Глава 10

– Ты испортил мне жизнь! – раздраженно прокричала я, стараясь отделаться от Горыныча. – О, что-то новенькое, – потирая скулу, шикнул от боли Демидов. – Раньше было только про диплом! – Ты, ты… – сжимая ладошки в кулачки, топала ногами от досады и невозможности избавиться от назойливого сопровождающего. – Лучше бы тебе папаша Козловского прописал сильнее! – гадости так и рвались наружу и, наверное, в другое время я бы сдержалась, но сейчас уже не могла. Кирилл будто нарочно портил все, к чему прикасался. Ему нравилось доставлять боль тем, кто испытывал к нему чистые и искренние чувства. Не ценил, не берег, а потом не давал проходу. Выдумывал небылицы, доводил до мигрени, душил своей назлойливостью. И права гадалка, лучше избавиться сразу от занозы. Сжечь, к чертовой матери все, испепелить память, воспоминания-картинки, что связаны с Кириллом. Ему все равно плевать, а мне, может, стало бы легче. – Спасибо, милая, – раскинул он руки в стороны, поднимая голову к темному небу. Под куполом плыли серые облака, вызывая отчаянное желание завыть, словно тоска проникла под кожу, смешалась с током крови и попала в сердце. Мне было невыносимо больно, а он не понимал, продолжая выводить меня на эмоции. – Я вообще-то поговорить хотел. – Ты уже все сказал, – смахнув прядь, что прилипла к щеке, обиженно произнесла я. – Сделал. Убил все чувства. Растоптал меня. А знаешь, когда? В тот самый момент, когда связался с… Язык не поворачивался сказать, с кем. Я верила Киру, думала, что он самый замечательный на свете. Розовые очки были ошибкой и вера в то, что он не такой, как все. Такой. Даже еще хуже. И доказал это, связавшись с той, кого я считала близким человеком. – Лер, я устал объяснять, что ты не права. Только вот не слышишь! – Я видела прекрасно. Знаешь, Демидов, эта картинка долго стояла у меня перед глазами, – делая шаг к Кириллу, чеканила я каждое слово, – как ты и она… вместе. Эти счастливые взгляды, кольцо на палец, объятия… Ты не видел, но я стояла по ту сторону и мне хватило. Демидов всплеснул руками, не находя слов. Да и что он мог мне сказать, снова выставить виноватым своего брата? Заявить, что в тот вечер вместо него с Дашкой был Тимофей? Конечно, это проще простого! Но и я уже не та дура! – Эх, Лера, – покачал он головой, – ты будешь сильно жалеть, когда поймешь! – И не мечтай. Я буду счастлива и рядом со мной будет достойный. – Самый достойный перед тобой как раз. – Ты первый в очереди, но явно с конца – поднимая воротник, желая спастись от ветра, напоследок бросила я в адрес Кирилла. Но этот самоуверенный гад лишь рассмеялся. А уже через мгновение шагнул в мою сторону, но я отшатнулась, как от страшного зверя, не позволяя тому перейти границу. – Держись от меня подальше! – стараясь перекричать свое сердце, на прощание заявила бывшему. – Этот Новый Год ты встретишь со мной! – стоял на своем Кирилл, поражая наглостью. – Сам-то веришь? Этому не бывать, – вполне спокойно произнесла, зная, что на праздник отправлюсь к себе домой. – Посмотрим, – хмыкнул Демидов, разворачиваясь резко и оставляя меня одну посреди аллеи. Стоило задуматься в тот момент, но я отчего-то не придала значения. Кирилл мог бросить слова на ветер и казалось, что это как раз тот самый случай. – Сжечь, – рассматривая голые ветви деревьев, прошептала я. – Прямо сейчас. Не раздумывая долго, я понеслась в общежитие. Вахтерша дремала, и я на цыпочках незаметно успела проскочить. Лариска в комнате смотрела очередной ужастик на ноуте, периодически ругаясь и цокая, когда тот зависал. У меня ночь тоже не обещала быть спокойной. Я собиралась избавиться от лишнего, не желая тащить это в новый год. Мусор надо выкидывать, то же самое и с мыслями, установками и взглядами. В моей жизни слишком много было ненужного, покрывшегося пылью. – Как сходила? – очищая очередной мандарин, лениво поинтересовалась Лариска. – Все было супер, пока не появился твой любимый. – Игорек, что ли? – выпучила глаза соседка моя. – Какой? – тут же я замерла. – Ну, любимый. – А-а-а, – протянула тут же, – нет. Кирилл! – Нифига себе. А говорила без мужиков! – Без бывших! – поправила Лариску. – А Демидов, чего не мужик, что ли? Хоть и бывший, – видя мое недовольное лицо, поправила саму себя Лара. – Он козел обыкновенный. – Проходили. Новенькое что будет? – отмахнувшись, растянулась Ларка снова на кровати. – Не знаешь, где коробка с подарками от Горыныча? – У меня под кроватью. Заменяют четвертую ножку. А тебе зачем? Ностальгия? – Нет, хочу выкинуть. – Да что ты! – охая и недовольно вздыхая, вскочила моя подружка.