Глава 19

Жуткие перепады настроения продолжались еще в течение шести дней, во время которых я однажды наорал на масло, которое плохо мазалось на хлеб, и сжег рубашку, сорвав ее с себя и швырнув на пол, потому что она не хотела застегиваться. В эти дни меня больше не отпускали в школу одного. Отвозил и привозил домой меня Назар Борисович. К тому же он ждал все то время, когда мною занимался Карпов. После происшествия в столовой мы определились, что занятия будут проходить только до обеда, но по плотному графику.

Не могу сказать, как он это делал, но за шесть дней наставнику удалось привести меня в подобие нормы. Все нити огненного дара заняли наконец-то полагающееся им место, а мозги начали работать более рационально. Любой приступ ярости я вполне мог контролировать. На седьмой день меня выпустили, наконец, одного, и Карпов удовлетворительно кивнул.

– Ну что же, самое сложное позади. Теперь отдыхай до конца недели. Пускай дар успокоится и примет соседство других. С понедельника начнем разучивать заклинания.

Таким образом я внезапно оказался совершенно не занятым в этот и во все последующие дни. Которых, учитывая, что неделя только началась, у меня было в избытке.

Выйдя из школы, я сел в машину и посмотрел в зеркало заднего вида, в котором отразились мои глаза. Я прислушался к своим ощущениям. Впервые с момента моего воскрешения я чувствовал себя цельным. Словно мне, наконец, вернули то, чего я был долгое время лишен. Я почувствовал себя тем, кем был раньше, и понял, что это чувство мне чертовски нравится. Снова посмотрев в зеркало, я подмигнул.

– Здорово, дружище Зелон, давно не виделись, – произнеся это, я не выдержал и рассмеялся.

После этого завел машину и, пока она приходила в рабочее состояние, начал обдумывать свои дальнейшие действия. Что-то явно происходило. Во время моего психоза я не мог не отмечать, что дед ходит все более загруженным, чем обычно. Учитывая то, что он тоже маг огня, чтобы не наделать дел, он со мной старался не пересекаться, но что-то его явно тревожило. Обдумывая это, я открыл карту, в которую не заглядывал все это время. Просто, чтобы не наделать глупостей.

Судя по расположению линий, Ева даже в магазин стала выходить редко. Она постоянно находилась дома, и это тоже было не совсем нормально.

К тому же меня не оставляло желание узнать, кто же в поезде изображал Анну. Мой прибор пока не вернули. Чудо-ученые зависли с какой-то проблемой, которую никак не могли решить. Об этом мне сообщил Назар Борисович, который, не споря, съездил в лаборатории, чтобы узнать, как обстоят дела. Даже Паразит ко мне в эти дни не подходил, чтобы не нарываться на конфликт. Чрезвычайно умное животное, иногда это даже немного пугает.

Немного подумав, я решил, что Евой займусь завтра. Тянуть уже было нельзя. К тому же нервозность деда вполне могла быть связана с тем, что он не может найти того типа, который спер ключ. Так что завтрашний день я посвящу Еве и, если успею, тому уроду, который так нас подставил.

Ну а сегодня можно попробовать разобраться с запахами духов, похожих на духи Анны, но, как оказывается, только похожих. А для этого мне нужны розы и тот, кто в них разбирается.

Цветочная лавка на моей любимой улице с борделем и шлюхами вдоль дороги была представлена в единственном числе. Ну, это вполне логично. Вряд ли в таком районе парни часто балуют своих пассий, даря им цветы. Скорее всего, вся продукция шла на удовлетворение нужд борделя. Кто бы что ни говорил, а цветы там нужны. Они всегда придают особую атмосферу, так же, как и свечи.

Парковки перед маленьким магазинчиком не было. Пришлось бросать машину прямо на проезжей части, максимально прижавшись к тротуару.

Когда я вошел в лавку, мелодично звякнул колокольчик, извещая хозяев о том, что пришел клиент.

– Доброго дня, господин, – мне навстречу выпорхнула симпатичная женщина. Миниатюрная и вовсе не выглядевшая матерью такого здорового лба, которым являлся Олежек. – Вы хотите сделать сюрприз своей девушке? У нас вы найдете все, что поможет растопить любое сердечко.

– А что вы могли бы мне предложить? – я улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой.

