34 глава

– Алён, ты чего здесь сидишь одна? – нахожу цветок во дворе на качелях.

Качается туда-сюда, отталкиваясь ногой от земли, обнимает себя за плечи и смотрит отстраненным взглядом куда-то вдаль. Еще вчера все было хорошо и сияла. А с утра как-будто подменили.

– Малышня ушла гулять с Пашей и Эриком к реке, беременные вернулись в дом на дневной сон, а я загораю на солнышке и наслаждаюсь тишиной. Хочешь присоединиться? Или отправишься в мужской клуб? – кивает на ворота. – Мне кажется, я отсюда слышу их гогот и смех. Интересно, что они сейчас делают?

Что-то не так. Не пойму, правда, в чем дело. С виду цветочек обычная, а в глазах тревога и сомнения.

– С тобой посижу.

– Как съездил в город? – спрашивает Алёна. пряча глаза от моего пристального взгляда.

– Нормально. Пару дней смело можно еще потусить на даче.

Снова повисает пауза. Я сажусь рядом, беру Алёну за руку. Ладонь холодная. Лицо бледное. Их бы с волчонком к морю свозить, чтобы сил набрались и поджарились на солнышке как следует.

– Тебе врач разрешил перелёты?

Алёна вдруг поджимает губы и отворачивается.

– Что-то случилось? – прямо спрашиваю я. – Выглядишь ты неважно.

– Не выспалась, – цветочек вжимает голову в плечи. – К врачу мне на следующей неделе, спрошу у него про перелеты, но... Почему ты заговорил о них сейчас?

– На море было бы неплохо сгонять. Ты же сама говорила об этом.

– Второй отпуск за такой короткий срок я не потяну, – чуть-чуть расслабляется. – Ульянова недавно вышла замуж и ей тоже охота отдохнуть. К тому же мои тренировки в школе никто не отменял.

– Ну не вопрос. Позже слетаем.

Обнимаю цветочек и втягиваю запах ее волос. Хорошо с ней. Спокойно. Всегда бы так сидел. Еще бы она не закрывалась от меня и не отворачивалась.

– Ты много путешествовал за последние четыре года? – вдруг интересуется Алёна.

– Не особо. Но очень запомнилась поездка в Бразилию. Я бы хотел повторить, но с тобой. Чтобы сгладить впечатления о предыдущем путешествии, – отвечаю с усмешкой.

– Ты ездил с девушкой?

– Нет, с Гончаровым. Костя увидел фильм про фавелы, красочно об этом рассказал, изучив информацию, да так, что я тоже загорелся этой идеей и напросился к нему в компанию. Нас было четверо, мы объездили все злачные места Рио и даже поучаствовали в перестрелке, – едва унесли ноги. Чудом остались в живых. Ну и благодаря хорошему гиду, – смеюсь я.

– Ужас какой, – вздрагивает цветочек. – Ты как был ящик с бракованными петардами, так им и остаешься. Каждый раз не знаешь, что от тебя ожидать.

– Я вроде бы остепенился, – сдавливаю Алёну крепче в своих объятиях. – И если на то пошло, то от тебя тоже порой неизвестно, что ожидать. До фавел тебе, конечно, далеко, но все время нужно быть начеку.

Алёна замирает в моих руках. Да что, черт возьми, с ней сегодня такое?

– Хоть гугли, что за фавелы такие, с которыми ты меня сравниваешь, – наигранно возмущается Алёна. – Но и так понятно, что ничего хорошего, если все закончилось перестрелками. То есть со мной, как на войне?

– Вряд ли, – лениво тяну я. – На войне люди сражаются, не зная, кто станет победителем, а ты меня с первой встречи сразила наповал. Нокаутировала так, что никак прийти в себя не могу.

– Правда? – кладет голову мне на плечо.

Дыхание перехватывает от того, сколько сейчас нежности в ее голосе и взгляде.

– Правда. А ты бы куда хотела поехать?

– В Европу, – слегка поворачивается и обжигает мою кожу на шее горячим дыханием. – Где у нас будет много пеших прогулок. Без всяких преступных группировок.

– Любое твое желание, цветочек, – я перемещаю руку на плоский живот Алены и забираюсь под черную футболу. Сжимаю упругую грудь. – Ниже ты тоже без белья?

– С ним. Ты ведь помнишь, что окна из дома выходят на лужайку? Вдруг кто-то из девочек не спит? – проводит губами по шее, заставляя мое сердце пуститься вскачь.

– После увиденного точно перехотят, – произношу, с воодушевлением продолжая свои ласки.

