25. Крысы

ЛЕОНИД

—Дина, живо ко мне в кабинет! — рявкаю в трубку, когда еду от взбешенной Фурии.

—Но Леонид Артёмович, суббота же, я... я не в офисе, — мямлит в ответ секретарша.

—Мне плевать. У тебя полчаса, чтобы быть здесь, иначе можешь начинать вакансии посматривать, — не дожидаюсь ответа и кидаю телефон на соседнее сиденье.

Пора пресекать то, что люди вокруг изрядно обнаглели и забыли, с кем дело имеют.

Утром мы встречались с Тохой Орловым, который вручил мне два файла. По Шарову и по обиженной Фее.

Тонкая папка Шадрова порадовала мало.

—У этой гниды все шито-крыто, безупречный бизнес и толпа охраны повсюду. Из интересного только то, что в прошлом году он зарегистрировал на свою сожительницу логистическую компанию по перевозке грузов из ближнего зарубежья, — Тоха выпускает в потолок струю сигаретного дыма.

—Контрабанду фурами гоняет, — в думках тру челюсть.

—Уже запустили нашего человечка на границу, чтобы своими глазами смотреть. У них такие чистые документы, что младенцев пеленать можно. Фальсифицируют красиво, — он стряхивает пепел.

—Поверхностно не подберешься, надо копать глубже. Наведаюсь-ка я на днях к Гвоздю. За ним должок, пусть своих потрясет.

—Назови мне хоть одного следака в городе, у который тебе не должен, — ухмыляется Орлов. —Вторую папку смотреть будешь?

—Буду, — верчу в руках Катино дело, но открывать не спешу.

Может, Тоха и прав, и мне следует узнать Катю естественным путём, а не как я привык.

В момент нашего разговора она спала в постели моей городской квартиры, которую я пару лет назад взял в новостройке сразу с дизайнерской отделкой под ключ, чтобы вообще не заморачиваться.

Однажды это жилье достанется Юлианне, я ей уже даже ключи подарил, а пока остаюсь там ночевать, если слишком задерживаюсь на работе. Вчера вот «задержался» с Катей.

Надеялся, Фурия оценит мой порыв скупить ей треть магазина уходовых средств и прочей женской дребедени. Она вечно такая напомаженная, я переживал, что ей будет некомфортно умываться моим единственным гелем, который одинаково подходит как для мытья головы, так и для чистки унитаза.

Чуда не произошло, и вместо радости Катя в своей отбитой манере послала меня на три буквы.

Невоспитанно, согласен, но после нашего вчерашнего сближения я готов простить ей этот выкрутас. Маленькая психованная косячная дамочка, у которой настроение колеблется похлеще курса валют. Ничего, с нашими тренировками ласковее станет.

Вспоминаю, какая она податливая, когда доверяется, прямо разогретый пластичный мёд, и организм сразу же реагирует. Такая отзывчивая — полностью мне отдается.

Сегодня закрепим пройденный материал, — наивно думал я, когда подруливал к дому беглянки. Был уверен, что мы быстро найдем общий язык, чтобы ни произошло. Не мог поверить, что это Риткиных рук дело. Портить людям жизнь — у нее в крови.

Как результат: Шипучка Катя назвала меня блядуном и гордая потопала прочь. Еще и сказала, что я ей не особо интересен. Данный факт было особенно неприятно слышать.

Мне уже не двадцать лет, и даже не тридцать, чтобы женщинам навязываться. Перебесится и сама наведается ко мне с какой-нибудь курагой и в глазури, чтобы помириться. Пусть попсихует.

А вот Рите — конец, и ее подружайке Дине, которая донесла, где и с кем я провожу время, — тоже.

Два плюс два сложились сами собой.

Смотрит ли Дина по камерам из дома или же нашла Катины трусы на полу субботним утром — дело второстепенное. Важно, что в моем же доме мне партизаны саботаж устроили.

—Вызывали? — потрясывающимся голосом спрашивает разрешения секретарша.

Приехала, как миленькая.

—Присаживайся, — киваю на стул, убирая папки в сейф.

—Что-то случилось? — заискивающе интересуется она.

—А это ты мне расскажи, и постарайся ни одной детали не упустить, — сажусь на край стола напротив нее, давя сверху таким положением.

—Вы… о чем?

—Сколько Марго о каждом моем шаге отчитываешься?

—Леонид Артё….

—Говори! — рявкаю так, что голос эхом по этажам разносится.

—Я… она только попросила узнать, в офисе ли Вы, хотела Вам сюрприз сделать. Я только сообщила, что Вы поздно уехали.

Глаза бегают, жестикуляция неестественная, задницей на стуле ерзает.

—Ложь. Уволена, — встаю и возвращаюсь за стол к своим делам.

Дина сидит, приклеившись.

—Вы меня всё равно уволите, даже если я правду расскажу, — вдруг шмыгает она.

—Естественно. У тебя, похоже, новый работодатель появился. Сколько она тебе платит?

Вот это я, конечно, лопух, который перед своим носом интрижек не заметил. Криминал легче вычислить, чем бабские схемы, епвашу.

