Стоит ли говорить, что на утро я проспала? Думаю, нет.

Ну, на самом деле всё было не совсем страшно, вот только на сборы мне оставалось всего-навсего пятнадцать минут, а с моей грацией похмельного оленя у меня никак не получалось одновременно натягивать джинсы и чистить зубы. Оделась я кое-как, зато зажевала целых три жвачки, чтобы от меня не несло за три километра. Наташку будить не стала, только время терять. Оставлю ей ключи, если что, уйдёт, для таких случаев есть соседка.

Вышла я на семь минут позже обычного, но на автобус не опоздала, так что ничего страшного не случилось, но состояние организма всё-таки удручало. Не то чтобы я была так уж опытна в распитие спиртных напитков, но похмелье казалось слишком сильным для всего лишь полутора бутылок вина. Ну, и чёрт с ним, похмелье – оно всегда слишком.

По пути от остановки до кафе мне всё-таки пришлось зайти в какой-то магазин и купить себе минералки: пить хотелось жутко, казалось, полбутылки вообще просто впитались в язык, не доходя до горла. В жизни больше пить не буду.

Кафе открывалось через четыре минуты, так что я успела до начала смены быстро сменить джинсы на форменную юбку и осознать, что, вроде бы, не так уж и сильно хочется сдохнуть. Но это я подумала рано, потому что тут же появилась Марина Сергеевна, и я приготовилась получать нагоняй за что угодно, даже за то, что дышу не так как-то.

– Так, вроде никто не опаздывает, молодцы, – забежав в зал, сказала, она, видимо, опаздывая сама. – Весёлые у всех, похоже, были выходные, – усмехнулась она, а я осмотрела ещё двух девочек-официанток и парня-бармена. Да, они тоже выглядели так, будто были не первой свежести, но у всех нас хватило сил вымученно улыбнуться, потому что отчитывать никого начальница не собиралась, разве что: – Но давайте, приходите в себя-то, а то распугаете клиентов.

От Кирилла, чую, мы бы не шуточек в свою сторону получили, а крепких русско-народных словец. В прочем, я не особо обольщалась на этот счёт, потому что у управляющей, похоже, было просто хорошее настроение.

Ну, а если у Марины Сергеевны настроение хорошее, то у нас вариантов не было: у нас оно было запредельным. Все сияли улыбками во все стороны, даже клиенты заряжались позитивом. Даже маленькая девчонка лет пяти сказала мне: «Буду улыбаться, как ты!»

От этого становилось ещё радостнее. Так что, смена пролетела незаметно, даже не хотелось идти домой. Хотя, если Наташка ещё дрыхнет или просто не ушла домой, а она вообще-то может, то можно будет уговорить её остаться у меня и сегодня, чтобы провести трезвый вечер с сериалом.

А завтра утром опять на работу. И эта мысль заставила меня тяжело вздохнуть. Ещё у Кирилла я хотела попросить изменить мой график, а потом всё закрутилось, и я опять забыла, чтоб его. Надо будет обязательно завтра поговорить с управляющей: смены-то распределяются заранее, попрошу позже и уже сделать ничего нельзя будет.

Ещё из окна автобуса я заметила, что надвигаются тучи. И, как по заказу, как только я вышла на улицу, хлынул ливень, как из ведра. Я промокла вся до нитки буквально за считанные секунды, куда-то там забежать не было и шанса, так что, я не стала и пытаться, а просто пошла до дома прям под дождём. Было даже здорово.

Дома было пусто, ключи остались у соседки, сама Наташка вновь по семейным делам была сдернута, по поводу чего очень сильно возмущалась в записке. Но ничего не поделать, значит, сериал и мороженное ждут лишь меня одну этим вечером, мне и не привыкать. Хотя, от одиночества нет-нет хотелось завыть на луну, но я старалась как-то бодриться. Не вечно ведь так будет. Когда-то же у меня кто-то появится. Например, кот. Да, точно, надо поспрашивать у знакомых, возьму котёнка.

Но мысль эту я тут же отмела, потому что зачем мучать животное, если меня-то дома не будет постоянно. Вот и буду возвращаться в четыре стены.

Ведёрко было изничтожено всего за две серии, хотя, я растягивала, как могла. Без мороженного сериал стал неинтересный, и я пошла спать. Мелькнула мысль, что такими темпами я впаду в летаргию, но мозг уже уплывал, так что я просто наплевала на это всё, поставив только будильник, чтобы не носиться утром опять, как угорелая, не самый приятный процесс. Хотя, бодрит.