Глава 42

Девчонки оказались правы, когда заявили, что у следователя, скорее всего, разболится голова после их рассказа. Так и вышло. Он не только начал жаловаться на мигрень, но и конкретно сильно пожалел, что связался с нами. Мы очень старались объяснить все ему доходчиво. Почти не перебивали друг друга, говорили четко и по делу, но все равно в какой-то момент все вышло из-под контроля и понеслось. Каждый намерен был, похоже, пожаловаться, надеясь, что Дарья будет привлечена к ответственности. При том, что нам однозначно было ее жаль. Все-таки мы не бессердечные твари, а люди, которые когда-то считали ее своей подругой. Сама же Дашка сидела с непробиваемым выражением лица, кажется, научившись принимать окружающие шумы за фон и не особо на них реагируя. Больше всего, по-моему, отличился Козловский. Он с пеной у рта доказывал, что девица ловко сделала из него идиота и грозился нажаловаться папаше, ведь у того имелись крутые связи и он мог разрулить любую проблему. По крайней мере, Игорь хотел так думать. Ему никто не мешал, кстати, в этом! Тем более присутствие его отца, возможно, сыграло бы и нам на руку. У следователя кипел мозг, он очень старался понять, проникнуться, может, тем более Лариска с таким чувством все поясняла, отыгрывая даже местами театрально, что я едва не растрогался. Особенно когда дошла до нашей с Леркой истории. Тут она маленько перегнула, конечно, к тому же предъявлять, кроме обмана с моей стороны, увы, но Дашке было нечего. А вот Милана душу отвела. И в итоге мы оставили их с Козловским, покинув кабинет. Игорь требовал вернуть долг, Милана обвинила подружку в коварстве и намекнула, что та припрятала компромат, да такой, что если попадет в чужие руки, то полетят головы многих. Мужчина с погонами напрягся в этот миг, как напряглись и мы, когда впервые услышали. – Ну все! – потянувшись, выдала довольно Лариска. – Правда восторжествовала, да? – Не совсем еще! – устало ответила Лера. – Боюсь, что она выкрутится. И при этом мне так грустно от мысли, что мы вот этими самыми руками… – принялась она рассматривать свои ладони. – Думаешь выкрутится? – спросил Тимофей. – Сомневаюсь. Так понимаю, у Миланы тоже кавалеры не мальчики с соседней улицы, а люди со связями. И если в деле фигурируют крупные суммы, то Дарья попала. – Тебе ее не жаль? – обратился я к брату. – А должно быть? – фыркнула Лариска, решив снова заступиться за старшего. Ох, похоже, метила она на зачет автоматом на пересдаче. – Заметь, ни я шашни крутил с ней, а он! – Не считается! – заградила собой Лариска Тима. – Профессор душка! – Замечательно, – развел я руками. – Логика вышла из чата. – Да хватит вам! – вмешалась Лерка. – Дашка получила по заслугам или получит. А Козловский явно не по доброте душевной одолжил, тоже виды были у парня на что-то, только нам не сознается никогда. – Да уж… Зря Дашка связалась с такой компанией, – задумчиво произнес я. – Это ты про нас? – поинтересовался Тимофей, явно пребывая в приподнятом настроении. – И об этом тоже. Обидно, – вздохнул, – что такой путь проделали, а кто-то до сих пор нос воротит от меня, – покосился на Лерку. Она действительно прятала взгляд, то ли смущалась, то ли стыдно было. А я устал ей намекать, что не держу обиды за недоверие. Все равно любил, хоть она и была врединой. Надеялся, что, может, шаг сделает, даст намек какой. Но Лопухова ушла в себя, кажется. Была задумчива и молчалива. И я снова не знал, торопить события или держать пока дистанцию. Тем более вроде как у них пара с братом. Только на самом деле от этой мысли хотелось рассмеяться. Так игры в песочницы какие-то. Пара… одно название. Тимофей-то тоже держался отстраненно. Относился он к ней, как к сестре больше, да и в Леркиных взглядах на него не было огня. – Пойдемте, профессор! – подхватывая под руку Тимофея, воскликнула Лариска. – Угощу вас кофе, а вы мне за это без пересдачи… – Как ни стыдно, – шикнула Лерка на подругу. – Ни капельки. Кто как умеет, так и вертится! – пропела она, двигая