Глава 31

Аврора

Это был глубокий культурный шок. Я сидела в салоне автомобиля у здания загса и никак не могла поверить, что это все реально. Роберт действительно привез меня жениться!

Когда утром, счастливая, я уезжала к себе домой, такой каверзы совсем не ожидала. Мне даже в голову не могло прийти, что этот харизматичный Годзилла решит сегодня на мне жениться, да так оригинально, что не подобрать слов.

Я поспала всего пару часов, а проснулась отдохнувшая, словно всю ночь сладко спала. С глупой влюбленной улыбкой на лице я собиралась на работу, краснея, когда в памяти всплывали некоторые моменты прошлой ночи.

Мне хотелось выглядеть для него по-особенному в тот день, потому что глупо было не признать, что я влюбилась как школьница. На работу не ехала, а летела, словно у меня за спиной выросли крылья. Даже работа в тот день спорилась, клиенты приходили как на подбор милые и вежливые, а Диночка тактично не спрашивала, почему у начальницы столь одухотворенное выражение лица. Наверное, она и без слов все поняла.

Ничего в груди не екнуло, даже когда Роберт появился на пороге кофейни в белой рубашке и голубых джинсах, изменив своему любимому спортивному стилю.

А потом… Нужно было отдать должное Багрову – забалтывать он умел как никто. И, судя по тому, что мы оказались в загсе, – действительно не шутил.

А я? Я влюбилась, отрицать это просто глупо, но…

– Брак – это слишком серьезно, – озвучила я свою последнюю мысль.

– А я тут перед тобой шутки шучу? – нахмурился Роберт. – Рори, я не в том возрасте, чтобы так развлекаться.

– Сказал человек, который «украл» кактус, – пробурчала я, делая пальцами кавычки в воздухе, – а потом убегал от несуществующей полиции по всему городу.

После моего последнего заявления пара, сидящая впереди, оживилась.

– Дядька просто не такой креативный, как я, и не подготовился, а я тебе настоящую полицейскую романтику хотел организовать, – виновато пробубнил Артур, преданно заглядывая в глаза своей крошечной супруге.

– Так это семейное? – озарило меня.

– Угу, – тоскливо кивнула Марина.

– Малинка, я тысячу раз уже извинился, – с самым покаянным видом продолжал Артур.

А я умилилась. Невозможно было не улыбнуться при виде высокого, крепкого, невероятно красивого парня, который называл свою жену Малинка и, как виноватый кот, ластился к ее рукам, наплевав на свидетелей. Ему было все равно, что подумают другие; его волновала лишь его «Малинка», у которой он, видимо, до сих пор вымаливал прощение за старые грехи.

– Я щас тебе дам, «не такой креативный», – включился Роберт.

– Что есть, то есть, – хитро улыбнулся Артур, явно нарываясь на гнев дядюшки, и первым вышел из машины.

За ним вышла Марина, а мы с Робертом остались наедине. Багров-старший подумал, открыл дверь, вышел на улицу и бухнулся на одно колено прямо у открытой двери. Выудил из кармана кольцо и протянул мне:

– Выйдешь за меня, Аврора Аристарховна?

– Немедленно встань, пол грязный, – выпалила я, прежде чем подумать.

Роберт опустил голову и вдруг весело рассмеялся.

– Не встану, пока ты не скажешь «да», – полушутя пригрозил он.

– Это шантаж и принуждение! Да! Только встань, очень прошу.

Роберт просиял так, что всех прохожих немного ослепило, водрузил мне на палец кольцо и помог выйти из машины.

Кольцо я не рассмотрела, только краем сознания отметила, что оно идеально подходило по размеру.

И пока я снова не начала бурчать, меня быстренько подхватили за талию и повели в здание загса, которое, по случаю буднего дня, было почти пустое.

У входа нас ждал крупный мужчина с теплой улыбкой на губах, который был очень похож на Роберта и Артура одновременно. Такой же шкодливый взгляд с чертинкой, крупное телосложение, темная густая шевелюра и богатырский размах плеч.

