Глава 29

Алиса

Задыхаюсь от скуки. Рамиля нет, хоть он обещал сегодня прогулку в огромном отцовском особняке. Утром принес завтрак и исчез, приказав мне не высовываться из этой комнаты. Привыкла к его командам и совсем не задевает ни единое его слово, сказанное в мой адрес. Даже сейчас раз сто в день говорит мне «Дура набитая», а я лишь пожимаю плечами и закатываю глаза. Пусть называет как хочет, зато я уверена: он — мое спасение. Не просто так крутится Рамиль вокруг меня. Я даже предполагаю, что он друг Тимофея или Тимура.  

Тихо открываю дверь и выхожу наружу. Спускаюсь вниз — в кухню, чтобы выпить стаканчик воды, но на самом деле это лишь предлог. Нужно проведать папу, а то я начинаю скучать по его высокомерным цитатам и ненавидящему взгляду. 

Отец сидит за компьютером, что-то там щёлкает. На ушах наушники, и он настолько увлечен своим занятием, что меня не замечает. А если поднимет голову, сразу начнет орать, что я тут делаю и кто меня выпустил. 

Удивительно, но Артур Воронов ни разу не соизволил подняться на верхний этаж в комнату, где я провела последние четыре дня своей жизни. Этому человеку абсолютно плевать на меня — я убеждаюсь в этом с каждым днём всё больше и больше. 

А ещё удивительно то, что Стелла не появляется здесь, и Антон тоже. Интересно, их папа выгнал? Что-то случилось, наверное, иначе девушка брата не ушла бы отсюда. Она же повод искала, как бы потереться о Рамиля. 

А может, всему причина сам Рамиль? Кхм... Кто ты, загадочный мужчина? 

Захожу в кухню, подхожу к раковине. Открываю кран, беру со шкафа стаканчик и наполняю его водой. Пью залпом, чувствуя на себе внимательный взгляд прислуги, стоявшей у плиты. 

— Что-то не так? — спрашиваю, выгибая бровь, но она мотает головой и отворачивается. Странная. Кажется, в этом доме все такие. 

Выхожу, и моё внимание сразу же привлекает дверь, которая находится под лестницей. Направляюсь туда, пока мой папаша разговаривает на непонятном мне языке по видеосвязи. Честно говоря, мне это совсем не интересно. Рамиль как-то говорил, что тот крыс должен появиться в пятницу. То есть сегодня. Нет, мы не общаемся с ним на такие темы — я слышала их разговор с охранником. Мне же нужно воспользоваться случаем... 

Тихо, очень осторожно тяну ручку двери вниз, трясусь от страха, что вдруг она заскрипит и отец меня заметит, но, к удивлению, ничего такого не происходит.

Я захожу внутрь. Тут темно, но к стене прикреплены очень много мониторов. Один из них показывает кухню, другой гостиную. Всё интереснее становится. 

— Сер-р-рега-а-а... — раздается мужской рык, и я аж подпрыгиваю на месте, резко прижимаюсь спиной к стене. Прикусываю нижнюю губу, сглатываю, слышу, как бешено стучит моё сердце. Боже, я испугалась до чёртиков! 

— Сегодня бухаем, да-а-а? — мужчина, похоже, пьян. — Да-а. Моя смена в девять заканчивается. Приезжай ко мне, отметим мой праздник… 

Мне хочется зажать уши ладонями и не слышать этот скрипучий голос, но я этого не делаю. А делаю пару шагов вперёд и замечаю мужчину. Он тут один, откинувшись на спинку своего кресла, с кем-то переписывается на компьютере в социальной сети, а телефон зажат между ухом и плечом. 

— …Договорились, Серёг. Давай, у меня в десять. — Отключается и бросает мобильник на стол. — Чер-р-рт! Я забыл... 

Бормочет себе под нос. Схватив телефон огромной лапой обратно, снимает с блокировки своим жирным указательным пальцем. Графический рисунок, латинская буква «L». Печатает сообщение и снова швыряет мобилу в сторону. 

Хочется верить, что сегодня шанс улыбается мне. 

Я пячусь назад, потому что мужчина собирается встать с кресла. Огромный горилла, имеющий очень много лишнего веса. Он разговаривает сам с собой, как психически расстроенный человек. Пинает кресло и открывает дверь на противоположной стороне помещения. 

Я прячусь за маленькой тумбочкой, хоть и уверена, что он мое присутствие тут не заметит, но меня поймает тот, кто откроет ту дверь, через которую я зашла сюда. 

Так. Спокойно, Алиса. Раз взялась за это дело, так, будь добра, доведи до конца. Не убьют же в конце концов. 

На цыпочках подхожу к столу и, взяв телефон, моментально отключаю, прячу под поясом джинсов и тяну кофточку вниз. Точно так же незаметно подхожу к двери, открываю и выхожу наружу. Сердце лупит по рёбрам молотом. Капец! Нужно скорее сваливать отсюда, иначе... Нет, не хочу ни о чем думать! 

