Глава 7

Я катался по городу. Весь оставшийся день, а потом, заскочив домой, чтобы перекусить и взять карту, снова поехал по улицам, изучая столицу, которую, как оказалось, и Керн знал плохо. Новгород был огромен. Я ехал по улицам и подсознательно пытался предположить, как бы я его захватывал. Получалось, что никак. Здесь не было привычных мне крепостных стен, рвов с плотоядной живностью и массивных ворот. Зато здесь были просто нескончаемые площади. Город тянулся в разные стороны на многие километры, словно мифический спрут раскинул свои чудовищные щупальца. С теми ресурсами, что были у меня в то время, похоже, что я никак не смог бы его захватить. Возможно, мне удалось бы его уничтожить, в моем арсенале есть несколько заклятий, которые гораздо опаснее того же «Ветра тлена». И самое главное, они не прекращают свое разрушительное действие с гибелью призвавшего их мага, наоборот, словно теряя поводок, они несутся вперед, уничтожая все на своем пути, уже не сдерживаемые железной волей чародея. Но и тогда и сейчас я пока был в своем уме, чтобы применить нечто подобное даже в качестве последнего подарка своим врагам. Не потому, что я кого-то из них пожалел, а потому, что эти заклинания не разбирали, где свой, а где чужой, и уничтожило бы и моих подданных, и друзей.

Несмотря на размеры, город был в целом прекрасен: много зеленых скверов и обширных парков, очень много фонтанов. Наличие фонтанов, за которыми ухаживают, воду в чашах и бассейнах которых меняют и обеззараживают – признак благосостояния не просто города, где они находятся, а страны. В стране, где перестают работать фонтаны, где они начинают постепенно разрушаться, что-то не так. Эти фонтаны, как видимое проявление тяжелой болезни, которую незамедлительно нужно лечить.

Было уже темно, когда я остановился у какой-то забегаловки с различной едой на вынос, потому что ужин я благополучно пропустил. Купил картофель фри, который постепенно становился моим любимым блюдом, хотя тот же Вольф всегда ворчал, что это плебейское блюдо, и что ни к чему хорошему его поедание не приведет. К счастью, его бубнеж я слышал нечасто, только тогда, когда он соизволял посетить школьную столовую, а происходило данное событие очень редко.

Пока я ел, раскрыл карту. Убедился, что Ева сидит дома, потом нашел место, где сам расположился, и решительно свернул карту, бросив ее на сиденье. Попробую самостоятельно, без помощи этого куска бумаги, доехать до школы и муниципалитета, ну а потом можно и домой отправиться. И так полночи уже прокатался.

Выехав со стоянки перед забегаловкой, я решительно повернул налево, туда, где по идее должна располагаться школа.

Ночной город сильно отличался от дневного. Повсюду горели огни, огромные иллюзии рекламы, чаще всего в виде полуголых девиц и накачанных мужчин, тоже пребывающих в разной степени раздетости, сбивали с пути, особенно когда приходилось проезжать прямиком сквозь них. Несмотря на то что ночная жизнь в столице била ключом, и народу на улицах было если и меньше, то незначительно, машин на дорогах заметно поубавилось. Именно из-за последнего обстоятельства я и принял решение продолжить свою поездку.

Это здание было обозначено на моей карте как музей развития магии в мире. Оно было трехэтажное, довольно приземистое, выложенное из темно-серого кирпича. Сам не знаю, чем оно привлекло мое внимание. Таких музеев магии и не только магии я уже проехал с десяток, если не больше, и не одно из них не вызвало моего интереса. Но вот это…

Здание стояло на берегу реки Волхов на небольшом пригорке. Основной вход в него был расположен на обращенной к городу стороне. Вокруг этого музея было свободное пространство, словно никто не хотел строиться в непосредственной близости. А улица довольно резко переходила в небольшую площадь, которая вскоре снова сужалась до обычной улицы. Площадь была пустынной и довольно темной. Ни один фонарь не освещал ее. Сейчас мрак развеивали лишь фары моей машины.

Я притормозил, не в силах оторвать взгляд от этих серых камней. По непонятной мне самому причине меня влекло к ним, даже не к ним, а туда внутрь, возможно даже не в основные помещения, а куда-нибудь ниже, в подземелье. Словно оттуда веяло что-то неуловимо знакомое, и это что-то тянуло меня, буквально гипнотизируя.

