Глава 9

Глава 9

Разговор не занял много времени, но показался вечностью. Секунды и минуты падали, как капли воды в древней пытке, и ей казалось, что она тоже летит куда-то всё ниже и ниже, в неизвестность. До боли сжимая телефон в ладони, Дина молчала, слушая доносящиеся до неё сквозь километры слова. Голос невидимого собеседника заметно дрожал, и она тоже едва сдерживалась, чтобы не разрыдаться в трубку. Очутиться бы сейчас рядом, обнять крепко-крепко, разделить с ним одну тревогу на двоих – глядишь, и полегче бы стало обоим.

 - Береги себя, папа. Жду вас... Прости, ко мне тут... пришли... – выдавила Дина, глотая слёзы, и, отключившись от разговора, сделала шаг к двери, чтобы впустить визитёра.

Демьян Ростоцкий сегодня был не при параде – одет в самые на первый взгляд обычные джинсы и свитер с высоким воротом, но даже этот простой наряд очень шёл ему. Есть ли хоть что-то, что ему не к лицу? Смерив молодую женщину взглядом, он шагнул вперёд, а затем уверенно, точно находился у себя дома, направился всё к тому же креслу.

Дина не возражала. Снова заняв стул напротив и ещё даже не выпустив из рук мобильник, она судорожно подбирала слова. Что ему сказать, чтобы он понял? Чтобы вошёл в её ситуацию. Или... ей придётся поставить ему условие, то есть, считай, шантажировать?

От одной этой мысли её передёрнуло.

 - Ну что? – поторопил её Ростоцкий. – Сначала ты не торопишься открывать дверь, теперь молчишь. В чём дело? Ты подумала о нашем разводе? Что тебе посоветовал твой юрист?

Дина сглотнула. Все невысказанные слова точно прилипли к гортани, как прилипают таблетки или капсулы, если запивать их тёплой водой вместо прохладной. Но произнести эти слова всё равно придётся.

 - Моя мама очень больна, - наконец заговорила она. Вымолвленное вслух, это прозвучало странно – как-то отстранённо, точно речь шла не о ней и той, что произвела её на свет, самой любимой, самой замечательной женщине на свете, а о каких-то совершенно посторонних людях или персонажах из фильма. – Ей нужна операция. Они с отцом приедут сюда... ко мне. Там, где они живут, таких сложных операций не делают.

 - И? Что тебе нужно? – Демьян подался вперёд, опираясь подбородком на кисть руки, локоть которой поставил на обтянутое джинсовой тканью колено. Рукав пополз вверх, открывая вязь татуировки. – Что тебе нужно от меня? Деньги? Сколько?

Дина смотрела на него, отмечая какие-то мелкие детали, которые ускользали от её внимания раньше. Едва заметную под тёмной щетиной родинку на смуглой щеке, чуть выгоревшие местами волосы – элемент стиля или не так давно отдыхал в солнечных южных странах? Лицо мужчины было узким, черты правильными, не смазливыми, разве что нос крупноват, но едва ли это недостаток.

«Его чрезмерно узкое лицо подобно шпаге», – вспомнились ей цветаевские строчки. Как про него написано. Вот только всё наоборот – она его жена только на бумаге, но не в Вечности.

Дина мотнула головой и снова разжала губы:

 - Насчёт стоимости операции пока ещё не ясно. Если что, они собираются... продать дом, - с трудом проговорила, ощущая, как разрастается боль в груди, тяжёлым камнем давит где-то под сердцем. Дом её детства, большой, светлый, полный тёплых воспоминаний... – Но дело в том, что родители не знают... о моей ситуации. И мне очень не хочется их расстраивать, ставя перед фактом, что у меня будет ребёнок без отца.

 - Кажется, я начинаю понимать, куда ты клонишь, - нахмурился владелец модного дома, и она вскинула голову, ловя его взгляд.

 - Они не останутся здесь насовсем. Несколько месяцев, не больше... Вернутся домой, а затем я придумаю что-нибудь, скажу, что мы расстались. Можете вы на это время подыграть мне? Изобразить перед ними моего мужа и... отца ребёнка? – выдохнула Дина. Вот и всё. Вот и сказала.

 - То есть, давать мне развод ты не хочешь?

 - Мы разведёмся! Обязательно разведёмся! Но позже, вот и всё! Я обещаю, если хотите, подпишу бумагу, что дам вам развод и не буду иметь абсолютно никаких претензий! Просто сейчас... Для моей мамы любой стресс, любое волнение – дополнительный риск! А они так мечтали познакомиться с моим женихом, быть уверенными, что у меня всё хорошо, что я не одна...

 - Так почему бы не предъявить им настоящего отца ребёнка?

