Глава 39

При упоминании имени Рэйвена лицо Агнессулы кривится так, будто ей в транспорте сначала ногу отдавили, а потом еще и обругали ни за что.

– Если бы не обстоятельства, я бы никогда в жизни не стала прислуживать дракону! Тем более, как ты правильно сказала, такому как он, – раздраженно бросает она, и глаза ее при этом недобро прищуриваются, – Так что Рэйвен – это особый случай.

Не надо быть великим экстрасенсом, чтобы понять, как она на самом деле к нему относится.

И я тут же отчаянно хватаюсь за ее ответ. Интуиция подсказывает, что я случайно ковырнула очень важную тему, которая может мне помочь.

Правда, пока не знаю как.

– А в чём его особенность? – осторожно интересуюсь я, чтобы вынудить Агнессулу рассказать об этом как можно больше.

Вот только, она напряженно молчит. Кожей чувствую, что Агнессулу раздирает желание рассказать подробности, но что-то ее удерживает.

В свою очередь я молчу, потому что не знаю что сказать такого, чтобы не спугнуть её. Но в какой-то момент Агнессула отзывается сама:

– Можно сказать, у него особая власть над гримами, – говорит она упавшим голосом, отчего я даже вздрагиваю – настолько мрачно это звучит, – По сути, у нас просто нет другого выбора, кроме как подчиняться ему.

Вот это поворот!

Я то думала они делают это по своей воле, а тут выясняются интересные подробности.

– А как так получилось? – трясу я головой, – У него на вас компромат или что?

Агнессула тяжело смотрит на меня и я запоздало понимаю, что сморозила глупость.

– Просто он единственный, кому по силам вытащить всех нас из потустороннего мира, – холодно отзывается Агнессула, – Как я уже рассказала, несмотря на то, что в этом мире остались некоторые гримы, основная часть все же заперта в другом измерении. Единственные, кому по силам открыть портал в наш мир – это драконы. Именно те, кто и запечатал нас там. Вот только, для каждого из них мы абсолютное зло, которое должно быть навеки запечатано. А Рэйвен не только заключил с нами клятву о том, что вернет гримов обратно, но и пракически смог воплотить ее в жизнь.

Так же неожиданно, как Агнессула заговорила, так же она и замолкает. Она явно погружается в глубоко в свои мысли. Ее глаза становятся пустыми и будто бы безжизненными, отчего я растерянно замираю на месте, не знаю что делать.

Больше всего похоже на то, что Агнессула вспомнила что-то очень болезненное для себя. И первый мой порыв – это как-то поддержать ее.

Вот только как?

– У меня там родители остались… – вдруг выдыхает Агнессула, опуская голову.

А я, в свою очередь, чуть не подпрыгиваю на месте:

– Чего-о?!

– Я родилась в потустороннем мире, – сглотнув, шепчет она будто рассказывая тщательно оберегаемую тайну, – Это очень поганое место. Там практически всегда стоит темная ночь, там не хватает еды и целая куча монстров, которые нападают на наши города. Поэтому, как только в детстве я услышала о том, что когда-то мы жили в другом мире… просторном, где не нужно ни с кем сражаться за еду и существование… я очень захотела хотя бы посмотреть на него. Не смотря на то, что наш мир как бы отгорожен от этого, есть несколько способов прорваться. Правда, все они жутко опасные и не дают никакой гарантии на успех. Однако, я все равно готовилась к тому, что однажды я покину наш жестокий мир.

Агнессула обхватывает свои плечи и ежится,словно снова переживая свое жуткое прошлое. И, глядя на нее такую сейчас, я уже не чувствую к ней ни неприязни, ни чего-то подобного. Напротив, мне становится ее жалко.

– Поэтому, когда наши сородичи из этого мира передали нам послание, что они нашли мага-дракона, способного открыть портал в наш мир, чтобы все гримы смогли безопасно переместиться, я поняла – это наш шанс. Я набралась терпения и стала ждать. Не смотря на то, что это было больше похоже на красивую сказку, я надеялась, что все окажется правдой. И, в тот момент, когда портал, наконец, открылся, я была вне себя от счастья… вот только, из-за того, что бывший ректор Роллейда со своим приятелем узнали о планах Рэйвена, им удалось закрыть портал. Поэтому, прорваться успели не все… отец и мама остались там… ты не представляешь как сильно мне их не хватает…

Не знаю умеют ли гримы плакать, но сейчас в голове Агнессулы слышится такое отчаяние, что будь она человеком, то непременно разрыдалась бы.

