Мне принесли через какое-то время ещё одну кружку воды, и я оставила её на этот раз себе, не стала выпивать сразу. После этого про меня, казалось, вообще забыли. Так я думала, пока во время моего смотрения в потолок, в мою «камеру» не вломились Марк и Кирилл. Дверь они не закрыли, и я слышала шум наверху.

Кирилл вздернул меня с матраса с силой и отступил к дальней стене. Марк метнулся обратно к двери, чтобы, видимо, закрыть её, но не успел: дверь пнули с той стороны, в проёме показалась Таша, которая в руках держала пистолет… Вот только оружие ей не сильно помогло, потому что у оборотня был нож и была злость: он быстро скрутил подругу и выбил из рук той пистолет. Нож у её горла заставил Наташку замереть.

Я едва ли не вскрикнула, но Кирилл держал меня крепко. Нож Марка сделал несколько кровавых полос на шее Таши, но та молчала. Меня, вроде бы, никто не трогал… пока.

Всё завертелось быстро, я просто уже не различала кто и где. Но Игоря в коридоре я узнала без труда. Вот только не одна я его, видимо, опознала, потому что охотницу Марк от себя оттолкнул и метнулся ко мне, потому что Кирилл явно борьбы с оборотнем не выдержал бы.

– Рыпнешься, и ей глотку перережу! – воскликнул Марк, прислоняя нож теперь уже к моей шее.

Но Игоря это, видимо, напугало недостаточно, потому что через некоторое время он кинулся в нашу сторону. И, прежде чем оборотни упали за моей спиной, борясь, Марк успел действительно перерезать мне горло. Я почувствовала жуткую боль, по ладони, которую я приложила к шее, полилась кровь. Уже в полусознание, я увидела, что ко мне подбежали Игорь и Таша, а потом заставили меня что-то пить.

Благодаря неведомой жидкости, я почувствовала, как кровь останавливается и по всему организму разливается лёгкость… Однако облегчение было недолгим, обманчивым. Тело сковала невыносимая боль, и теперь она была единственным, что я чувствовала.