Глава 13.

Обручалки мы покупаем тоже самые простые. Насчет этой традиции я в целом не против. Да, я современная женщина, медик и всегда интересовалась психологией. Но какая-то часть меня хочет, чтобы красавчик Смолянин был окольцован. Он больше не холостяк!

Дети помогают нам нарушать шаблоны. Вместо ресторана или теплой страны, после загса мы мчимся к ним. Я скорее переодеваюсь и кормлю. Ками со мной в комнате, прибирается на детском комоде.

- Еще раз поздравляю Инн. У вас лучшая семья!

Девушка мило улыбается. Но глаза снова напряженные. Ух, мне не хочется, но придется звонить Кире? Может, она через Артема знает какую-то информацию.

Для начала сделаю еще одну попытку достучаться до сестренки самой. Только мои карапузы наедятся.

Мэт в кабинете, сидит в сети. Мы с Ками спустились в гостиную. По логике мне пора отпустить девушку.

- Мы не отмечаем… - пожимаю плечами. - Позже как-нибудь обязательно сходим в ресторан. Ты, Тёма, Волковы.

Замечаю, как метнулся темный взгляд.

- Н-нет, ничего не надо! То есть… Вы, конечно, можете пойти. А мне некогда.

Хмурюсь.

- Завал на учебе? Мы же договорились, что ты сразу говоришь, и я не дергаю тебя в такие моменты.

Камилла крутит головой.

- Посидеть с малышами у меня есть время! Просто с Тёмой мы больше не встречаемся. Не нужно.

У меня нет привычки лезть в чью-то личную жизнь. Хоть эта парочка казалась мне такой милой! Артем - сын бизнесмена Волкова. Очень воспитанный, самостоятельный и просто хороший парень. С детства в хореографии, спортивен, хочет открыть свою танцевальную школу. И наша старательная искренняя Ками, которая учится на ветеринара. Предвзятости насчет ее сиротства у семьи Волковых точно не было!

- Вы просто поссорились или решили расстаться? Может, успеете помириться?

- Мы не ссорились… Но не нужно. Пусть Артем живет спокойно.

Никогда не слышала, чтобы ее голос звучал с такой безысходностью и грустью.

- Не могу поверить, что Тёма тебя обидел! - не выдерживаю.

Я наблюдала их всю свою беременность. Ребята мне помогали. Артем всегда так бережно обращался с Камиллой. Если и подшучивал, то строго по-доброму. А уж в серьезных вещах… Что-то здесь не так.

- У тебя проблемы? - спрашиваю прямо этого молчаливого воробья.

- Все хорошо.

Ух, знаю я эти стены. Сама такие строила в детстве и юности. Когда думаешь, тебе никто не поможет и не поймет.

- Я позвоню водителю. Он отвезет и проводит тебя.

Решаю пока постоянно быть с девушкой на связи. И поговорить нужно пока для начала с Матвеем. А то, боюсь, Волковы поднимут панику и только спугнут. А Мэт может поговорить с Артемом аккуратно. Он его дядя, но между ними всего девять лет разницы.

Муж выслушивает меня вечером, покачивая на руках сына.

- Ты решила нырнуть в подростковые проблемы? Потренироваться? - он хмыкает.

Я удобнее беру Богдану. Малышка причмокивает.

- Тренировка будет для тебя, - усмехаюсь, - Артем - твой родственник, плюс, вы оба мужчины.

- В разговорах по душам я не силен.

- Не скромничай, - отбиваю его попытку, - ты умеешь и говорить, и слушать, и проявить такт. Наверное, это побочный эффект высокого интеллекта.

- Чего?!

Мы оба прыскаем от смеха. Дана недовольно кряхтит.

- Мэт, я верю, ты сможешь осторожно узнать, не случилось ли там чего плохого. Если просто разбежались - ну что ж, мы лезть не будем. Но вдруг там неприятности? Ками как будто ограждает парня от чего-то.

- А с ней поговорить?

Морщусь.

- Она закрыта на сто замков. Тут непросто. Поверь, я знаю эти состояния.

Несу свою малышку на руках в кроватку и думаю, какое счастье, что у моих детей есть семья.

- Я сделаю, как скажешь, - сдается Мэт, - только давай уже немного расслабимся. Мы сегодня поженились.

- Прекрасно об этом помню.

Поднимаю лицо навстречу супругу, встречаюсь с ним губами. Он нежно ласкает сначала одну, потом скользит по второй. Не выдерживаю и охватываю его, углубляясь. Живот наливается нетерпеливым теплом. А у нас ведь первая брачная ночь…

- Медовый месяц мы еще наверстаем, - хрипло обещает Матвей.