Тряхнув головой, прогоняя наваждение, я дал по газам, чтобы побыстрее убраться с этой площади, подальше от проклятого дворца. Уж в этом деле я прекрасно отдаю себе отчет, что подобные призывы, обычно для услышавших их и поддавшихся зову, ничем хорошим не оканчиваются. В хорошее место не надо заманивать, люди и сами с удовольствием его посетят.

Все еще частично находясь под воздействием этой неведомой, но такой знакомой силы, я гнал по улицам, практически не разбирая, куда еду. Вскоре освещенность стала куда меньше, а на улицах начали появляться разные весьма подозрительные типы.

– Все демоны бездны, – выругался я, осматриваясь по сторонам и пытаясь сообразить, куда я заехал. Найдя на каком-то доме название улицы – улица им. Клариссы Морозовой, я понял, что, похоже, заблудился. Потому что, когда я разглядывал карту, то совершенно точно не запомнил такой улицы. А если судить по внешнему виду, я заехал в какие-то жуткие трущобы.

Чтобы хоть немного успокоить разогнавшееся сердце, я решил остановиться возле одиноко горящего фонаря, свет которого я увидел издалека, на то этот фонарь и был единственным. Правда светил он немного тускловатым красным светом, зато стало заметно, что, как только я вырулил в направлении этого фонаря, движение на дороге заметно возросло, что лично меня немного порадовало.

Подъехав к фонарю поближе, я увидел, как машины останавливаются, из них выходят мужчины, многие из которых были более чем респектабельные, после чего машины уезжали на расположенную неподалеку парковку. Когда же я приблизился еще ближе, то понял, что каким-то невероятным образом сумел вырулить к довольно приличному борделю. Про то, что бордель приличный, говорил внешний вид клиентов, а также тот факт, что рекламой служила красная иллюзия, которую я не заметил сначала в свете фонаря. На иллюзии довольно привлекательная девушка с очень даже выдающимися достоинствами танцевала вокруг шеста. Шлюхи не зазывали клиентов, они прекрасно знали, что те к ним и так табунами валят.

Я проехал мимо фонаря и припарковался у тротуара неподалеку, чтобы не перегораживать путь спешащих насладиться женским обществом мужчин. Света здесь было маловато, и я включил салонный. Подумав, приоткрыл окно, потому что мне внезапно стало душно. После этого открыл карту, чтобы понять, где я все-таки нахожусь и как отсюда выбраться. Похоже, что на сегодня с поездками пора завязывать и ехать отсюда прямиком домой.

– Эй, красавчик, развлечемся?

От неожиданности я едва не уронил карту. Повернувшись, увидел возле открытого окна ярко размалеванную девицу, которая наклонилась так, что ее грудь, довольно неплохая, надо сказать, едва не ворвалась ко мне в окно.

– В другой раз, детка, – я оскалился, не отказав себе в удовольствии полюбоваться полуголым телом.

Когда она, покачивая бедрами, отошла в сторону, я лишь покачал головой. На улице было довольно холодно, когда она говорила, то у нее изо рта шел пар, и все равно девица была больше раздета, чем одета. Проследив за ней взглядом, я увидел, что возле стены стоят еще несколько девушек. Понятно, они не настолько дорогие, для того чтобы работать в борделе, вот и приходится на улице ловить возможность заработать, среди не столь состоятельных мужиков, как те, которые в это время развлекаются совсем близко от них с девочками, которым повезло в жизни чуть больше, хотя везение такое себе, довольно относительное.

Открыв, наконец, карту, я принялся искать эту улицу какой-то неизвестной мне Клариссы Морозовой, надеюсь, что она не была, учитывая специфику улицы, основательницей того веселого заведения. Искать пришлось довольно долго, и, когда я все же увидел знакомое название, то выдохнул с облегчением и уже хотел начать прокладывать путь домой, как вдруг замер. Совсем недалеко от того места, где я находился, мелькнула кроваво-красная линия. Быстро проверив, я быстро определил, что Ева вышла сегодня ночью из дома впервые, и теперь находилась на соседней улице, при этом линия двигалась, значит, моя медсестричка не стояла на месте, а куда-то целенаправленно шагала.