Отца в гостиной нет, дом кажется абсолютно пустым. В этой тишине раздаются только мои быстрые шаги и глубокое дыхание. Господи... Адреналин кипит в крови и не желает успокаиваться. 

Не спеша иду по коридору, чтобы не вызвать подозрений — тут тоже есть камеры. Захожу в свою комнату и закрываю дверь на замок, а потом бегу в ванную, включаю мобильник, ставлю на «режим полета», отключаю интернет. Если бы была иголка, вытащила бы и сим-карту. Но её нет.  

Черт, надеюсь, всё получится... 

Восемьдесят процентов зарядки. Отлично. Вполне хватит для моего плана, которого всё ещё нет. Точнее, он есть, но нужно всё сделать так, чтобы никто не догадался. Думаю, записать голоса на диктофон — вполне достаточно. Нужно будет «потерять» этот мобильник в гостиной и выполнить это задание так, чтобы не попасться на камеры. 

Что за чушь, боже... Какую игру я веду? На что или кого я вообще так надеюсь? Мой папаша способен на все, и если он узнает, как я пытаюсь вывести его на чистую воду, то… Да он просто угробит меня! 

Собрав волю в кулак, я снова спускаюсь вниз, и, к моему счастью, тут снова пусто. Приближаюсь к огромному окну, где постоянно стоит мой папаша, и замечаю, как несколько автомобилей заезжают во двор. Чувствую пятой точкой, крыса среди них. 

Я направляюсь к кухне, не заходя внутрь, достаю телефон и включаю видео. Эту часть дома не видно в мониторах, так как камера находится прямо над моей головой. 

Я смотрю по сторонам — ищу, где спрятать мобилу так, чтобы никто не заметил и при этом самой тоже нужно быть осторожнее, иначе меня раскусят. 

Интересно, если спрятать телефон прямо у входа, между ножкой дивана и ножкой тумбочки, его заметят? А если не попробую, то не узнаю, ведь верно? 

Наклоняюсь, прячу мобилу и быстро встаю. Идеально, вроде ничего не видно со стороны. Но мне обязательно нужно будет забрать его через час или полтора, иначе зарядка сядет, телефон отключится и ни черта не сохранится. Все мои попытки показать миру грехи отца и того подонка, который притворяется честным оперативником, разобьются о кафельный пол, как хрустальная ваза. И мне останется смириться и сидеть молча, ждать, когда кто-нибудь сможет вытащить меня из этой клетки. 

— Млядь! Ты чего тут делаешь? — мужской рык заставляет подпрыгнуть на месте. Я чуть ли не вскрикиваю от страха, но Рамиль вовремя сжимает мой рот своей огромной ладонью. — Какого хрена, Алиса?.. 

Рявкает и прямо в лицо. Он злой, как чёрт, смотрит именно туда, где я спрятала украденный телефон. 

— …Мне действительно нужно было запереть тебя, а не нянчиться. Я тебе не Гордин и не Захаров, ты поняла меня? Давай в свою комнату. Будешь сидеть взаперти, пока не научишься слушаться. — И, схватив меня за локоть, тянет к лестнице.  

Грубиян, блин! Больно же! 

— Окна тоже не забудь! — бросаю в ответ, но мужчина не реагирует. 

— Ты думаешь, снаружи пусто? — огрызается. Заталкивает меня в комнату. — Ошибаешься, дура. Твой папаша терпеть не может гостей, вот и не впускает в дом никого. Снаружи знаешь сколько голодных псов, которые жаждут встретить на своем пути такую бабу, как ты? 

Я нервно сглатываю, заламываю себе пальцы. Нет, я не думала, конечно, прыгать из окна. Третий этаж вообще-то, а я беременная. Но мужчину я разозлила не на шутку. 

— Ладно, прости. Я в кухню спустилась. Не привыкла сидеть в одной комнате. Заняться нечем, блин. Сколько мой папаша планирует меня тут держать? 

— А с чего ты решила, что он вообще тебя отпустит? — отвечает на полном серьёзе, прислушиваясь к голосам, которые доносятся снизу. — Таких планов у него нет, Алиса. Жди, может, твой «герой» тебя спасет. 

Рамиль усмехается. Выходит из помещения, хлопнув за собой дверью… 

…Хожу из угла в угол, ежеминутно поглядывая на часы. Прошел целый час, а от Рамиля ни слуху, ни духу. Я же думаю только о телефоне. Молю бога, чтобы его не нашли. Мне достаточно одного кадра: чтобы крыса показался с моим отцом в одном доме. Они явно будут беседовать, как друзья. Чувствую, должно получиться. 

Прислоняясь к двери, прислушиваюсь к голосам точно так же, как Рамиль час назад. Но там тишина. Может, ушли? 

Ловлю себя на мысли, что мне еще не было так страшно в этом доме, как сейчас. Я трясусь от волнения, грызу ногти. Рамиль как-то намекнул, что шутки шутить с моим отцом очень опасно и что он церемониться не станет, а сразу избавится от человека, который мешается под ногами. Даже от Антона. А если папе плевать на сына, то на меня втрое. 