с Тимом по коридору отделения в направлении кофейного автомата. За окном совсем стемнело. Усталость накатывала волнами и хотелось уже оказаться в родных стенах. Суета, погони вымотали и физически, и морально. Но незакрытые вопросы не позволяли махнуть рукой, отправившись к себе. Лера стояла напротив, потупив взор. А я не хотел уже подбирать слова. Сложно да и толку? Раньше от этого ничего не менялось, кажется, лишь хуже становилось. Наверное, не умел я объясняться, а вот портить все у меня выходило на все сто. Потому и сейчас решил обойтись без длинных фраз. – Лер, – взял ее ладонь осторожно, рассматривая тонкие девичьи пальцы, – прости меня. Ну, попался тебе такой отчаянный дурак. Ее ресницы дрогнули, на губах скользнула улыбка. – Люблю тебя и все тут, поняла? – нахмурив бровь, пробормотал, чтобы дошло до нее наконец-то. – Поняла, – насупившись, ответила Лерка. – Вот и молодец! – позволяя себе вольность, обнял я ее крепко. Лерка обвила мою шею руками, уткнулась носом в плечо и мир снова замер. Он всегда замирал в такие волшебные мгновения. Так мы и стояли посреди коридора в отделе полиции, боясь нарушить эту тонкую связь. – Ты будешь моей снова? – переплетая наши пальцы, спросил зачем-то. Для себя-то все решил, конечно, но посчитал, что лучше услышать от нее твердое да, чтобы потом без сюрпризов. – Буду, – кивнула Лопухова, – но после того, как уладишь все со своими поклонницами. – Это ты про Оксану, что ли? – усмехнулся. – Конечно. – Не переживай. Она всего лишь мой бизнес-партнер! – изрек деловито. – В каком смысле? – Лерка отстранилась, тараща на меня свои огромные лучистые глаза. – Ей нужны деньги, мне ты… Вот и все! – Негодяй ты, Демидов! – И не говори, – согласился я. – Все, между прочим, ради тебя и дядькиных денег. – Еще лучше. – Ой, а сами-то с Тимом? Ну? – Забудь, – отмахнулась она. – Нет уж! – засмеялся я. – Но насчет Оксаны не переживай. Я ей не по душе! Сказала, что любит спортивных парней, а мне еще качаться и качаться. – Удивительно! – вздохнула Лера. – Теперь ты точно не получишь денег! – Не беда. Хотя почему нет? У меня есть ты. А Оксана, – поскреб за ухом. – Может, сосватаем ей Тима? – Отстань от него. Выиграем если, поделимся! – заявила Лерка, а я даже спорить не пытался. Теперь-то все честно! С Леркой мы точно не были фиктивной парой, а значит, совесть не сожрет после того… Хотя нет. Дядюшке я желал долгих лет все-таки, но азарт во мне бушевал. Правда следовало еще узнать, что там другие родственнички-то! Наверняка подсуетились! – Все! – довольно улыбаясь, показалась в коридоре Милана. – Что все? – настороженно спросил у нее. – Выговорилась! – Подругу-то не жаль? – этот вопрос так и вертелся на языке у многих из нас. – Жаль, – опустила та плечи, – но что поделать. Ни я ее толкала в эту яму, она сама, еще и других пыталась утащить с собой. Не пойму только, где она сбилась. Ведь нормальная девчонка была. – Окружение сгубило, – с грустью произнес, – не стоило искать легких денег, а попробовала раз – выиграла, посчитала, что и дальше будет фарт, но… – Затянул порок, да. Печально, что дружбе конец. С ней было весело порой. – Может, не бросим? – предложила Лера, глядя на нас вопросительно. – Хочешь помочь с адвокатом? – А ты? – Не знаю, – цокнула Милана. – Допустим, деньги найдем. Но это как-то странно, сами притащили, сами вытаскивать будем? – Не будем! Пусть все по справедливости, но адвоката надо хорошего. – Зачем я только с вами связалась, – простонала она. – Ладно, поговорю со своим милым! – Спасибо, – поблагодарила ту Лера. – Должны будете. Хотя, – взмахнула она, – бедные студенты. – Не все! – щелкнул я пальцами. – Не забывай, у нас есть супер профессор! – Ваш профессор обет безбрачия, похоже, дал, к сожалению! – И на твоей улице будет праздник, не горюй, – бросил ей вдогонку. Милана моим словам не поверила, а, между прочим, стоило. Иногда я был оракулом действительно! Да и семейное у нас это, видимо, удивлять окружающих. И Тим с этим достойно вскоре справился.