– Я Давид, – мягко представился брат моего жениха, аккуратно протягивая мне ладонь.

– Аврора, – выдохнула я, пожимая его руку кончиками пальцев.

– Очень рад. Пойдемте.

И мы пошли. Я все еще продолжала внутренне метаться, Роберт, наоборот, целеустремленно шел вперед, а сладкая парочка студентов, обнявшись, замыкали шествие.

– Роберт, давай поговорим? – прошептала я.

– Пришли! – объявил Давид, открывая перед нами дверь церемониального зала, где уже стояла и улыбалась во все тридцать два женщина примерно сорока лет.

Заиграла музыка, а Роберт вдруг повернулся ко мне, притянул к себе за шею и сладко поцеловал:

– Обещаю, что ни единого дня ты не пожалеешь о том, что сказала «да», – проникновенно прошептал он мне в губы.

Я посмотрела ему в глаза и увидела то, что никогда не видела ни в одном взгляде, обращенном на меня. Теплоту, заботу и что-то такое, что заставляло сердце биться в два раза чаще. То, от чего ноги ослабли и подогнулись, а в горле пересохло.

Только Роберт Багров умел смотреть ТАК! Дикая смесь из эмоций, на поверхности которой горел огонь. Этот мужчина знал, когда стоит шутить, а когда нет. Мгновенно улетучился весь флер несерьезности, опадая шелухой к ногам. Осталась только твердая решимость довести начатое до конца.

Та часть мозга, которая отвечала за логику, вдруг активизировалась и не нашла ни единого аргумента против, сердце испуганной птичкой трепетало в груди, а во мне вдруг проснулся давно забытый дух авантюризма.

А Роберт продолжал заглядывать мне в глаза – преданно, с такой теплотой и любовью, что я словно наяву видела, как тает лед внутри. И где-то на уровне инстинктов я знала, что он не врал. Ни в тот день, когда я была у него в гостях и он пообещал, что никогда меня не обидит, ни сегодня, на пороге церемониального зала.

С Робертом любое событие, даже самая обыкновенная вечерняя прогулка, становилось незабываемым. Небанальным. Не таким, как всегда. Он умел раскрашивать свою жизнь, а теперь и мою, не утомляя себя рамками приличия.

И я робко, почти незаметно кивнула. Роберту выдохнул, а я только в тот момент осознала, что он не дышал, ожидая моего окончательного решения.

Появилась мысль, что, если бы я отказалась, он не стал бы принуждать. Возможно – и вероятнее всего – завтра утром он бы просто собрал мои вещи и перевез в свою «кибитку царских утех», но это детали.

Просто этот невероятный мужчина не умел проигрывать. Вполне заслуженно!

Мы медленно приблизились к арке, где нетерпеливо переминалась с ноги на ногу женщина.

– Дорогие жених и невеста! Мы рады приветствовать вас на официальной церемонии бракосочетания, – облегченно выдыхая, заговорила регистратор в микрофон. – Любовь – это большое сокровище, дарованное человеку. Ваша жизнь как песочные часы, два хрупких сосуда, связанных невидимой нитью времени. Эта нить связала вас, ваши судьбы. А сегодня ваши сердца заключают союз, чтобы биться рядом неразрывно всю последующую жизнь. Прежде чем официально заключить ваш брак, я хотела бы услышать, является ли ваше желание свободным, искренним и взаимным, с открытым ли сердцем, по собственному ли желанию и доброй воле вы заключаете брак? Прошу ответить вас, жених.

– Да, – твердо отчеканил Роберт.

– Прошу ответить вас, невеста.

Мое робкое, едва слышное «да».

– Прошу скрепить подписями ваше желание стать супругами, – продолжила женщина, подвигая к нам нарядную папку с документами.

Роберт первым поставил подпись и трясущейся рукой передал ручку мне.