Потихоньку открываю дверь и выхожу в коридор, стараюсь вести себя спокойно. Не спеша, медленными шагами спускаюсь по лестнице. Правильно говорил грубиян Рамиль — мой папаша не любит гостей, и его дом постоянно пуст. Интересно, куда делся отец после ухода своего друга? 

Захожу в кухню, чтобы не вызвать подозрений. Меня должны видеть по камерам. Как я пью воду и поднимаюсь обратно в свою «клетку». Не медля ни секунды, забираю мобильник, прячу за пояс джинсов, даже не смотрю на экран, поднимаюсь вверх. Очень надеюсь, что мой «гениальный» план не провалился, а если даже провалился, то мне ничего не остаётся, кроме как ждать Тимофея. 

Захожу в комнату. Трясусь, как осиновый лист. Такое ощущение, будто сердце в горле стучит. Ещё чуть-чуть — и разорвется на части от страха и волнения. 

Запираю дверь на замок, бегу в ванную. Достаю мобильник и...  

Да! Видео есть! Но зарядка четыре процента. Блин! 

Главное, снято. Видно, как мужчины присаживаются на диван. Крыс не один — с ним какой-то молоденький парень. Говорят ни о чем. Ускоряю запись. Ровно через семь минут появляется Антон. 

— …Ты меня понял? — рявкает второй крыс. — Звонишь ему и зовёшь на тот адрес, который я написал тут, — протягивает бумажку. — Скажи, его девка у нас. Если хочет ее забрать, пусть немедленно приезжает. Без выпендрежа. Иначе ему пиз***. А девчонке двойная пиз***. 

Господи… Лёд пробегает по позвоночнику, по телу рассыпаются мурашки. Они говорят о Тиме. Они точно говорят о нем! 

Мобильник вырубается, а я выхожу из ванной, присаживаюсь на край кровати. Мне нужно позвонить майору. Срочно! 

— И туда посмотрите! — мужской рык доносится снаружи. Слышатся тяжёлые шаги, даже люстра над головой начинает трястись. Автоматом швыряю телефон в сторону — он катится куда-то под тумбочку. Встав, поворачиваю ключ в замке и бегу к окну. 

— Ты чё делаешь? — лысый шакал распахивает дверь и заходит в мою комнату. Смотрит по сторонам. 

— А тебе чё? В окно смотрю. Это преступление? — цежу сквозь стиснутые зубы, сжимая руки в кулаки.  

Задолбали! Как же я хочу домой к своему мужчине! 

— Ты не борзей, куколка!.. — рявкает, подходит вплотную.  

От него воняет потом и каким-то сладковатым парфюмом. Зажимаю рот ладонью, еле сдерживаю тошноту, которая подкатывает к горлу. Дышать нечем. Неужели так трудно принять душ хотя бы раз в день?  

— …Выходим! 

Эти слова он говорит своему дружку, который ждёт у прохода. Правильно сказал Рамиль насчёт голодных псов, действительно похожи. 

Я не знаю, что делать и как поступить. Долго рассматриваю стены помещения и всё-таки решаюсь позвонить Тиму. 

Мой старый телефон тоже разряжается. Максимум, что успею — сказать пару слов. 

Дрожащими пальцами набираю номер любимого, подношу мобилу к уху и прислушиваюсь к длинным, до жути раздражающим гудкам. 

— Да, — хриплый голос Тимофея заставляет биться сердце в сумасшедшем ритме.  

Я сглатываю ком, образовавшийся в горле, чувствую, как по щекам катятся слезы. 

— Тим... — сил говорить не хватает, но я понимаю, что времени нет. Нужно предупредить, иначе мобильник вырубится, и я ничего не успею ему сказать. — Тим, ты меня слышишь? 

Я шепчу, часто дыша. Родной мой, любимый. Знал бы он, как я по нему скучаю. 

— Лис... Алиса? — в его голосе чувствуется взволнованность. — Лис, ты как? Ты где? 

— Со мной всё отлично. Тим, не волнуйся, честно, все окей. Ты только никуда не езжай. Никому не верь. Они тебе врут, заманивают в ловушку. Слышишь? Они не собираются меня тебе отдавать. 

— Алис, успокойся. Ты мне скажи — ты там как? Чуть осталось, я приеду за тобой, хорошо? 

Чувствую позади шаги, поворачиваюсь к двери. О боже... Я забыла ее запереть. 

— Отдала! — лысый рывком отнимает мобильник и влепляет мне пощечину так, что падаю на пол, не в силах удержать равновесие. 

— Ах, — стону. — Придурок! 

— Попалась, сучка!  

Головорез, схватив меня за локоть, поднимает на ноги, поворачивает к себе спиной. Затыкает мой рот какой-то тряпкой. И я чувствую, что проваливаюсь в темноту. 

«Мой план провалился. И пришел мой конец», — последнее, о чем я думаю перед тем, как окончательно вырубиться.