 - А настоящего, наверное, уже не будет, - устало повторила слова героини известной каждому соотечественнику новогодней комедии. – То есть, не наверное. Так и есть. Он собрался жениться, как вы понимаете, не на мне, и я даже точно не знаю, где сейчас находится – где-то в Европе, во Франции, кажется. Семья будущей жены обеспечила ему неплохую карьеру за рубежом, а со мной... от меня нет никакой такой выгоды...

 - Представляю.

 - Ещё бы вы не представляли, – подумала вслух она и запоздало прикусила язык.

 - Это ты на что сейчас намекаешь? – поднялся с места Ростоцкий. Теперь он нависал над ней, и Дина едва не зажмурилась. Так близко... чужой, непонятный.

Правильно ли она поступает сейчас?

 - Демьян Сергеевич! – решительно произнесла Дина, набрав в грудь воздуха. – Вы можете считать меня надувалой, аферисткой, кем угодно... Я больше не буду пытаться вас в этом разубедить. И портить вам отношения с... вашей девушкой не хочу, правда. Но вы ведь, как я понимаю, тоже поговорили с юристом и теперь знаете, что, если я не соглашусь, в ближайшее время вы всё равно развод не получите. А мой ребёнок... будет считаться вашим, пока на то нет веского опровержения. Об этом вы уже наверняка в курсе.

Мужчина сжал кулаки.

«А ведь он не только на меня злится, – догадалась она. – Злится на себя. За ту свою ошибку с фиктивным браком».

 - А ты всё-таки хитрая, - процедил собеседник. – И откуда только такая взялась? Что ж, ладно, но у меня тоже есть условия.

Дина уставилась на него снизу вверх. Неужели согласился? Даже не верится!

 - Во-первых, об этом никто не должен знать. Тебе нужен спектакль для родителей – для них мы его и устроим. Но если информация просочится в прессу...

 - Разумеется! Но вы сами... Вы тоже никому не скажете?

 - Только моему деловому партнёру. Дальше. Мне потребуется нотариально заверенная бумага о том, что ты разведёшься со мной, ни на что не претендуя. И согласишься на генетический анализ, который докажет, что твой ребёнок не от меня. Мне не нужны лишние проблемы, - добавил Ростоцкий холодно.

Она снова кивнула. Само собой. Тут и родные-то дети оказываются выброшенными из жизни своих отцов, а чужие и подавно. Да, ей повезло с семьёй – папа с рождения обожал дочку, трепетно любил маму. Но перед глазами было достаточно примеров среди знакомых, чтобы не обольщаться.

Богдану Дина больше не нужна. И их ребёнок не нужен тоже. Он сделал свой выбор, а ей сказал: «Ты же понимаешь...» Нет, не понимала. Не хотела верить в то, что его чувства к ней прошли, сгинули без следа в то время, как её любовь ещё жила, дышала, билась в крови.

Что она сделала не так? Чем заслужила всё это? Приехала из провинции, но не готова была пробиваться в жизни любым путём. Старалась быть хорошим, порядочным человеком. Училась, работала. Легкомыслием не отличалась, не крутила романов направо и налево, не заводила отношений на одну ночь. Богдан Певунов был её первым и единственным мужчиной.

Этим он её тоже попрекнул, когда расставались. Заявил, что, по его мнению, если бы они поженились, Дина со временем начала бы изменять. Потому что интимного опыта ни с кем, кроме него, не имела, а сравнить бы захотелось. Она даже не нашла, что ему на это ответить. На какое-то время потеряла дар речи, так была ошеломлена его словами.

«От меня не хочешь детей и не любишь моих стихов». Любимая Анна Ахматова. Что-то её сегодня на поэзию потянуло. Стихи – друзья. Стихи – утешители в трудную минуту. Дина и сама когда-то их писала, сохранились старые – ещё со школьной поры – тетрадки. Там и рисунки её остались, иллюстрирующие те давние строчки.

 - А тебя вообще устраивает, что отцом твоего ребёнка будет считаться чужой человек?

 - Вы не худший вариант.

Она как-то называла родителям имя Богдана, но давно о нём ничего не рассказывала. Можно сказать, что с художником рассталась, встретила другого, расписались – когда именно это произошло, говорить необязательно. Теперь ждут ребёнка. Почему не сообщила раньше? Просто не хотела волновать. Да и суеверия всякие. Теперь вот решила поставить в известность, порадовать будущим внуком или внучкой. Обманывать самых близких людей не хочется, но придётся – для их же блага и спокойствия. А ещё можно устроить скромный семейный ужин, вроде как отметить свадьбу.

 - А ваши родители? – спросила Дина. – Они про эту ситуацию знают? Их... вы не включили в число тех, кому желаете сказать правду.

 - Это не твои проблемы, - бросил он. Она закусила губу. Не её, так не её.

 - Можем поехать к нотариусу хоть сейчас. Но точных сроков я пока сказать не могу, простите. И... нужно будет всё заранее обсудить, чтобы нигде не проколоться.

 - Для начала прекрати называть меня на вы и по отчеству... жена.