Я пробежала глазами по бумагам и пробурчала:

– Почему я Багрова?

– Потому что это моя фамилия, Рори, – тем же тоном ответил Роберт, – а ты выходишь за меня замуж.

– И что? Может, я хочу оставить свою фамилию, – уперлась я.

– Рор-р-ри, моя жена будет носить мою фамилию, – отрезал Багров.

– Да ты представляешь, сколько документов мне придется поменять? – взвыла я.

Лицо регистратора выражало всю мировую скорбь. Уверена, что так оригинально на ее веку еще никто не женился, и вряд ли кто-то из молодоженов устраивал разборки прямо на регистрации, выясняя, кто берет чью фамилию.

– Я сам этим займусь. Или вот Арта организуем, – быстренько делегировал проблему Роберт.

– При чем тут Арт? – праведно возмутился племянник.

– Ты юрист! – нашел железный аргумент мой почти муж.

– Я опер!

Артур встретился взглядом с любимым дядюшкой и тут же поправился:

– Займусь.

– Займется, – обрадовался Роберт, переводя взгляд на меня, – а я помогу. Вдвоем мы тебе все быстренько поменяем!

– Ну да, твоя харизма и не на такое способна в женском коллективе.

– Рори, автограф оставь. Я буду ругаться только со своей законной супругой до конца наших дней. Неженатым я этот ревнивый произвол терпеть не готов.

Регистратор хмыкнула, а я завелась. Быстро подписала документ, отодвинула папку и не успела оглянуться, как меня прижали к твердому телу и снова поцеловали.

Я закинула руки ему на плечи, отвечая на поцелуй. А когда Роберт отстранился, прошептала ему в губы:

– Больше никакой харизмы и дамочек вокруг тебя!

– Рори, я настолько твой, что ты на мне табличку можешь повесить – «Собственность Авроры Аристарховны Багровой», и я буду ее с гордостью носить и всем хвастаться, – серьезно пообещал Роберт.

Нехотя выпустил меня из объятий и достал из кармана еще одну бархатную коробочку. Открыл ее, и на свет божий показались обручальные кольца, по ширине больше напоминающие браслеты из тонкого золота.

Вредина внутри меня пыталась съязвить, не нашел ли он еще шире и заметнее, но я промолчала. И покорно надела кольцо ему на палец, с удовольствием подставляя руку, чтобы и он надел мое на меня.

– Объявляю вас мужем и женой! Можете поцеловаться, – радостно выдохнула регистратор.

И мы целовались. В торжественном зале, по дороге к машине, и пока Артур вез нас куда-то. Не стесняясь никого, словно мы оказались совсем одни в этом мире.

Я прислушалась к своим ощущениям и поняла, что мне легко и спокойно. В груди разливалось блаженное тепло, а чувство полета только усиливалось.

Судя по взгляду Роберта, им овладели те же эмоции.

Нас привезли куда-то, помогли выйти из машины, трижды напомнили, что нас ждут, потому что мы не могли оторваться друг от друга.

Наконец, мы выбрались на свет божий, Роберт хотел меня куда-то отвести, но я остановила, перехватив его за руку.

– Что, Рори? – напрягся он.

– Я хочу тебе кое-что сказать, – замялась я, – я знаю, что я не идеальная, много бурчу и язвлю, но там, в загсе, ты обещал… И я тоже хочу пообещать тебе, что сделаю все, что в моих силах, чтобы ты ни дня не пожалел, что мы поженились.

Сказала и смутилась. Отвела взгляд, закусила губу и пыталась отдышаться, потому что от неожиданного признания закружилась голова.

– Аврора, я готов слушать твое бурчание и спорить с тобой до конца своих дней. Я не собираюсь тебя менять. Пожалуй, только один момент…

– Какой?

– «Все сама» закончилось, Рори. Теперь у тебя есть я, а у меня – ты. Пойдем, нас ждут!