Да и я сама стискиваю кулаки, чувствуя как предательски режет в глазах.

Но что меня поражает больше всего, так это то, что люди и гримы оказываются не такими уж разными. Более того, теперь я понимаю, почему Агнессула вела себя как последнюю злючка, и чувствую к ней искреннее и очень глубокое сострадание.

Ведь у нас с ней гораздо больше общего, чем я могла представить раньше.

Мы обе оказались разлучены с родителями…

– Поверь мне, я очень хорошо это представляю, – отзываюсь я и замечаю как девушка еще сильнее стискивает свои плечи, – Ты уже знаешь, что я сама из другого мира. И сюда я пришла по той же самой причине – найти своих родителей. Так что я не только представляю что ты чувствуешь, я отлично это знаю.

Агнессула резко поворачивается ко мне спиной. От взгляда не ускользает, что ее спина мелко дрожит.

Похоже, что гримы все-таки могут плакать…

Как же мне хочется ей помочь. Но разве это возможно?

– Погоди… – я хватаюсь за внезапную мысль, – Ты сказала, что прошлый ректор закрыл портал. А вы пытались с ним поговорить? Объяснить все как есть, рассказать реальную историю?

– Какой в этом смысл? Он даже слушать нас не станет, – глухо откликается Агнессула, – Рэйвен говорил, что не раз пытался донести до своего брата ценность сотрудничества с нами, но тот наотрез отмахивался от любых доводов. Говорил, что мы – слишком опасны для всех жителей этого мира.

Снова трясу головой, потому как это просто не укладывается. Ну, не верю я что Виррал мог так просто оттолкнуть от себя нуждающихся в помощи. Пусть даже и существ из другого мира…

Может, под сотрудничеством с гримами Рэйвен подразумевал нечто другое? Что как раз не понравилось Вирралу?

– А если я сама поговорю с ним от вашего имени? – спрашиваю я, – Уверена, что он выслушает меня и найдет какое-нибудь решение, которое всех устроит.

Агнессула разворачивается и с сомнением смотрит на меня. Она шмыгает носом и настороженно прищуривает покрасневшие глаза.

– И что ты хочешь взамен?

– Да ничего, – выставляю перед собой руки и тут же спохватываюсь, – Хотя, нет! Кое что все-таки есть. Хочу, чтобы вы перестали помогать Рэйвену. Держу пари, что без вашей помощи он больше не будет представлять такой сильной угрозы. И тогда против него смогут выступить даже те, кто сейчас предпочитает отсиживаться по углам.

Агнессула закусывает нижнюю губу, будто обдумывая мое предложение, но в конце концов, тяжело мотает головой.

– Я бы могла дать такое обещание, если бы была уверена в том, что твой план сработает. Но у меня на это слишком мало надежд. Я бы и правда была рада такому повороту событий, но… сама понимаешь, – она разводит руками, – …мне сложно довериться человеку, который не только запечатал открытый портал, но и переловил кучу наших соплеменников. Единственное, за что я благодарна ему – так это за то, что он пощадил их и не стал убивать. Но этого мало, чтобы я согласилась на твои условия.

Эх… а было бы замечательно заручиться поддержкой гримов, выпустить мистера Бэнсона и выступить единым фронтом против Рэйвена.

Однако тут Агнессула права. Ей и так непросто довериться кому-то чужому, а уж дракону – тем более. Хоть я все равно уверена в том, что во всем случившемся виновата лишь злая натура Рэйвена.

– И, тем не менее, я хочу тебе доверять, – внезапно продолжает она.

Ее слова заставляют меня вздрогнуть и удивленно уставиться на нее. Слышать нечто подобное от Агнессулы – просто невероятно.

– Пусть я не могу пообещать тебе что ты хочешь, я могу открыть тебе один секрет, – голос Агнессулы падает до заговорщицкого шепота.

– Какой же? – настороженно подаюсь вперед, чтобы не упустить ни слова из того, что она скажет.

Аггнессула затравленно оглядывается по сторонам, после чего наклоняется ко мне ближе и шепчет:

– Я открою тебе секрет как противостоять магии Рэйвена…