– Ян…

Алёна пытается вырваться, но я не позволяю.

– Давно парни на прогулке?

– Скоро уже должны вернутся, – хрипло отвечает Алёна.

Выгибается под моими руками и маняще приоткрывает рот.

Я впиваюсь в него поцелуем. Сначала нежным, но, как всегда, завожусь с пол-оборота. С Аленой по-другому никак. Понимаю, почему бешусь, когда думаю о том, что к цветку прикоснется кто-то другой. Потому что Алёна моя. Изначально так было. И ничего в этом плане не изменилось.

– Любое желание, говоришь? – переспрашивает цветок, задыхаясь, когда на мгновение прерываю поцелуй. – Есть одно, – кладет руку мне на губы, останавливая, потому что я опять хочу на нее наброситься. – Сосед с лестничной клетки, тот самый, с которым ты уже имел однажды дело на детской площадке, совсем перешёл границы и начал чуть ли не в открытую предлагать мне интим. Света, его жена, неплохая девушка, но муж у нее козел.

– Вот это подробности, – опешив от таких новостей, хмыкаю я. – Умеешь ты приводить в чувство и смещать фокус внимания. И давно он к тебе подкатывает?

– Только давай без уголовной статьи и не не глазах у детей, хорошо? Но против ничего иметь не буду, если ты заявишь перед другим самцом на нас с волчонком права.

– Ну это я легко, – широко улыбаюсь я, не сводя глаз со рта Алёны.

Интересно, если продолжу исследовать ее тело руками и заберусь ладонью под пояс джинсов, в белье, то пыльцы будут в ее влаге? Хоть опять в спальню цветок тащи.

– Может, Гончаров специально раззадорил тебя этими фавелами? Чтобы наглядно показать, как это плохо заканчивается, когда ты переходишь чужие границы? – снова пытается отстраниться.

– Ага, нет человека – нет проблемы, – парирую я.

– Ян…

– Это не мои слова, а Гончарова. Но Костя назвал меня везучим засранецем после возвращения. Похоже, питал надежду, избавится от меня в Рио.

– Не смешно.

– Смешного и впрямь мало. Мы поднимались с гидом на смотровую площадку и он нам показывал рукой на клубы черного дыма. Догадываешься, что они жгли?

– Хочешь сказать, что это были трупы?

– Скорее всего. Но я же не до такой степени без мозгов. Просто выброшу твоего соседа с крыши многоэтажки и скажу в полиции, что он сам поскользнулся. А я мимо проходил.

– Ян, ты же…

– Шутка, цветочек, – провожу кончиком языка по припухшим губам, кусаю зубами за нижнюю. – Пальцем не трону этого кобеля, но охоту пялиться на чужих женщин отобью, – обещаю с усмешкой.

Какая же Алёна притягательная. Особенно, когда отвечает на мои ласки и так искренне дрожит в моих руках.

– Алён, – тихо зову цветок. – А какие у тебя планы на ближайшее будущее?

– Мы уже говорили об этом. Буквально вчера. По дороге на дачу.

– Первое, что приходит на ум. О чем ты думала в последнее время? – тороплю с ответом.

– До твоего появления в планах было построить отношения с Нейманом. Признание, слава, спорт и какие-то достижения давно остались в прошлом.

– Задумывалась о семье? С Нейманом? – удивляюсь я, чувствуя, как от ее слов неприятно царапает внутри.

– О серьезных отношениях. Не о семье. Но в ту ночь, когда осталась с тобой, а ты отходил от приступа мигрени, впервые об этом задумалась. Может, возраст у меня такой, а, может, ты своим присутствием вызываешь эти странные и трепетные чувства, или наличие маленьких детей на даче, но я действительно стала цепляться за эти мысли чаще. Ты специально меня привез в этот беременный заповедник?

– Привез, потому что нравится проводить с тобой время.

– И с Андреем? – усмехается цветок.

– Особенно с ним.

Мы в сущности очень похожи с Алёной. До недавнего времени я и сам не задумывался о семье, но теперь все изменилось. И надеюсь, в лучшую для нас сторону.

Домой мы возвращаемся через три дня. Андрею наша поездка понравилась больше всех. Всю дорогу до дома они о чем-то шушукаются с Алёной на заднем сиденье. Я мельком наблюдаю за ними и улыбаюсь себе под нос.

– Я сегодня буду поздно, – говорю, останавливая машину у дома цветка.

– Почему?

– Поработать нужно.

– Ну хорошо, – загадочно улыбается Алёна.

В приподнятом настроении и с сияющими глазами она мне безумно нравится.

