28. Ужасы барокко

– Закройте дверь! – кричит Борзов.

– Нет! – хриплю я. – Пусть поможет! Стелла, иди сюда! Быстрее!

Стелла Казимировна, пару секунд стоит, нерешительно глядя на босса, но после того, как он подтверждает мои слова, устремляется к нам.

– Ах, какое платье шикарное! – восторженно шепчет она. – Ах, какое чудо! Подождите, нет, не так, Алёна Михайловна, вот эдак развернитесь. Радимир Львович, вот здесь держите крепко и тяните. Наверх! Это же не брюки!

Мне совершенно безразлично, что я стою в одних трусах, пока босс и моя потенциальная преемница пытаются освободить мою верхнюю половину от платья. Мне даже вспоминается дурацкий стишок:

Вениамин спасал Оксану

От нападения лося,

Потом глядит, спаслась бедняжка

Не вся…

Но я, в конце концов, в отличие от Оксаны, спасаюсь полностью. Фу-у-у…. Аж дурно.

– Просто чудесное платье, великолепное, – повторяет Стелла. – Какой у вас вкус замечательный, Радимир Львович.

Тот пристально смотрит на неё и ничего не отвечает. Оба они деликатно не замечают моё голое измученное и едва уцелевшее тело. Я одеваюсь и привожу себя в порядок. Спасибо за сюрприз. Даже не могу решить, приятный он или наоборот.

С одной стороны, приятно конечно, когда о тебе думают и представляют в различных нарядах и без них, соответственно, но опыт с переодеванием мне совсем не понравился. И это мягко сказано. Очень мягко.

– Итак, слушаю вас. Что вы хотели? – обращается к Стелле Борзов, когда карнавальная эпопея заканчивается.

– Я просто хотела уточнить, – смущается она и виновато бросает на меня короткий взгляд, – не освободилось ли место Алёны Михайловны. Она мне сказала захаживать время от времени…

Я? Так сказала? Ну что же, раз сказала, пусть захаживает, вдруг ещё представится случай спасти меня. От динозавров Мечтанова, например.

Борзов смотрит на меня со всей строгостью и едва скрываемым гневом, так что его глаза поблёскивают изумрудным огнём. Потом он переводит взгляд на Стеллу и жмурится. Надеюсь, ей кажется, что он жмурится, потому что её красота ослепляет. На самом деле, боюсь, шансов у Стеллы занять моё место не слишком много, и жмурится он, потому что представляет её в приёмной. И, возможно, не только.

– Захаживать, как вы говорите, – наконец, произносит Борзов, – больше смысла нет. Если, я подчёркиваю, если место Алёны Михайловны освободится, вам обязательно дадут знать. Ваше резюме находится непосредственно у меня… Да?

Это «да» со знаком вопроса адресуется мне.

– Конечно, Радимир Львович, – подтверждаю я с самым серьёзным видом. – Вон, в той кожаной папке с тиснением.

– Ну и прекрасно. Что же, благодарю вас за своевременную помощь в… подготовке к мероприятию. Спасибо, что зашли.

Сказав это, босс идёт к своему столу и садится в кресло.

– Идём, – говорю я, и Стелла послушно, но неохотно двигается следом за мной.

Мы выходим в приёмную и я закрываю дверь.

– Стелла, – обращаюсь я к ней. – Стелла Казимировна, может на «ты» перейдём?

– Ладно, – с готовностью соглашается она. – Давайте перейдём, я не против.

Я киваю.

– Стеллочка, спасибо тебе огромное. Если бы ты не пришла, я наверное уже была бы бездыханным трупом.

– Да ладно вам, Алёна Михайловна. Вас генеральный обязательно бы спас.

– Даже не знаю. В общем, я перед тобой в долгу. Поэтому обещаю, если моё место начнёт освобождаться, я тебе сразу позвоню. Первой. Раньше других. Хорошо?

– Конечно, хорошо. Спасибо вам большое.

– Мы же на «ты» вроде… – приподнимаю я бровь.

– Да-да, на «ты»…

– Ну и хорошо. Хочешь, можем телефонами обменяться…

– Да, конечно хочу.

Мы записываем контакты в свои мобильные.

– А можно я вас на кофе приглашу? – спрашивает вдруг она.

– Меня? На кофе? – отвечаю я, должно быть, слишком удивлённо.

– Да нет, вы не подумайте чего, просто вы так хорошо ко мне относитесь… Я такое редко встречаю, обычно все подтрунивают, прикалываются, а вы…

– Можешь говорить мне «ты»…

– Ну да, ну да, – соглашается она.

Я почему-то проникаюсь к ней симпатией и… и мне делается немного стыдно. Моё отношение к ней тоже было не совсем чистосердечным, поэтому мне хочется как бы оправдаться перед самой собой, стать немного лучше и я соглашаюсь выпить с ней кофе.

– А это платье, – спрашивает Стелла, – оно для бала сладкоежек?

– Да, – удивляюсь я. – Как ты догадалась?

– Ну, оно такое красивое… А сейчас все только про этот бал и говорят.

Она замолкает, представляя, должно быть, что если бы я так долго не занимала своё место, платье вполне могло достаться бы ей. Могло бы и ещё может, наверное. Мой-то статус как-то туманно выглядит.

Нет, я замечаю, конечно, изменения в поведении босса, происходящие в последнее время. Вижу, что он перестал гонять и изнурять меня бесполезными придирками, меньше кричит и даже втягивается в мою обычную, не хочу говорить личную, жизнь.

