Глава 61

Адам

С тех пор, как Итан позвонил мне, прошло двенадцать часов.

Всё это время не сплю, сижу в своём кабинете, пока мои люди пытаются найти Алису. Ни зацепки, ничего.

Лайфери хорошо позаботился об этом. Последний его звонок, где он сказал, что Алиса у него, состоялся давно.

И я сильно волнуюсь за свою девочку, которая сейчас где-то там, одна, трясётся от страха.

Она пугливая. И хоть старается этого не показывать, её глаза всегда говорят правду. Но она такая хрупкая, слабая, что никак не сможет защититься.

Сжимаю пальцы в кулаки и бью по столу, стараясь успокоиться. Не получается. Вот вообще.

Перед глазами её перепуганное лицо. Тонкие изящные пальцы, которые сжимаются в кулаки. Вздымающаяся от злости и страха маленькая грудь. И глаза. Такие тёмные, в которых не видно и зрачка.

Фак. Я убью его, если с ней что-то случится. И всё равно мне на сестру, которой потом будет, скорее всего, больно.

– Босс, – поднимаю голову, свирепо смотря на Ронни. По-другому не могу. Эти олухи не приносят мне ничего хорошего. – Мы просмотрели записи с камер. Одна была выведена из строя, но мастер восстановил картинку. Но не думаю, что вам понравится то, что вы там увидите.

Чувствую, как из носа чуть ли не валит пар.

– Какая к чёрту разница! У меня похитили невесту и ребёнка!

Хочу пульнуть телефон в подчинённого, который всё это время сжимал в руках, ожидая звонка Лайфери.

Этот ублюдок посмел ставить мне условия. Не выдвинул то, что хочет, но пригрозил Алисой. Тем, что с ней ненароком может что-нибудь случиться, если я подниму шумиху. Это способен сделать запросто. Как раз избавлюсь от Итана, но…

Рисковать жизнью Алисы не позволю даже самому себе.

– Что там? – киваю на ноутбук, который всё это время держит Ронни в руках.

Джон не выдержал и слинял. Забоялся гнева.

Потому что ничего путного раздобыть не смог.

Подчинённый ставит передо мной ноутбук. Открывает крышку, показывает экран. А на нём фотография. Как Ребекка с каким-то пацаном идут через выход на заднем дворе, где нет ни единого охранника.

А с ними бессознательная Алиса, которая головой повисла вниз. От этого зрелища что-то внутри сжимается. Болезненное сердце пронзает ток, и я чуть не задыхаюсь. Вовремя начинаю дышать, чувствуя заледеневшие ладони.

Хватаю телефон в руки и набираю Ребекке. Она недостойна того, чтобы называть её сестрой. Даже в голове и даже мысленно.

Не слышу ничего: ни гудков, ни Ронни, который отдаляется, чтобы не попасть под горячую руку.

Ожидаемо, что на звонок она не отвечает.

Отключаюсь, набирая Итана. Но только открываю недавние контакты, как он звонит мне сам. Пальцы путаются то ли от злости, то ли от волнения, и я отвечаю, сразу же переходя к делу:

– Дай мне Ребекку.

– О! – в его голосе наигранное удивление, которое давит на мою кнопку терпения. Нажмёшь, и всё. – Не могу. Помогает твоей подружке рожать. Здесь криков – тьма-тьмущая! На, послушай.

Холодный пот простреливает всё тело. Потому что отдалённо слышу его. Пронзительный, болезненный крик моей малышки, которая тяжело дышит в перерывах между схватками.

Самому становится плохо. От её голоса. От того, что меня нет рядом и я не могу её поддержать.

– Что тебе нужно? – цежу сквозь зубы. – Место мэра? Я устрою.

Мне плевать на этот пост, если рядом не будет той, кем я дышу. Это малая цена за то, чтобы увидеть здоровую Алису и ребёнка, который появится на свет.

– Кресло мэра можешь оставить себе. Я перезвоню позже и скажу, что тебе нужно делать. Без глупостей, Картер. В моих руках жизнь тех, кого ты любишь.

Он отключается. А я просто хочу выкинуть телефон с балкона. Но нельзя. Мне нужна связь.

Запрокидываю голову назад и впервые в жизни, каким бы это ни было бредом, молюсь.

* * *

Когда через несколько часов слышится звонок, без промедлений на него отвечаю.