Сегодня мужчина ни на что не надеется. А меня охватывает дрожь. Еще и чувствую его желание, прижавшись.

- Идем ужинать.

Мэт отрывает меня от себя. Улыбается с напряжением. Берет за руку и ведет за собой.

В гостиной на столике у дивана муж накрыл ужин. Мы заказали корзиночки из сыра с морепродуктами, овощами, индейкой. В бокалах морс. Холодный и довольно легкий ужин. Но сейчас я не хочу даже его… Впрочем, послушно иду с Матвеем на диван.

Мужчина двигает мне напиток. Кивает на тарелки.

- Бери, что хочешь.

Улыбается. Но это проходит от моей фразы.

- Хочу тебя.

Зрачки напротив делаются шире.

- Мы ведь пока не можем.

- Если осторожно… Только давай выключим верхний свет.

Мы остаемся в полумраке. Но я хорошо вижу очертания мышц мужчины, когда расстегиваю пуговицы на его рубашке. Кажется, только оказавшись без нее, он понимает, что к чему.

- Инна…

Твердый пресс дрожит под моими пальцами. Сильные руки опускаются мне на колени, двигают к себе. Чуть не заваливаюсь на спину, но он вовремя ловит. Запускает ладони под пижамную шелковую кофту к позвоночнику. Пробегается пальцами вверх. Тело скалывают мурашки. Одной рукой Мэт держит меня. Второй проводит ниже по шелку от ключиц. Наверняка чувствует твердую горошину. Она такая же, как моя уверенность в нужности происходящего. Судорожно вдыхаю.

- Инна…

- Ты повторяешься, - ловлю его взгляд и улыбаюсь.

Он отвечает, но глаза затянуты дымкой.

- Потому что мне нравится.

Мужчина доходит пальцами до пуговиц пижамной блузки. Скоро я начинаю понимать, что нравится ему не только мое имя. Мое сердце замирает. Ведь Мэт осторожно и в то же время уверенно обнажает. Накатывает смущение, как будто мне не за двадцать пять, и я не была в браке. Может, потому что я после родов. Может, потому что мы слишком долго шли к этому "второму свиданию".

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Он исследует меня губами. В промежутках с поцелуями пропускает тяжелые вожделенные вздохи. От этих низких звуков у меня идет кругом голова. Забываю про все тревожные мысли. Невозможно стесняться, когда мужчина так кайфует только потому, что добрался до тебя.

Мне тоже безумно приятно его чувствовать. От каждого прикосновения потряхивает. Впиваюсь пальцами в его мышцы. Да, они стали еще тверже после командировки. Плавящаяся сталь под моими руками.

- Мы точно можем?.. - Мэт наваливается на меня.

В его желании нет сомнений. Он просто боится навредить. Я прикрываю глаза в безмолвном - да.

Мы оба на грани. Не можем сдержать вскрика, когда, наконец, становимся ближе. Мэт полностью рулит, нежно двигаясь внутри. Нам и не нужна сейчас жесткость. Мне кажется, можно было бы вообще ничего не делать. Только мы соединились, как накатила сладкая волна.

Нега выбила из меня дыхание. Это удовольствие было ни на что не похоже. Сильное, чистое, заставляющее забыть обо всем. Наверное, так бывает, когда близость настолько естественна. Когда ты не сомневаешься вообще ни в чем.

Матвей дернулся сверху. Жду, что мужчина опустится рядом, но он еще долго не покидает меня. Пытается отдышаться. Целует лицо, губы, шею.

- Я люблю тебя, Инна.

Сглатываю.

- Я тоже тебя люблю.

- Все хорошо? - он улыбается.

- Да, - прикрываю веки.

На них тут же устремляется жар мужских губ. Мы все еще единое целое, и это одно из самых прекрасных чувств.

Радионяня напоминает, что в нашей жизни есть еще кое-что чудесное. Вернее, кое-кто.

- Это Богдана или Матвей? - хрипло смеется мне в ухо муж.

- Кажется, дочка. Но брат скоро поддержит ее, не волнуйся.

- Я так счастлив, не представляешь. Все из-за тебя.

- Из-за?! - удивленно поднимаю брови.

- Благодаря… Черт, сейчас мне не до слов.