– Там столько всего. Даже одежда Кирюхи. Отдай бомжам! – Ну-у-у, – засомневалась я, – вряд ли им нужны статуэтки и мягкие игрушки. А из одежды только его толстовка. Сожгу. – Может, до Масленицы подождешь? Ладно, – подняла Лариска руки вверх, видя выражение моего лица. – Жги, мать. Кстати, где? – На пустыре за общагой. Пойдешь? – спросила осторожно, осознав, что одной как-то жутко туда сейчас тащиться. А утра ждать тоже не вариант, зеваки набегут! – Ох, Лопухова, слишком ты деятельная. Не доведет это до добра. Хорошо, – собирая в ладошки шкурки от мандаринов, потопала Лариска в коридор. – Гулять полезно перед сном. Я без сожаления вытащила коробку из-под кровати, лишая свою соседку, похоже, спального места. Койка тут же начала шатается, и Лариска с ее грацией могла с легкостью ночью опрокинуть на себя эту неустойчивую конструкцию. В коробку решила не заглядывать на всякий случай, зная наверняка, если дам слабину, потом будет тяжело. Изрядно вспотев, пока тащила ее, я размышляла на тему, что завтрашнее утро начну с правильных мыслей и планов. А все мерзкое оставлю здесь, оно превратится в золу, которую позже развеет ветер, стирая мою душевную боль. – Давай спички, – протянула я руку, забирая у Ларки коробок. – А можно я оставлю розового зайца себе? – принялась Лариса канючить. – Глянь, какой он милый, – нажала она ему на брюхо, и тот принялся гнусавым голосом признаваться в любви. – Нет, – твердый тон должен был дать понять ей, что никаких послаблений не будет. – Не будь врединой. Гляди, – с восторгом переключилась Ларка на какую-то очередную безделушку, – бейсболка. Ой, шары именные елочные. Новый Год скоро. Лерка, ну оставь. а! – Ла-ри-са, – зашипела я на нее, видя, как та потрошила а просто коробку, вытряхивая оттуда все, что попадалось под руку. – Не будь черствой. Подушечка с изображением кошки. Ой, Кир романтик просто. – Нет, так не пойдет, – пытаясь отнять у Лариски свое имущество, принялась я снова запихивать все в картонную коробку. – Ты обещала поддержку, вообще-то! – Я передумала! – снимая шапку и примеряя кепку, бросила Ларка довольно смеясь. И пока мы припирались, отнимая друг у друга вещи, не заметили, как к нашей перепалке проявили интерес посторонние. – Девочки, а мы вас в гости не ждали. Косой, ты погляди, какие красотки! – раздалось из темноты, а мы прижались с Ларкой разом друг к другу, позабыв обо всем. – Кто здесь? – запищала она. – Уходите! – Как это уходить? Мы на своей территории, а вот вы… в гостях. Но мы добрые и прогонять не будем, – снова незнакомый хриплый голос, но уже с другой стороны. – Ой, мамочки, – хватая Ларку за локоть, пролепетала я. – Убежать не получится, – нас, похоже, окружали. Сколько их? Три? Пять? И кто они?! У меня сердце сжалось от испуга, а Ларискино стучало похлеще метранома. И в горле пересохло предательски, что закричать стало невозможно, да и есть ли смысл?! – Змей, проверь у них карманы, – тень скользнула, и из темноты следом показалась физиономия. Грязная, неприятная. – Нет у нас ничего,– оглядываясь нервно по сторонам, бросила Лариска. – Все богатство здесь! – указала она кивком головы на коробку. – Посмотрим, девочки, но если обманете, вам же будет хуже. – Мы пропали, – шептала подруга, втягивая голову в плечи. – Зря ты прогнала Демидова. – Ты еще скажи, что все из-за меня? – впилась я взглядом в Лариску. – Почти. Но поругаемся с тобой позже, если спасемся! Мысленно я молила всевышнего о помощи. Правда, не представляла, кто и как нам способен помочь в этом месте. Глушь. Только собачники захаживали, но сейчас для этого было слишком поздно! – Боже, пожалуйста, – впиваясь ногтями в ладошку, произнесла я: – Помоги, я даже готова встречать праздник с этим идиотом, лишь бы спастись. Сама не верила, оттого и бубнила всякую чушь, наверное, больше для успокоения. И пока троица с жадностью перебирала мои вещи, сосредоточившись на добыче, мы решили с Ларкой рискнуть. Не спринтеры, но в такой ситуации готовы были попробовать. И с диким визгом уносясь подальше от пустыря, мы попали прямиком в крепкие ладони служивых и тут уже поняли, кажется, это фиаско. – О-о-о, – присвистнул мужчина в погонах, мазнув лишь взглядом по нам. – Саныч, премия у нас, считай, на носу, – обрадовался второй, тараща зеленые глаза. Премия – это хорошо, только мы причем?! – В УАЗик запихивай. Пора в отдел. Оформим, как следует. – В смысле? – попыталась Ларка вырваться у того, который был помоложе. – Допрыгались, бабочки?! – Там стрекоза была, – толкнув в плечо парня, гаркнул первый и засмеялся. – Нас обворовали, – ткнула я пальцем в сторону. – Это так сейчас называется? Не заплатили клиенты, так сами виноваты! Кто же с такими дело имеет. Бомжи! Или за бутылку? – За воспоминания, – заголосила Ларка, – за сердце разбитое…ее – Не понял, – переглянулся неизвестный нам Саныч со своим коллегой. – И я. – Ну, значит, под протокольчик станет яснее. Путана, ночная ба… Эй, Комаров, присоединяйся! Сегодня неплохой куш сорвали!