– Подъезжай по адресу, который скину в сообщении. Лучше тебе поторопиться, твоя подружка выглядит не очень.

– Что ты пытаешься сделать? Чего тебе надо, если не власти? – подскакиваю с места и лечу на выход из кабинета, даже несмотря на то, что адреса до сих пор не знаю. Пока бегу по коридору и жду ответа, цепляю Джона, который не понимает ничего, но идёт за мной.

– Мне нужно, чтобы ты поплатился за свои ошибки.

Сказав эти дебильные слова, Лайфери отключается. Не задумываюсь о том, что он говорит. Потому что все мысли забивает она – Алиса.

Итан сказал, что ей плохо. И если это из-за него… Сотру обоих в порошок.

Радует то, что Ребекка врач. Не зря училась в медицинском, и, надеюсь, в ней осталась хоть капля благоразумия. Если нет, будет плохо. Для них всех.

Сажусь в автомобиль, слыша, как на телефон приходит сообщение. Джон приземляется рядом, и я велю вызвать скорую на адрес, присланный несколько секунд назад.

Завожу автомобиль, давлю на педаль газа и мчусь со всей скоростью к Алисе. И моему ребёнку.

Твою мать, зачем ему это всё? Если дело не в месте мэра и там замешана Ребекка… Неужели, мстит за то, что я не дал им быть вместе? Её отправил в Канаду под жёсткое наблюдение. Знал, что она может сорваться. Из-за этого?

Только?

Стреляет в меня, похищает Алису.

Надеюсь, у неё будет нормальное объяснение, почему она вместе с Итаном пытается испортить мне жизнь.

Ох, чувствую, родители не обрадуются, когда узнают, что их дочь отправится в психушку. Именно туда.

Свободно передвигаться ей не светит. Не убежит от меня никуда. Тюрьма… Слишком серьёзно. А лечебница – самое то. А вот с Лайфери… Мы поиграем. Раз он так хочет.

Потому что никто не смеет трогать моё. И причинять Алисе боль.

* * *

Бегу на детский крик, открывая чуть ли не все двери. Выбиваю с ноги с надеждой, что вот она – заветная.

Но нет.

Прислушиваюсь, снова улавливая голос, от которого сердце обливается кровью. Мой ребёнок. Нет, наш ребёнок. С ним всё в порядке, и он рядом с Алисой…

Наконец, подбегаю к той, за которой разносится плач. Спешно открываю дверь и перешагиваю через порог, видя мою бледную малышку. Такую помятую, измученную. И будто вот-вот потеряет сознание.

На её груди младенец, который кричит, но замолкает, когда моя девочка подаёт ребёнку грудь, чуть ли не вырубаясь. Из её глаз текут слёзы, и мне становится так хреново, что от этой картины сам разрушаюсь на части.

Я ни разу не видел, чтобы Алиса плакала ТАК. А сейчас, когда смотрю на прозрачные капли, стекающие ручьём по её щекам… Хочу сдохнуть. Потому что не смог уберечь её, защитить от этого.

Она поворачивает свою голову в мою сторону, смотрит неверующе. Всхлипывает, прижимает ребёнка к себе и морщится, снова впадая в истерику.

– А-адам.

Не раздумывая, подбегаю к ней, сразу же убирая прилипшие ко лбу волосы. Она бледная, чуть прохладная и измотанная. Как же я хотел разделить с ней ту боль, что она сейчас испытывает, но не могу.

– Тише, милая, тише. Всё хорошо, я рядом.

Успокаивающе глажу её по лбу, надеясь, что скорая уже подъехала. Мы оказались здесь в считанные пятнадцать минут. И если та не приедет с минуты на минуту, я повезу Алису с малышом в больницу сам.

Алиса снова всхлипывает, прижимает к себе маленький комочек, до которого боюсь даже дотронуться.

– Нет, А-адам, нехорошо, – она крутит головой, пытаясь сказать что-то сквозь слёзы. Понимаю с трудом, потому что она плачет так, что ничего не разобрать. – Они з-забрали.

Напрягаюсь всем телом, впервые боясь услышать хоть какие-то слова.

– Кого забрали, Алиса?

Звук сирен скорой помощи отзывается в ушах, и надо расслабленно выдохнуть, но не могу. Потому что моя девочка говорит слова, от которых глаза округляются, а кулаки сжимаются в гневе:

– Моего малыша, Адам. Они забрали второго малыша.