После того, как у нас, ну… после того, как он напал на меня в кабинке… Напал. Можно подумать я сама была так уж против… Ладно. Незачем голову забивать фантазиями, нужно работать. И, кстати, кричать он, возможно, даже больше стал…

– Я, между прочим, – продолжает она, – всё это время тренировалась быть… ну как вы советовали… более агрессивной…

– Более доминирующей, – подсказываю я.

– Да, – с готовностью соглашается она. – И у меня даже получалось. Но как только его увидела сегодня, сразу всё доминирование улетучилось.

– Как я тебя понимаю, Стеллочка…

– И с вами такое же быва…

Вдруг дверь в кабинет резко открывается.

– Любавина, – раздаётся голос Борзова, после чего появляется он сам.

Он на мгновение зависает, видя, что Стелла Казимировна всё ещё здесь.

– Зайди, как освободишься, – говорит он.

Как освободишься? И сам вышел в приёмную? Блин. Это что-то новенькое. Настолько новенькое, что моё недоумение даже Стелла замечает.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Ладно, – робко произносит она. – Я пойду тогда… Созвонимся как-нибудь?

– Обязательно, – соглашаюсь я. – Созвонимся.

Она уходит, а я спешу в кабинет босса.

– Слушай, – говорит он как-то неуверенно и даже чешет в затылке, чего за ним раньше не наблюдалось. – Нехорошо с платьем этим получилось… А его нельзя как-то переделать, подогнать под тебя?

– Ох, – вздыхаю я, – боюсь, это слишком большая работа…

– Думаешь? А чего? Тут отрезать, – грустно говорит он рисуя руками большие сферы на своей груди и добавляет, переместив руки к животу. - А сюда пришить.

Я сразу чувствую себя плоской, безгрудой и брюхастой и настроение как-то падает.

– Это так не работает. Мне кажется, это очень сложно, – отвечаю я.

– Жалко… Жалко, да? Хорошее же платье?

– Убийственно хорошее, – соглашаюсь я.

Платье совсем не в моём вкусе, но ему знать об этом не обязательно, по крайней мере сейчас.

– Ты бы точно королевой бала стала. Ну ладно. Я ещё подумаю, что нам делать. Сейчас убегу ненадолго, а потом поговорим. Ты тоже думай, бал же вот-вот уже.

Он уходит, а я какое-то время занимаюсь делами, от которых меня отвлекает приход Саши. Она появляется в приёмной с большим чехлом, похожим на тот, что висит в шкафу у босса.

– У себя? – спрашивает она, кивая на дверь в кабинет.

– Нет, – отвечаю я.

– Отлично. Догадайся, что я принесла.

– Египетскую мумию?

– Нет.

– Неужели труп молодого Мечтанова?

– Нет, – серьёзно отвечает она. – Платье.

– Невероятно. Тогда показывай.

– Давай в кабинет зайдём, заодно и померить можно будет.

– Не хотелось бы, чтобы босс нас за этим делом застукал, – с сомнением говорю я. – Я вообще-то ещё на испытательном сроке. Ты помнишь, да?

– Ой да ладно тебе, что такого? Не съест он нас.

Ну не знаю… Не знаю, но соглашаюсь и второй раз за день разоблачаюсь в кабинете генерального директора. Ну да что это после секса в примерочной? Так, детские шалости…

Сашино платье сидит идеально. Розовое, из шёлка, довольно лёгкое, с пышной юбкой, но движения не сковывает. Кружева и шитьё выглядят тоже легко и красиво. Кружев много, на рукавах и на груди. Прелесть.

– Ну так, – удовлетворённо комментирует Саша, – на себя же мерила.

Выглядит оно гораздо лучше, купленного Борзовым, хоть и не новое и неоднократно использовалось в театре. Немного смущают полосатые, как у ландскнехтов, рукава, но зато благодаря этим ярким полосам платье хорошо запомнится. Без сомнений.

– Ну, ты прям принцесса Турандот, – говорит Александра. – Красотка. Вон ещё парик рококошный и маска. Никто нас не отличит друг от друга.

– Угу, – смутно предчувствуя недоброе, отвечаю я.

– А главное, оба платья ещё новенькие, их только в прошлом году пошили.

– А стареньким сколько было?

– Не знаю, лет тридцать, наверное.

Класс.

– Ладно, всё, я побежала, а ты не забудь показаться обоим кавалерам, чтобы… ну, ты поняла, да? Не забудь! Иначе наш план рухнет.

Я не успеваю сказать и слова, как Саша убегает, оставив меня посреди кабинета в барочном платье. Оно конечно намного легче утреннего, но, всё равно, требует определённой сноровки. Впрочем, оно составное. Я расшнуровываю пояс на юбке и она, шурша падает к моим ногам.

С верхней частью приходится повозиться немного дольше. Молния, вшитая для простоты и заменяющая шнуровку, заедает и я несколько раз безрезультатно дёрнув её, плюю на это дело и с трудом вытащив одну руку из узкого рукава, стаскиваю топ через голову.

Ну, и, разумеется застреваю. Прекрасная картина, ожидает Борзова, когда он войдёт. Да снимайся же ты, сволочь… Сволочь не снимается, зато я отчётливо слышу, как отворяется дверь.

В ужасе я замираю и тот, кто зашёл, тоже замирает, потому что некоторое время я не слышу ни звука. Потом дверь закрывается и я различаю звук закрываемого замка и приближающихся шагов.