Матвей

Несколько минут назад я понял, что очутился в самой правильной для себя точке. Я задохнулся от наслаждения. Это было так ошеломительно хорошо. А я ведь думал, что в жизни уже любил. Весь прошлый опыт сейчас кажется чушью.

С неохотой покидаю нежное пристанище. Инна что-то бормочет про свою фигуру после родов. Лень даже спорить. Рад только, что она не замыкается в себе.

В моем распоряжении может оказаться сотня самых разных тел. И ни одно не даст такой эйфории. Но как это объяснить, если пока я сам всего лишь ошарашен?.. Так что просто целую в висок и говорю обычный комплимент. Глазки любимой вроде наполняются блеском, а дальше нас кружит забота о детях.

***

Двойня - это два крика, два прожорливых рта, два подгузника. И хотя я не знаю, как бывает с одним малышом, уверен - у нас хлопот вдвое больше. Неправдой было бы сказать, что все они только в радость.

Зато начинаешь ценить простые моменты. Когда, например, глазастики угомонились, а ты с супругой можешь просто насладиться вкусным ужином. Мы вернулись в гостиную и сидим на диванах у столика.

- Иногда я подумываю о ночной няне, - вздыхает Инна, наливая морс.

- Давай подумаем об этом серьезно. Почему нет?

Меньше всего хочу, чтобы ее накрыла послеродовая депрессия. Наслушался об этом в сети и от знакомых.

- Ты так бизнес откроешь к выпускному детей, - любимая морщится, - забудь. Я зря сказала.

Вижу, она не манипулирует. Искренне не хочет меня отягощать. Придется кое в чем признаться.

- Инн, ты спрашивала, соврал ли я про экономию. Хм… Да, соврал. Личных вертолетов и яхт не обещаю. Но я хорошо заработал в Штатах и совсем не тратил. Так что профессиональную няню можем себе позволить.

Девушка вскидывает темные брови. Заканчивает с сырной корзиночкой.

- Смолянин?! - щурится. - В чем ты еще обманывал?

Отмахиваюсь.

- Идея с родителями-партнерами не считается. Там я реально думал, что так надо. А в остальном я честен как стеклышко.

Инна качает головой.

- Если возможность есть, - она говорит серьезно, - я бы не отказалась от помощницы. Даже не столько с малышами, сколько в быту. Убрать в машинку и развесить вещи, поменять подгузник. Ночью быть на подхвате, если ты не будешь высыпаться и переберешься в другую спальню. Не будешь же ты ходить перед няней в неглиже.

Она хихикает.

- Приревнуешь? - мне хочется ее подразнить.

Получаю грозный темный взгляд.

- Не зли меня в этом плане, Смолянин. Помни, что я врач и изучала хирургию!

Секунда, и мы оба чуть ли не плачем от смеха. Кто же знал, что тема ревности к нам еще вернется.

До этого, правда, проходят вполне безмятежные несколько недель. Помощницу мы пока не нашли, так что оба возимся с малыми. Хорошо, в офисе относятся с пониманием и позволяют мне в свободное время вздремнуть. Владелец компании в курсе, что я хочу идти в свое плавание. И уговаривает первое время курировать отдел. Пока новый руководитель проектов втянется. Так что в мою сторону полная лояльность.

На работу приезжаю без опозданий. Пример дисциплины должен быть. С утра разгребаю самое важное. Например, сегодня у меня два проекта на окончательную проверку и три персональных беседы с сотрудниками. Хорошие спецы в нашей сфере - на вес золота. Поэтому мы постоянно в диалоге - что их устраивает или нет в компании, их долгосрочные планы. Мне нужно держать руку на пульсе, чтобы мы не остались без кадров.

Здороваюсь со всеми, кого встречаю в утреннем светлом офисе. Его сделали ультрасовременным с домашними элементами уюта. Да, сочетание порой дикое. Пуфики на стеклянном полу, полянки из искусственной травы на фоне огромных панорамных окон.

Кидаю взгляд на оранжевые кресла-мешки. В одном дремлет девушка, которая приезжает очень рано на электричке. Хм, в целом плюсы для сотрудников есть.

Приглушенным тоном здороваюсь с парнями. Рабочий день еще не начался. Прохожу в огороженное стеклом пространство своего кабинета.

Изначально я сидел в прозрачном "инкубаторе" и был в целом не против. Я был доступен для подчиненных, в то же время имел тишину. Однако позже кто-то из вип-клиентов пожаловался на дискомфорт при обсуждении заказа. На стены нанесли напыление, и теперь снаружи виден только мой размытый силуэт.