Она улыбнулась в ответ и уже хотела ответить, как из глубины лавки раздался голос.

– Мам, куда эти крокусы ставить? – и в основное помещение ввалился Рыжов. Увидев меня, он чуть не выронил ящик, заполненный цветами. – Что ты тут делаешь? – наконец, спросил он.

– Зашел за цветами, а ты что подумал? – я перестал улыбаться и смотрел на него, слегка наклонив голову набок. – Меня интересуют розы. Ты говорил, что они имеют разные запахи.

– Это не я говорил, а твоя подружка, – Рыжов пожал плечами, а его мать смотрела на нас, недоуменно хлопая глазами. – Но да, они все пахнут по-разному. Да, насчет подружки, ты что, не мог получше найти? Даже та, рыжая, поэффектнее будет.

– Не твое собачье дело, кого я хочу видеть возле себя, – прервал я его размышления. – Меня все еще интересуют розы. Точнее, их запах. Покажи мне.

– Мам, где у нас кофе? – Рыжов поставил ящик, который все еще держал в руках, на пол.

Я же теперь недоумевал, а как я вообще запахи различу, если в лавке стоит такой интенсивный запах цветов, что я вообще уже ничего не чувствую. Женщина же махнула куда-то в сторону рукой, но бандюган, оказавшийся таким хорошим сыном, прекрасно понял, что она имеет в виду.

– Тебе лучше выйти. В машину садись, а я выберу розы и притащу тебе. Не знаю, зачем тебе это нужно, но помогу чем смогу.

– Я отнял у вас время и хочу его компенсировать. Прошу вас собрать мне самый роскошный букет, который только возможен, и самый дорогой. Как только Олег мне все расскажет, о чем я хочу узнать, я его заберу. Если не моей девушке, то моей матери он точно понравится, я просто уверен в этом.

И женщина мило покраснела и, кивнув, направилась к полкам, на которых стояли ящики с самыми различными цветами.

Сев в машину, я ее завел, потому что уже успел оценить, что снег это не просто красиво, но еще и очень холодно.

Вскоре появился Рыжов с охапкой роз. Сев машину рядом со мной, он прежде всего протянул мне маленькую чашечку, заполненную зернами кофе.

– На, нюхни, и после каждого цветка нюхай, иначе ни хрена ты не почувствуешь.

Я пожал плечами и последовал его совету. Пока я наслаждался приятным запахом кофейных зерен, Рыжов вытащил из своей охапки первую розу.

– Сказать, что букет предназначается матери, вообще беспроигрышный вариант, – сообщил он. – Мать сейчас пытается сама себя превзойти, чтобы просто императорский букет составить.

– Я не обманывал твою мать, если букет некому будет сегодня подарить, я отвезу его домой к матери, – отставив чашечку, требовательно протянул руку. – Розу.

– Твоя любимая «Дезире», – хмыкнул Рыжов, протягивая мне цветок.

Я поднес ее к носу и втянул носом тонкий аромат, прикрыв при этом глаза.

Дальнейшее превратилось для меня в непрерывный марафон так похожих друг на друга запахов, но действительно различающихся. Все это шло вперемешку с запахом кофе, и вскоре у меня закружилась голова и появилось стойкое ощущение, что запах роз поселился в носу навечно, и что его уже ничто не перебьет. Глаза я уже не открывал, Рыжов вкладывал мне очередной цветок прямо в руку.

Когда я втянул очередной аромат и тут же хотел протянуть розу обратно, мой мозг активизировался и заставил распахнуть глаза. Аромат показался мне знакомым, и именно это заставило меня сесть прямо. Роза была ослепительно-белой. Она была прекрасна, это смог оценить даже я.

– Дай мне «Дезире», – потребовал я у Рыжова.

Он тут же протянул мне цветок.

Через пару минут, во время которых я сравнивал ароматы, в голове сложилась вполне внятная картинка. Ароматы этих двух роз были похожи, но все же отличались. «Дезире» была более терпкой, более насыщенной, а белая роза более нежной, но оставляющая за собой неповторимый шлейф.

– Как она называется? – протянув оба цветка Рыжову, я вдохнул запах кофе в последний раз и отдал ему чашечку.

– «Снежная королева», – он с любопытством посмотрел на меня. – Ты нашел то, что искал?

– Похоже на то, – я кивнул. – Пошли, я хочу забрать свой букет.