—Пообещайте меня не увольнять! У меня квартира в кредит, и маму я содержу!

—О семье раньше надо было думать. Ты помнишь, что подписывала при устройстве на работу? Пункт про шпионаж там тоже включен. Вот и попробуй убедить меня в своей лояльности.

Округляет глаза и сглатывает нервный кирпич.

—Мы подружились, когда Маргарита Петровна к нам на теннис ходить начала, я тогда еще не знала, что она жена Ваша бывшая….

—Не жена, — припечатываю.

Мы с Ритой сроду вместе не жили, не говоря уже о том, чтобы я ее под венец звал.

Мне было примерно столько, сколько сейчас Кате, когда на одной из шальных Шадровских вечеринок мы пересеклись с Ритой.

Пересеклись недвусмысленно: я был щедро сдобрен алкоголем, а Видалова искала, кому бы вручить ответственность за себя после того, как ее семейство намекнуло великовозрастной дочери, что пора бы вставать на ноги и не позорить их фамилию разгульным образом жизни.

Отец Риты — чиновник, занимается культурной политикой, мать — художница и держательница галереи, оба деда тоже у власти крутились, так что унаследовало семейство Видаловых немало.

Только вот избалованная дочь бомонда не удалась. Золотая ложка в заднице накладывает свои отпечатки, и, выросшая во вседозволенности Марго, увлекалась в основном разбазариванием бюджета, тусовками в неправильных компаниях и поиском кошельков.

Одним из таких в свое время оказался я. Проблема в том, что Рита была послана сразу же, как только прошло первое похмелье после сходки, где мы было все равно, кому совать.

С тех пор я не пью больше пары глотков и не соглашаюсь на половые акты без защиты, как бы дамы ни убеждали меня, что «и так принимают таблетки», как это сделала она. Молодой и тупой был.

В то время мое имя гремело в городе, поэтому элита была в восторге от «выбора» дочери, ожидая свадьбы с размахом, которой не случилось. Ребенка, естественно, я признал сразу. Видаловым этого не хватило, и пакостили они мне своими связями знатно.

Угомонились только после инцидента с моим старым «приятелем» Шадровым. Проблемы объединяют, что уж. Тогда все надломились, сплотились и хвосты прижали. Рита до сих пор мне приветы от пуганной мамаши передает, хотя вина самой Марго в случившемся неоспорима.

А теперь эта шельма смеет лезть в мою жизнь.

Видимо, пора прекращать финансирование, ограничиваясь лишь алиментами. Все равно Юсик живет почти всегда у меня, и ее обеспечиваю я, а не светская львица с родословной, которой родители подачу кислорода перекрыли. Необходимости нет давно, только старое чувство вины держит.

—Она сначала невзначай расспрашивала о Вас, — продолжает Дина, —А потом стала умолять, чтобы я ей передавала, когда Вы в офисе, а когда уезжаете.

Ага, и кого я трахаю в этих стенах.

—Сказала, что семью вернуть хочет. Я отказалась, знала, что вы все равно обнаружите. Но она обещала помочь мне закрыть кредит за квартиру, — закусывает губу.

—Давно у тебя доступ к камерам?

—Пару недель….

—Отвечай!

—Три месяца, но я никому ничего не говорила, честно! Только Маргарите Петровне. Не увольняйте, умоляю! — начинает причитать секретарша.

—Хорошо, не уволю, — заявляю равнодушно. —У тебя же кредит? Завтра можешь выйти в цех.

—В… в цех? — она заикается.

—Да, в цех. Физический труд облагораживает, или пиши по собственному.

Да уж, не так мы раньше с предателями обходились, но Дина просто жадная дура в руках меркантильной Марго.

—Так же к девяти? — пищит она.

—Производство работает с шести утра, дорогая, форму на проходной получишь, как и все. А теперь сгинь с глаз моих!

Брюнетка коротко кивает, и ее сдувает ветром. Побежала своей подружке жаловаться. Дина еще не догадывается, что их «дружба» закончится примерно сегодня, так как лоя Марго от неё нет больше толка.

Я болван. Проверял же до самых потрохов каждого работника перед приемом на работу! Только не учел, что купленные фрукты могут начать гнить уже лежа у тебя дома.

Интуиция твердит, что неспроста Рита так легко рассказала мне о том, что они с Диной общаются. Не отвлекает ли она меня от чего-то действительно опасного, подкидывая мелких проблем?

Незамедлительно звоню своему помощнику Толику:

—Анатолий, у меня для Вас отличные новости, повышение подвалило — будешь моей личной секретаршей.

—Леонид Артёмович, Вы щас серьезно? — после паузы слышу удивленный голос паренька.

—Да, Дина покинула пост за неблагонадежностью, ты мне нужен.

—Понял, — без вопросов реагирует.

—С завтрашнего дня займешься тем, чему я тебя учил, — понижаю голос.

—Ректальной проверкой сотрудников? — весело брякает идиот.

Закатываю глаза.

—Да, Толя, да. И нужно хорошенько протравить помещения, есть ощущение, что у нас в цеху завелись крысы.