Кофе я захватил с собой, и перед рабочим днем у меня теперь есть некий ритуал.

- Инн? Как вы там?

Любимая знает, в какое время я позвоню и сразу берет трубку.

- Собираемся поспать. А ты как добрался?

- Как видишь, не слишком быстро.

- Ну ты не один у нас такой работящий. Как настроение перед работой?

- Теперь самое годное.

Мне нет разницы, что она спрашивает своим мягким заботливым тоном. Удовольствие доставляет сам процесс.

- Удачного дня.

- Спасибо. Вам тоже хорошего дня.

- Не сомневаюсь, будет весело, - Инна хмыкает, - целую тебя, босс.

- И я тебя, супер-домохозяйка.

У нас появились свои собственные шуточки. Не такие, как при онлайн-общении. Что-то все больше выстраивается вокруг. И мне это однозначно нравится.

Ныряю в работу. Этот процесс меня тоже более чем устраивает. Только время от времени напрягают рамки, которые задает владелец. Хочется больше свободы.

Сейчас принято обвинять во всем детство. Мое было вполне счастливым, но подчинялось четким правилам. Режим дня, выбор одежды, друзей, увлечений - все это родители строго контролировали. Вернее, больше мама. И как только я почувствовал в себе силы протестовать, стал борцом за свободу. Подростком в семье, а взрослым в жизни. Так что цель "собственное дело" нарисовалась давно и сама собой.

По понятным причинам открывать его я хотел без помощи родителей. И вот к тридцати годам подобрался к цели очень близко.

Глаза цепляются за кольцо на руке. М-да, недавние события в жизни с идеей полной свободы как-то не вяжутся. Но… Я ни о чем не жалею.

Отбрасываю философские мысли. Так, один проект отправляю на доработку. Провожу все три беседы друг за другом. Самый опытный из сотрудников явно неудовлетворен зарплатными условиями. "Радостная" новость ждет хозяина. Хотя он уже, наверное, привык к удорожанию кадров.

А мне можно задуматься об обеде. Тем временем ручка на моей стеклянной двери поворачивается. Входит молоденькая офис-менеджер.

- Матвей, к тебе пришли. Личная встреча.

- Кто там? - вскидываю брови.

- Симпатичная девушка.

В голове проскакивает - Инна? Решила сделать сюрприз? Приятно, но… Как она вырвалась из дома?

- Да, конечно, зови.

Пока любимая идет, скидываю ответы по проектам. Теперь сможем сходить куда-нибудь, пообедать. А еще нужно представить ее команде. Чтобы знали, что за милая девушка может ко мне заехать. Так или иначе, я еще полгода буду появляться здесь.

Ручка вновь скрипит.

- Какой приятный… - закрываю окно на моноблоке. - Сюрприз.

Смотрю перед собой, и улыбка мгновенно стирается. Сюрприз, не то слово.

- Я тоже рада видеть тебя, Матюш.

Так Инна иногда называет нашего сына. Сейчас от этой формы имени начинает подташнивать.

- Доминика? Зачем ты пришла?

Хрупкая маленькая блондинка с укором качает головой и проходит в мой офис. Закрывает дверь. Она как обычно красива, полностью оправдывает свое изысканное имя. Белоснежные с жемчужным отливом локоны ниже плеч. Тонкая фигурка в бежевых шортах выше колен и белой блузке с короткими рукавами и вышивкой сверху. Все то же кукольное лицо с маленьким вздернутым носиком и большими глазами. Только из них пропала волшебная наивность. Да и из всего образа моей бывшей исчезло то чудо, от которого сводит внутри. Или я сейчас по-другому смотрю.

- А как же чай, кофе? Где твои манеры, Смолянин?

Она искусственно дует губки.

- В городе не продается кофе?

Блондинка лукаво улыбается.

- Да тут повсюду киоски твоего брата. Каждый раз напоминают… О тебе. Мм, кстати! "Огонь" еще не закрылся! Наш ресторанчик… Помнишь те стейки? Круто же они восстанавливали силы после... Ммм. Ты все еще живешь в той квартире?

Ника умеет кидать ненавязчивые чувственные намеки. Раньше меня это сводило с ума. Сейчас внутри странное чувство.

- Рад за владельца "Огня", - игнорирую вопрос о своем месте жительства, - ты пришла по делу?

На этот раз вопрос пропускает Доминика.

- Может быть, съездим пообедаем там? Время как раз подходящее.