– Все нормально? – на всякий случай уточняет у меня цветочек, когда я долго не свожу с нее взгляда, задумавшись о своем.

– Да. Просто на работе завал.

Гончаров исчез, на связь не выходит. Если это его методы показать, как себя не подобает вести человеку моего статуса, то приятного в этом безусловно мало. Однако зная Костю, предполагаю, что причина его исчезновения не в наших с ним терках. Он обычно преподносит свои уроки иначе. Хоть детектива нанимай, чтобы нашел эту внезапную пропажу.

Обложившись дома стопками бумаг, я пытаюсь сконцентрироваться на строчках в документах, как вдруг слышу звонок в дверь. Гостей я не ждал. Поднимаюсь с дивана и иду в прихожую.

Распахиваю дверь и вижу Нику. Окидываю взглядом ее стройную фигуру в платье, и усмехаюсь.

– Впустишь? Я ненадолго, – просит она хриплым шепотом, который заполняет тишину между нами.

В глазах напротив беспросветная тоска, граничащая с отчаянием.

Расстались мы с Вероникой не очень хорошо. С виду спокойная и всегда уравновешенная девушка, вдруг превратилась в сумасшедшую фурию, которая начала клясть меня на чем свет стоит. Я ушел, сказав, что готов спокойно все обсудить, когда она придет в себя, но теперь понимаю, что нам это ни к чему. Только больнее ей делать. Не думал, что она так в меня влюбилась. Вида по крайней мере не показывала и казалась сдержанной. Блефовала? Но зачем?

– Я попросила консьержа сообщить, когда ты вернешься. На звонки ты не отвечаешь…

– Ника, ты зря пришла, – обрываю ее.

– Ян, я же из-за тебя вернулась в Россию. Мне это все, – обводит глазами пространство вокруг себя, – даром ничего не нужно. Поговорим?

– Если как в прошлый раз…

– Извини, – перебивает она. – Не знаю, что на меня тогда нашло. Не хочу, чтобы ты думал обо мне плохо. Я на днях улетаю к родителям. Вряд ли мы еще увидимся.

Отхожу в сторону, пропуская Нику в квартиру. Внутри зреет нехорошее предчувствие. Возможно, я пожалею об этом разговоре и встрече, но пусть бывшая девушка уезжает без мысли о скором возвращении.

Уверенным шагом Ника направляется в гостиную. У меня в квартире она была много раз. Удивительно, что долгое время отказывалась съехаться. Хотя я предлагал. Как выяснилось после нашего расставания, Ника боялась казаться навязчивой прилипалой. Но как по мне это глупости. Если людям комфортно быть вместе, зачем, спрашивается, усложнять?

– Отдыхал? – интересуется Ника.

– У брата на даче.

– Один?

– Была большая компания.

Повисает пауза. Ника тянется к стакану и наливает из графина воды. Поворачивается ко мне и делает несколько глотков, не сводя с меня глаз. С тяжелым вздохом возвращает его на место.

– Я что-то делала не так, Ян? Может, ты семью хотел? Или недостаточно ласкова была с тобой? Мне казалось, мы отличная пара. С амбициями, планами, одинаковыми предпочтениями и аппетитами в постели. Всегда было что обсудить и над чем посмеяться. Разве нет?

– Я уже объяснял, что дело не в тебе.

Досадливо прикусывает дрожащую губу и идет в гостиную. Осматривает бумаги лежащие на диване и поворачивается ко мне лицом, а затем вдруг начинает раздеваться, спуская с плеча лямку бежевого платья.

Я закатываю от раздражения глаза.

– Это лишнее. Прикройся. Я вызову тебе такси, – твердо говорю ей тоном, не терпящим возражений.

– Ян…

Вскидываю руку вверх, отрицательно качая головой, и тянусь к телефону, чтобы вызвать машину, как замечаю сообщение от Алёны:

«Я решила сделать сюрприз. Буду у тебя через пять минут, открывай дверь».

Но она и так не закрыта.

Отличный, блин, сюрприз, цветок. Лучше не бывает. Мы как будто поменялись с Алёной местами. Только моя ситуация сейчас в разы хуже. Нейман хотя бы в гостиной сидел одетый, а не светил сиськами, как Ника. В таком случае я бы ему с порога заехал ногой в лицо, а потом уже разбирался что к чему. Как поведет себя цветочек, застав меня в подобной пикантной ситуации, не знаю. Одна надежда, что в ее руках не будет никаких тяжелых предметов и из этой квартиры сегодня все выйдут живыми и невредимыми.