Букет был действительно роскошным. И самое главное, в нем практически не было украшений, только естественная красота цветов.

– Вот, я завернула их в зачарованную обертку, чтобы они не замерзли, – на мой удивленный взгляд она вздохнула и ответила: – Я держу несколько таких для состоятельных клиентов. Они порой забегают, чтобы купить букет, в основном для жен.

Понятно. Мужики, развлекаясь всю ночь, к утру начинают чувствовать угрызения совести и хотят таким образом заставить ее заткнуться. Только сдается мне, делают они только хуже.

Мягко забрав у милой женщины прибор оплаты, я накинул немного и только после этого расплатился.

– Ну что вы, зачем? – она снова слабо улыбнулась.

– Ваш сын мне сегодня очень помог, а я всегда вознаграждаю за хорошую работу, – забрав букет, я вышел из лавки и, сев в машину и положив букет рядом, поехал сам не зная куда.

«Снежную королеву» использует в своих духах Светлана Снежина. Запах духов именно с этой розой был у девицы в купе. После того, как она ушла, еще долго я ощущал легкий шлейф этого нежного аромата. Снежины владеют иллюзией – это их семейный дар. А еще их не пригласили на свадьбу года по какой-то смехотворной причине.

Все демоны бездны, я хлопнул ладонями по рулю. Неужели разгадка была у меня под носом, но я ее не замечал? Да уж, похоже, что во мне действительно чего-то не хватало.

Но я не могу просто взять и обвинить ее. Я должен убедиться. Если мне к концу недели не отдадут этот проклятый предмет, то я просто заберу его у них. Потом отдам, когда буду точно знать.

Притормозив, я решил оглядеться, чтобы понять, куда меня занесло. Прямо напротив возвышалось огромное серое здание музея. А на площади традиционно была только одна машина – моя. Да что за наваждение, почему меня сюда так тянет постоянно? Надо бы узнать историю его появления, может быть, в ней кроется ответ.

Быстро темнело, и я уже хотел ехать домой, но тут тренькнул мой дневник. Посмотрев на дисплей, я увидел, что пришло сообщение от Ведьмы, в котором она назначает мне урок на учебном кладбище через час. В сообщении также говорилось, что можно приходить без зонтика. Хм, а это уже интересно.

Перед кладбищем на лавочке сидела, как нахохлившийся воробей на ветке, Ира.

– Похоже, что тебя снова не пустили, – я опустился рядом с ней и поморщился, ощутив холод даже через плотную ткань брюк.

– Нет, не пустили, – она не поднимала на меня взгляда, рассматривая собственные ладони. – Я не знала, когда у вас будет урок, и приезжала сюда каждый вечер.

– Зачем? Ты же знала, что так и будет. – Она кивнула, продолжая разглядывать ладони.

– Знала, но думала, а вдруг?..

– Как у тебя дела? Мы давно не виделись.

Я ничем не мог ей помочь в этой идиотской ситуации. Если только насильно к целителю отволочь, ну, или как вариант – соблазнить. Вот только сможем ли мы после этого общаться? А ведь я привык к ней, как ни крути.

– Плохо, – просто ответила она, не вдаваясь в подробности. – Я ушла пока из дома. Снимаю квартиру в городе. Папа машину каждое утро присылает, деньги у меня есть. Как-то справляюсь.

– Бред какой-то, – я взлохматил волосы. – Ну прими ты уже какое-то решение.

– Я уже приняла, – она подняла голову и серьезно посмотрела на меня. – Иди, а то опоздаешь. Хотя Марго в хорошем настроении, я даже подумала, что она меня пустит, но нет, ошиблась.

Я покачал головой и пошел узнавать последние новости с полей. А ни для чего другого меня без зонтика вызвать не должны были.

В общем, я не ошибся. Марго недавно вернулась и ей не терпелось рассказать мне, как все прошло.

– Случайно открытый тобой метод работает, – даже без приветствия выдала она. Когда я подошел, она стояла, прислонившись к двери склепа. – Конечно, это не панацея, к тому же желательно рэйфов, перед тем как головы им отрубать, обездвиживать. Вот в этом и кроется небольшая загвоздка. Старые и сильные твари игнорируют любые обездвиживающие заклятья. Мы вскрыли три кургана. В третьем погибло четыре человека, но место стало безопасным, – она вздохнула.