Время… Сколько там прошло после нашей последней встречи? Лет пять? Всегда считал Доминику своей первой любовью. Мы начали сталкиваться, когда папа завел дела с ее отцом. Честно, тогда я был просто поражен. Она казалась мне нереальной. Миниатюрная, светлая, идеально красивая. Ни одного недостатка! А когда она оказалась довольно страстной… Потерял голову всерьез и надолго.

Ну как надолго… Пока родители не отправили ее учиться в Европу. Нет, она плакала, звала меня с собой. Но я учился в нашем вузе, который в программировании довольно силен. Отличные преподы. Я там еще со школы в кружке занимался. Плюс, у отца тогда пошел спад, и было бы трудно позволить мою жизнь за рубежом. И учиться мне оставался год.

- Нет, Ник. Не съездим.

Она упрекала, что все отговорки. И тот год мы не пережили. Вернее, по-отдельности мы его провели довольно продуктивно. Я получил диплом и первую работу. Она - предложение встречаться от потомка европейских аристократов.

- Что-то случилось, Матюш? Ты напряженный. Все в норме? Мы ведь решили быть друзьями… Хотя… Какие из нас друзья?

Бывшая лукаво подмигивает. Глубокие светло-серые глаза накрашены больше, чем обычно. Впрочем, я понятия не имею, что для нее сейчас обычно. И не хочу иметь.

Всех девушек, с кем я знакомился, сравнивал с ней. Нет, не отказывался от них сразу. После расставания монахом я не жил. Такого, как в недавней командировке, не было. Но в новых знакомых я хотел найти ее черты. Обращал внимание на похожих внешне. Иногда, в минуты глубокой философии алкогольных посиделок считал ее своей единственной несчастной любовью.

С годами стал циничней. А точку во всей этой ерунде поставила Инна. Вот кого я никогда не сравнивал с Доминикой! Даже не помнил об этом… Пришло в голову только сейчас. И дело тут не только в повзрослел-поумнел. Просто эмоции к Инне вычистили всё.

- Ты права, друзья из нас никакие. И что-то кроме друзей не получится.

Демонстрирую правую руку тыльной стороной ладони. Ника приглядывается.

- Это что?.. Обручалка?!

Пожимаю плечами.

- Я женат. И к тебе у меня отрезало.

Доминика сжимает пальчики в кулаки. Раньше она делала так, когда очень сильно переживала. И мне всегда хотелось ее обнять.

Сейчас я хочу выйти на воздух и поесть.

- Слышал фразу - первая любовь не ржавеет? Так что прости, не верю, - в ее глазах слезы.

В прошлом меня бы скрутило в узел от трогательного расстроенного лица. Вздыхаю. Пора выставить ее. И Доминика как будто считывает мое решение.

Она ставит сумочку на мой стол, стремительно его обходит. Забрасывает руки мне на плечи... Лезет губами... В голове проносится мат.

Толкаю ее инстинктивно. Она ударяется бедром о стол. Видит бог, не хотел делать больно. Накатило дикое чувство брезгливости. Вытираю рукой рот.

- Ты сошел с ума, Смолянин?! С женой руки распускай!

- Уходи, Доминика. И не трогай мою жену.

Из глаз гостьи брызжут слезы.

- Как ты можешь, Матвей?!

- Я не могу оставить тебя здесь одну. Уходи. Давай, я не буду вновь прилагать силу.

Не собираюсь в реальности. Но надо ее как-то выпроводить. Нести как мешок при коллегах и клиентах очень бы не хотелось.

- Матвей… - голос снова нежный. И слезы чудесным образом высохли. - Мы не друзья, но хорошими знакомыми быть не перестали. Мой папа хотел инвестировать в твой бизнес. Пригласи нас в гости? Хочу взглянуть на потрясающую женщину, из-за которой это всё…

Усмехаюсь.

- Останемся давними знакомыми. Бизнес я ни с кем не собираюсь делить. А моя женщина и правда потрясающая. Прощай, Доминика.

Толкаю дверь. Выхожу в рабочее пространство.

- Минутку внимания, ребят! Я в пятницу женился и… В общем, вечером для желающих будет оплачен бар.

- Это супруга? - кто-то указывает на Нику.

Резко машу головой.

- Нет, Доминика - наша гостья. А моя жена дома с детьми. Как-нибудь позже они появятся здесь, и вы их точно ни с кем не спутаете.

Девочки хихикают.

- Дети, наверное, вылитый шеф!

- Естественно.

Под улюлюканье и аплодисменты бывшая вылетает из офиса. Идея создать шумиху вышла хорошей.