Глава 30
Глава 30
Артем
Огляделся. Машины охраны заехали на территорию. Андрей стоял у ворот и смотрел на меня в ожидании распоряжений.
– Скинь мне все по бару, в котором была драка. И данные тех, кто затеял все, кого повязали, - дал распоряжения Андрею. Тот встал на моем пути, загораживая проход. Не понял, это что такое?
– Шеф, пропущу вас в дом и лишусь контракта. А там неустойка… - напомнил Андрей про конфликт интересов. – Я и так рисковал, когда звонил вам, а не господину Россу.
– Ничего не будет, Андрей. Считай, что я негласно переоформил контракт. И если что – все разрулю, - успокоил я своего бойца. Я понимал, о чем он. Я в «черном списке» и Эрика Росса и у Паши. По договору меня подпускать к детям нельзя ни в коем случае. Но как владелец охранного агентства мне доступны «привилегии», и я смогу решить все конфликты. Надеюсь.
Андрей кивнул, отошел от ворот и что-то пробормотал в рацию. Я направился к дому. На первом этаже горел свет, дверь была закрыта. Подошел, постучал и прислушался. Решил не ждать приглашения и дернул за ручку. Открыто.
Светлая прихожая и холл, минимум мебели, но чувствуется уют. Пространство не обезличено, обжито. На широком комоде стояли свечи, какие-то цветы, валялись ключи и два смартфона. Возле пуфиков разбросаны две пары кроссовок.
Снял обувь и прошел дальше. Из гостиной доносился строгий голос Паши.
– Это что такое?! Я еще раз спрашиваю! – срывалась на крик Паша.
Встал в проходе. Она пока не видела меня, так как стояла спиной. Алые волосы разметались по спине, свободная шелковая пижама скрывала ее прекрасную фигуру. Пашка стояла лицом к сыновьям и допрашивала провинившихся ребят.
– Откуда эти ссадины и кровь на футболке?! Вы опять подрались? – надрывалась женщина, пока сыновья стояли с опущенными головами.
– Мам…
– Где была ваша охрана?! Шестой час! Я во сколько сказала быть дома? – не давала вставить даже слово Паша. – Ну что головы опустили? Мы только приехали, а вы уже во что-то вляпались!
Смотрел, слушал, впитывал в себя эту атмосферу семейных разборок и завидовал. Как же я хотел быть частью их семьи. Пусть ситуация дурацкая, но я желал оказаться на месте «настоящего» родителя. Быть с ними, а не стоять в стороне.
Паша подошла к Алексу и приподняла подбородок сына. Он меня увидел и раскаяние из взгляда пропало, осталось удивление и ненависть.
– Кто это сделал? Вы хоть что-то сказать можете или… - она проследила за взглядом сына и развернулась.
В ее глазах я увидел свой приговор. Не разобравшись, что произошло на самом деле, она кинулась на меня словно разъяренная кошка. С невероятной скоростью подлетела ко мне и схватила за грудки.
– Ты! Чертов ублюдок! – завизжала Паша так, что мои перепонки чуть не лопнули. – Кто тебе разрешал подходить к МОИМ детям?
Она трясла меня за ткань футболки, и я слышал треск ткани. Не стал ее останавливать, пусть выпустит пар. Может ли она сделать мне больнее, чем есть сейчас? Что такое физическая боль по сравнению с тем, что твориться у меня в душе?
– Ты и твоя вшивая семейка! Я тебя уничтожу! Убью тебя, слышишь? – продолжала истерику Паша. Женщина схватила меня за лицо и начала царапать щеки, нос, губы. Ну точно кошка, защищающая своих котят. И не важно кто виноват и что случилось, коготки она выпускала знатно. До глаз я добраться ей не дал. Аккуратно перехватил за запястья и отвел в сторону.
– Мам, он нам помог, - пытался достучаться до матери Валентин. Алекс видел, как я отвел руки Паши в стороны и подошёл ближе.
– Не смей приближаться к моим детям! Это ты их тронул? Ты?! Ты же обещал, что не причинишь вреда! – ревела Паша раненным зверем. Она неправильно поняла ситуацию, когда увидела избитых мальчишек и меня возле них. Неужели считает меня таким монстром, который мог поднять руку на детей?
– Мам, он не виноват, слышишь? – уже громче пытался достучаться до Паши Валентин. – Мам, тебе нельзя нервничать!
– Фак! Этот тоже от него?! – крикнул Алекс. А я не понял, о чем они говорят. Кто он него? От кого? От меня? Но кто?
– Ох, господи! – влетела в гостиную женщина в халате. Она осмотрела сначала злого и избитого Алекса, потом Валентина, меня и Пашу в моих руках. Женщина схватилась за телефон и продолжила причитать. – Да что же это происходить тут, госпожа Лина? Вы кто?!
– Я позову охрану, - воскликнула очень юная девушка из-за спины взрослой женщины.
– Отпусти меня, блять! Отпусти, чертов ты ублюдок! – надрывалась Паша в моих руках. А во взгляде столько отчаяния, боли и презрения.
– Паша, - встряхнул ее я так, что зубы ее клацнули. Перестарался. – Прекрати истерику! Все замолчали!
Взрослая женщина в халате вздрогнула и замерла. Неизвестная девушка застыла в дверном проеме и со страхом оглядывала всех нас. Валентин подзавис, а вот Алекс не испугался. Он решительно двинулся в мою сторону и мне прилетел не хилый такой удар в челюсть.
От неожиданности я отпустил руки Паши, которая все еще всхлипывала. Следующий удар от сына я не пропустил. Ловко перехватил его руку и вывернул так, чтобы обездвижить его.
Валентин подбежал к Паше и обнял ее со спины, начал оттаскивать от дерущихся нас.
– Отпусти моего сына! - взревела Паша, пытаясь освободиться. – Отпусти его…
– Мам, мам! – закричал Валентин, пытаясь не уронить Пашу, которая начала оседать в его руках.
В комнату влетел Андрей с бойцами. Они быстро сообразили, что тут происходит и развели меня и Алекса в разные стороны. Валю тоже отодрали от матери и оттеснили к противоположной стене.
К Паше, которая уже бессознательно лежала на диване, подбежала взрослая женщина. Она начала причитать и похлопывать по щекам. Паша в сознания не приходила.
– Мам! – пытался докричаться до матери Алекс.
– Руки убрал быстро, - рыкнул я на своего бойца. Тот в свою очередь посмотрел на Андрея. Андрей кивнул, а я подошел к женщине.
– Ох, что же это, госпожа Лина! Ну же, приходите в себя!
– Скорую вызывайте! – рявкнул Андрею, а сам присел на корточки возле дивана. Паша начала приходить в себя и что-то шептать.
– Воды принесите, - дал указание женщине в халате. – Быстро!
– Хам! Ты кто таков будешь? – возмущалась женщина, но поднялась и удалилась в кухню.
– Отойди от нее! – рычал мой младший котенок. Ощетинился весь, подобрался. Из захвата пытался выбраться. – Она беременная же, ей нервничать нельзя!
Еще один удар. Нокаут!