.

Я конечно же понимаю, что для эффекта неожиданности, но вдруг у него что-то другое на уме.

- Тебе это пока что знать необязательно, - говорить он мне, - просто помалкивай и иди следом.

- Ладно-ладно, - с недовольным лицом отвечаю ему.

Мы уже минут десять идём в полнейшей тишине, только звуки пробегающих крыс разносятся коридором. Всё что я вижу перед собой: спину Александра в свете факелов.

- Выходим, - говорит он своим воинам спустя время, затем поворачивается ко мне и говорит, - а ты оставайся здесь, скоро я за тобой вернусь.

- Нет! Я иду с тобой хочешь ты этого или нет, я буду аккуратна, - говорю ему.

- Я сказал нет! - рявкает он на меня.

- Да! - рявкаю в ответ, - я умею драться, я смогу любого из твоих воинов уложить на лопатки.

Александр немного отстраняется, и с ухмылкой смотрит на меня.

- Я скучал по тебе, но иди следом за Гарлемом, поняла? - говорит он мне.

Мы выходим и идём в сторону тронного зала, проходим коридоры один за одним. Здесь не светлее, чем в том тайном ходе, по которому мы шли, тут вовсе одичать можно.

Впереди виднеется арка, которая и является выходом в тронный зал.

Александр выходит со всеми воинами в обитель короля, я выглядываю и вижу, как Трей сидит на троне, в окружении нескольких десятков человек из его королевской гвардии.

Я выглядываю и вижу, как Трей сидит в доспехах, я не уверена, что он может двигаться, видимо он сам вступит бой, либо же встанет и скатится по ступеням вниз.

Минута молчания длится подобно вечности.

- Ну и что, - кряхтит Трей.

- Вот и пришел конец твоего правления, отец! - громко и уверенно говорит Александр и хватает двумя руками рукоять своего меча. - Ради будущего моей истинной и нашей дочери, а ты сгниешь в темнице!