Я рванул с места так, что взвизгнули шины, под недоуменными взглядами проституток. Возле поворота, ведущего на ту самую улицу, по которой двигалась Ева, я притормозил, затем очень аккуратно выехал из проулка. Рыжую я увидел сразу. Она шла пешком, периодически поглядывая на бумажку, на которой был написан, по всей видимости, адрес. Чтобы не привлечь ее внимания, я довольно быстро проехал мимо, тем более что она остановилась у одного из домов, сверила адрес с тем, что был написан на бумажке, и решительно шагнула к входной двери. Эта часть улицы хорошо освещалась фонарями, что было довольно странно, по правде сказать. Я же заглушил машину, выключил фары и припарковался чуть подальше от дома, куда вошла Ева. Теперь оставалось решить, ждать, когда она выйдет и проследить за ней до дома, но тогда есть большая вероятность, что она меня заметит, и придется действовать без подготовки, а оттого грубо. Вторым вариантом было нанести визит тому, с кем пришла, проделав большой путь, встретиться Ева. Вот только дом многоквартирный, и найти нужную мне квартиру – это надо будет постараться. А начни я всерьез искать, то мог бы вспугнуть ублюдка, и тогда они бы все залегли на дно, и искать их можно было бы только, если бы где-нибудь применили бы ту дрянь, которую в меня пытались влить.

Так ничего и не придумав, я решил поехать домой, чтобы завтра на свежую голову выяснить, кто живет по тому адресу, и сколько квартир сдается в аренду. Приняв окончательное решение, я потянулся к ключу, чтобы завести машину, как вдруг…

– Слышь, приятель, медленно клешню от ключа убрал и вышел из тачки.

Я повернул голову в сторону приоткрытого окна. Первое, что я увидел, это смотрящие на меня два темных провала древнего обреза. Хм, а вот это уже интересно. Оторвав взгляд от стволов, я перевел его на парня, который в меня целился. Его лицо было закрыто лыжной маской, и разглядеть бандита не представлялось возможным. Вот только мне совершенно не хотелось его разглядывать.

– Ты чё, глухой? Давай выходи из тачки, пока мозги на месте находятся, в черепушке.

– Я выхожу, не торопи меня, все-таки меня не каждый день так нагло грабят, я даже слегка разволновался, – и я поднял руки вверх, продемонстрировав их бандиту. Я был абсолютно уверен, что он все равно пальнет, как только я окажусь на улице. Сейчас же он не стреляет только потому, что не хочет испачкать довольно светлый салон новенькой машины, так как это сразу же существенно снизит ее стоимость. – Мне надо руки отпустить, чтобы отстегнуться и дверь открыть, – спокойно произнес я, просчитывая на ходу варианты.

– Давай, только без глупостей, – и он немного отступил от машины, продолжая держать меня на мушке.

Я не боялся этого козла. Как бы это ни звучало самоуверенно, но я прекрасно знал, что справлюсь с ним. Тем более что мне не нужно было проявлять осторожность, стараясь не убивать его, и лишая себя таким способом множества преимуществ. Другое дело, что я сам хотел сохранить ему жизнь. Во всяком случае, пока. Одной рукой я начал открывать дверь, а во второй в это время складывал заклятье. Вылезал я из машины очень медленно, про себя просчитывая малейшие нюансы собственного плана. Когда я уже стоял на улице, бандит махнул обрезом в сторону от машины.

– Давай туда, живо, – прошипел он.

– Как скажешь, ты главный, – ему в тон ответил я, сделал шаг в сторону, а на самом деле принимая атакующую позу.

– Я же сказал, без глупостей, ублю…

И тут я выкинул руку вперед. Водная плеть обхватила его за горло и сильно сдавила, резко лишая кислорода. Он захрипел и выпустил из рук обрез, пытаясь двумя руками оторвать от себя душащую его удавку. Я же, надавив еще сильнее, просто подошел и пнул его под колени, отчего бандит упал и едва не задушил сам себя, но я был начеку и немного ослабил давление на шею.

Я подошел поближе к сучащему ногами козлу и подобрал обрез, потом рывком стянул с него маску. Под маской оказался парень не старше меня самого. Отбросив маску, я подобрал с земли обрез, проверил наличие в стволах патронов, взвел курки и приставил обрез прямо к сердцу парня, надавив ему стволами на грудь. И только после этого убрал плеть.