Я же только плечами пожал. А я тут при чем? Учитесь фехтовать, мать вашу. Для меня, например, этот старый рэйф не был бы проблемой, потому что с возрастом они двигаются медленнее. Молодые более шустрые, и их гораздо труднее одолеть в бою.

– Я рад за тебя. Но я все же рассчитываю на то, что меня будут продолжать обучать, – я весьма красноречиво посмотрел на склеп.

– Здесь мне нечему тебя учить, и поверь, это не кумовство. А следующий блок на специальном полигоне после Нового года. Так что я ухожу в краткий отпуск для написания статьи и патентования способа избавления от рэйфов. Кстати, ты идешь в моих соавторах, поэтому какая-нибудь копеечка с патентов тебе тоже будет причитаться.

– Так, стоп, а Лейманова? – я нахмурился, почувствовав, как во мне начало шевелиться раздражение.

– Ты думаешь, что эта кукла на что-то решится до императорского бала? – фыркнула Ведьма. – Ну, если ты так уверен, то вот, – и она мне протянула уже подготовленную бумагу. – Это твое разрешение на обучение по программе первого семестра таких вот нерешительных. Можешь даже рискнуть и поучить ее вот так. Адреналину опять же получите, во, – и она провела по горлу ладонью. – Ты получил отлично, к тому же являешься соавтором авторского метода уничтожения нежити, так что имеешь право.

Вот же… ведьма.

– А если бы я не спросил? – я забрал разрешение, решив, что просто назначу девчонке встречу через дневник, и попробуем нервы пощекотать.

– Тогда я бы в тебе разочаровалась, – пожала плечами Марго. – Ладно, холодно тут. Это ты ночью бегать будешь по кладбищу от озверевших зомбаков. Они тебя согреют, будь уверен. Зато будешь в форме. – И она, рассмеявшись, пошла к выходу.

Я не отказал себе в удовольствии полюбоваться ее совершенно потрясающим тылом, затем, тряхнув головой, последовал следом за этой стервочкой.

На скамейке перед входом сидела замерзшая Ирина.

– Ты что, с ума сошла? – я огляделся по сторонам, но не обнаружил ее машины. – Твой водила что, уехал, бросив тебя здесь одну?

– Я его отпустила, – она обхватила себя руками за плечи.

– Так, давай быстро в машину, – приказал я девушке, сдергивая ее со скамьи. – Или у тебя тут свидание? Тогда подождем твоего приятеля в тепле, потом я ему начищу рыло, чтобы не опаздывал, ну а потом уже ты его заберешь и будешь залечивать раны.

– Никого я не жду, – вяло отмахнулась она. – Мне не хотелось домой, не могла же я держать Стаса со мной все это время?

– Вообще-то, находиться рядом с тобой – это его работа. Ему твой отец за это деньги платит. Ты будешь идти, или мне тащить тебя? – я почувствовал, что начинаю злиться. У меня предсказуемо потеплели руки, а нити огня слегка завибрировали.

– Костя, прекрати. Не надо меня никуда тащить, – Ира вырвалась и очень прямо направилась к машине. – Тут какой-то сверток лежит.

Я совсем забыл про букет.

– Это тебе, бери, – я обошел машину и сел за руль.

– Мне? – она недоверчиво подняла букет.

– Так получилась, что ты оказалась первой из двух претенденток на этот букет, так что он по праву твой.

– Первой? А кто вторая? – ее голос звучал безжизненно.

– Моя мать. – Она наконец-то села, положив сверток на колени. – Куда тебя отвезти?

Она назвала адрес, и я чуть на тормоз не нажал. Ирина умудрилась снять квартиру в доме, где жила Ева.

– В районе получше квартиры не сдают? – я сжал зубы и сделал вдох и выдох, чтобы успокоиться.

– Это я настояла. В таких районах чего только не случается, и мои… хм… – она не договорила, но я и так понял, что она хотела сказать. В не самом престижном районе города всех ее гостей и другие выбросы могут посчитать чем-то вроде бандитских разборок, и репутация ее клана не пострадает. – Костя, мне надо с тобой поговорить, – я покосился на нее. А что мы сейчас делаем?

– Хорошо, давай поговорим, – я пожал плечами, сворачивая на улицу, ведущую к ее временному дому.