Глава 35 · Я хочу этого

Дверь за нами закрылась с тихим щелчком. В комнате стоял полумрак, только мягкое голубоватое свечение от панели на стене вырисовывало силуэт кровати и массивный шкаф — тот самый, где мог быть спрятан передатчик.

Но ни о передатчике, ни о Ларе, ни о Мордоне я сейчас не могла думать.

Мэй осторожно поставил меня на пол.

Я стояла прямо перед ним, запыхавшаяся, пылающая, сбитая с толку. Лишь одно я знала точно.

Даже если я выкраду передатчик. Даже если я улечу из Академии. Даже если я больше никогда не увижу больше Мэя… я хочу, чтобы произошло то, что сейчас произойдёт.

Пусть он останется со мной хотя бы воспоминанием.

— Ты дрожишь, Майя, — тихо сказал он, и его пальцы осторожно коснулись моей щеки. — Боишься?

— Замёрзла, — я попыталась звучать уверенно, но голос сорвался.

— Тогда я тебя согрею, — прошептал он и медленно провёл пальцами по моей руке, вызывая мурашки.

Его ладони плавно легли на мою талию, и он легко, словно я весила не больше пушинки, поднял меня и аккуратно опустил на кровать, нависнув сверху. Я жарко выдохнула, когда он отстранился и оглядел меня с таким восхищением и жаждой, что сердце пропустило удар.

— Какая же ты красивая, Илшари.

— Илшари? — переспросила я почему-то шёпотом, наверное, боясь случайно разрушить ту хрупкую атмосферу, которая сейчас окутывала нас.

Мэй склонился ниже, его горячее дыхание коснулось моей кожи.

— Истинная связь.

Он поцеловал меня в губы, страстно и нежно одновременно, а потом оторвался от меня и продолжил:

— Недостающий пазл, любовь, замыкающее звено…

С каждым словом он спускался поцелуями по моему телу: шея, ключица…

— В разных культурах и у разных рас это называется по-разному, — сказал он, медленно стягивая с меня топик. — В Дракаре мы называем её Илшари.

Я хотела прикрыться, но Мэй медленно отвёл мои руки в стороны и с таким предвкушением посмотрел на мою оголённую грудь, что я практически перестала дышать от смущения и волнения одновременно.

— Ты наша Илшари, — сказал он хрипло.

А потом я уже перестала что-либо понимать, потому что его губы опустились на мой затвердевший сосок, и Мэй втянул его в рот, чуть посасывая, лаская языком и сводя меня с ума этой медленной пыткой. Я тихо простонала, не в силах больше держать себя в руках. Пальцы впились в его плечи, сердце бешено билось, а между ног пульсировало всё сильнее.

Не останавливаясь, он целовал грудь, живот, ребра, опускаясь всё ниже, и я почувствовала, как он медленно потянул мои шортики вниз вместе с тонким бельём.

Моё сердце торопливо трепыхалось в груди, я до крови прикусила губу, до белых костяшек сжала одеяло, Мэй осторожно поднял мои ноги, полностью избавляя меня от одежды, я вздрогнула от нового прилива паники, смешанной со сладким предвкушением.

Теперь я лежала перед ним полностью обнажённая, открытая, беззащитная — и доверяющая ему всё больше с каждой секундой.

— Майя… — хрипло прошептал он, отстраняясь и выпрямляясь передо мной.

Он расстегнул брюки и одним уверенным движением избавился от них. Я задержала дыхание, впервые видя его абсолютно голым.

Он стоял передо мной — абсолютно обнажённый, сильный, дикий, бесстыдно красивый.

И я не могла отвести взгляда.

Мэй не прятался, не смущался. Он двигался спокойно и уверенно, как хищник, которому незачем притворяться ручным. Мощные плечи, рельефный пресс… Его кожа — гладкая, чуть темнее, чем у людей…

Я заметила шрамы — тонкие, серебристые, пересекающие его грудь, бока, бедро. Следы боёв, следы силы. От них внутри меня что-то сжалось. Эти шрамы не делали его менее прекрасным — наоборот, напоминали, что он не просто идеален, он выжил. Боролся. Побеждал.

Ниже… о Гарр.

Я сглотнула, чувствуя, как горит лицо. Его пах был обрамлён тонкими, гладкими полосками тёмной кожи, переходящей в бедра, а хвост начинался чуть выше копчика, мягко покачиваясь — как будто знал, что я на него смотрю.

А его достоинство… Да ведь это даже не слово «большой». Это было… внушительно.

Он заметил, что я смотрю, и — конечно — усмехнулся. Самодовольно. Гордо. И при этом так мягко, будто давал понять: мне можно. Смотреть. Исследовать. Хотеть.

— Всё в порядке, Зайка? — хрипло спросил он, делая шаг ближе.

Я попыталась что-то сказать. В ответ вырвался только смешной, дрожащий вдох.

Он наклонился ближе, не касаясь. Только взглядом, только дыханием.

— Хочешь потрогать?

Я почувствовала, как лицо мгновенно вспыхивает огнём, и едва не отвела взгляд, но Мэй лишь спокойно усмехнулся, заметив моё замешательство.

— Всё хорошо, Майя, — хрипло сказал он, снова подходя ближе, и протянул руку, осторожно беря мою ладонь и поднося к своему напряжённому члену. — Не бойся.

Я замерла, глядя в его глаза, горящие возбуждением и нежностью одновременно, и медленно коснулась пальцами гладкой горячей кожи. Он был твёрдым и шелковистым одновременно, невероятно горячим и таким живым, что я едва не задохнулась от собственных ощущений.

— Вот так, — выдохнул он, прикрывая глаза. — Просто почувствуй меня.

Я осторожно обхватила его ладонью, чувствуя, как он пульсирует в моей руке, и невольно вздохнула глубже. Это было страшно, необычно, но в то же время удивительно естественно.

Мэй накрыл мою руку своей, показывая, как именно ему нравится, и тихо застонал от моих неумелых, но искренних прикосновений.

— Ты сводишь меня с ума, Майя, — прошептал он, наклоняясь и снова целуя меня так жадно и страстно, что я забыла обо всём на свете.

А потом почувствовала, как ко мне тянется его хвост. Набухший от возбуждения, гладкий и влажный…