– Не дергайся, это в твоих же интересах, – скучающим тоном проговорил я, одновременно с этим снова обращаясь к дару воды и воспроизводя довольно мерзкое заклятье, которое уже давно натренировался делать по совету безликих, приспосабливая то, что я когда-то знал, к моим теперешним возможностям. – Открой рот, – произнес я, держа за хвост извивающуюся водную сколопендру.

Бандит отчаянно замычал и замотал головой. Я только раздраженно цыкнул, отложил в сторону обрез, предварительно опустив курки, присел, а затем резко придавил его к земле коленом. Он попытался оттолкнуть меня, пытался махать руками, то ли ударить хотел, то ли вырваться, то ли сделать так, чтобы его услышали приятели, которые должны были быть здесь неподалеку, а может быть, он хотел достать нож, торчащий из кармана.

– Я же сказал, не дергайся, – схватив его рукой, затянутой в перчатку, за подбородок, я зафиксировал его голову, одновременно нажимая на точку под нижней губой. Он рефлекторно открыл рот, и водная тварь принялась пропихиваться к нему в глотку. Пару раз он едва не блеванул, но я держал крепко, и сколопендра в итоге оказалась в том месте, куда стремилась попасть. После этого я поднялся на ноги, снова подбирая обрез.

– Что ты со мной сделал, сука! – он попытался вскочить, но я повел рукой, и он снова упал на землю, хватаясь за горло.

– Я всего лишь обезопасил себя, – я отпустил его и вытащил из обреза патроны, сунул их в карман куртки, которую предпочел надеть вместо элегантного пальто. – Патроны, – я протянул руку и требовательно посмотрел на даже не пытающегося подняться с земли бандита. – Живо! И не говори мне, что у тебя только два и ты вышел пограбить честных граждан, надеясь на удачу.

Он медленно протянул руку к своему карману, и, вместо того чтобы достать патроны, выхватил нож.

– Порешу, ублю…

Я скучающе повел рукой, и он снова схватился за горло.

– Ты что, настолько тупой, что не понимаешь одну простую истину: сейчас, если я захочу, то ты умрешь, и поверь, смерть твоя не будет легкой.

– На теле попадешься, – прохрипел бандюган, глядя на меня с ненавистью.

– Вот еще, – я фыркнул и отпустил его. Он упал, держась за горло и глядя куда-то вверх бессмысленным взглядом. – Я же некромант, придурок. Поставлю задачу пойти и закопаться на ближайшем кладбище, ты пойдешь и закопаешься. Делов-то, – я пожал плечами и снова протянул руку. – Патроны, живо.

На этот раз он выгреб из кармана все, что там находилось, не только патроны, но и свой кошелек. В нем лежало удостоверение водителя, из которого я узнал, что это чучело звали Олег Рыжов.

– Что тебе от меня надо? – обреченно спросил меня Рыжов.

– Да что с тебя взять, – я презрительно осмотрел его с ног до головы. – Хотя… Ты ведь живешь где-то неподалеку? – Он осторожно кивнул. – Видел рыжую симпатичную девушку, она вон в тот дом прошмыгнула?

– А что, подруга рога наставляет?

– Не твое дело, дорогуша, – промурлыкал я. – Еще одно слово не по существу, и я сделаю тебе очень больно. Так ты видел девушку? – На этот раз он ограничился кивком. – Отлично. Значит так, вот что мне от тебя надо: ты должен очень осторожно выяснить, куда именно она заходила, точнее, к кому. Это посильная задача для такого дебила, как ты? – Он снова осторожно кивнул. – Ну вот, видишь, мы с тобой уже почти подружились. Я буду приезжать вот прямо сюда раз в три дня, и ты будешь мне докладывать новости про интересующих меня людей. И не вздумай врать. Сколопендра чует ложь и запросто решит тебя проучить и без моего участия. – Я сел в машину и бросил обрез на пассажирское сиденье. – Бывай, осваивай нелегкую работу шпиона. Да, так как я лишаю тебя основного заработка, то даже немного возмещу ущерб, вызванный простоем в преступной деятельности, – выбросив из окна его бумажник, я поехал, наконец, домой, отсыпаться.