Глава 2

Я вошла в зал и посмотрела на подругу.

— Ох, как мне хотелось эту сволочь веником огреть! И прямо по морде холеной, по морде! — заявила Ритка.

— Так чего не огрела?

— Не хочу бомжей в подвалах массажировать!

— При чем тут бомжи? — не поняла я.

— Очень даже причем. Этот великовозрастный мудак побежал бы маменьке жаловаться, а с Несси только чокнутый свяжется. Посмотри, что эти гады с тобой сделали. И ведь управы на них не сыщешь!

— Это так, — вздохнула я. — Моя свекровушка в каждой городской бочке затычка, уважаемый человек. С самим мэром за ручку здоровается, а с его женушкой лобзается. Как жить дальше, понятия не имею. Спасибо тебе, Рит, за помощь.

— Не за что. Только я даже убраться до конца не успею. Дальше сама. Кстати, Настя, соседка права, ты неженка и неумеха. Почему такая? Неужели и, правда, ничего делать никогда не приходилось?

— Почти, — кивнула я.

Конечно, мне приходилось все же в жизни кое-что делать. Например, я сама ополаскивала бокалы из-под шампанского, которое мы выдули втихушку с моей ровесницей, дочерью нашего садовника Милкой, пока моего опекуна дяди Бори не было дома. И одежду в стиральную машину я не раз закидывала. И бутики по ночам делала, когда не спалось. И даже кашицу Ваньке и Антошке готовила, когда у няни поднялась температура, и я боялась, что она заразит моих близняшек.

— Кстати, я ничего не знаю о твоей жизни до замужества. Расскажи! — вдруг попросила Марго.

— Хорошо, — согласилась я. — Сделай мне кофе…

— Че?! — возмутилась подруга. — Сделай мне кофе? Анастасия Павловна, вы меня случайно с Дашкой не перепутали? Сама топай на кухню и делай!

— А…

— Полагаю, тут нет ни кофемашины, ни кофе нормального. Но в моей сумочке имеются пакетики "три в одном" и печенюшки. Айда, почаевничаем. У меня еще немного времени есть.

На кухне имелся обычный электрический чайник, а в шкафу симпатичные чашки.

— Классные сосуды для питья! — похвалила Ритка. — Сделаны еще в СССР, на фарфоровом заводе. Давай, ополаскивай.

Я помыла чашки, мы развели кофе. Я пригубила и в первый момент чуть не выплюнула. Гадость!

— Настя, не выделывайся, обижай меня! Жри че дали!

— Хорошо!

Я мужественно сделала второй глоток, откусила печеньку, и еда не казалась мне уже больше такой невкусной. К тому же я почувствовала, что сильно проголодалась.

— Давай, рассказывай! — Марго сгорала от любопытсва.

— Да ничего особенного в моей жизни не было… — начала я. — Сейчас соображу, с чего начать.

Мысленно унеслась в прошлое. Сколько себя помню, всегда жила в огромном доме. С мамой, папой и… обслуживающим персоналом. Отец обожал своих "девочек". Не раз повторял: "Женщины — это самое прекрасное, что есть на свете. Они просто созданы для созерцания и любви. Женщина ничего не должна делать, ее работа заключается лишь в том, чтобы быть красивой!"

Папа, конечно, не мог сделать счастливыми всех женщин в мире, но жене и дочери он старался создать просто райские условия для жизни. И я только сейчас понимаю, что в итоге оказал мне медвежью услугу! Когда пришла пора идти в первый класс, меня сначала отправили в обычную школу, которая располагалась в нашем поселке. На этом настояла мама:

— Паша, ну что Настя все в четырех стенах, а в обычной школе друзей найдет.

Папа сдался. Мне в школе нравилось. Училась я неплохо. Ребята прозвали меня Принцессой, но не обижали, вскоре я, в самом деле, нашла подруг. Но в учебном заведении всех, даже прекрасных дам, приучали к труду. В классе наводила чистоту уборщица, а в наши обязанности входило убирать территорию. Во время такого мероприятия я сильно порезала руку осколком от бутылки. Хлынула кровь. Рана, конечно, была несмертельной, я больше испугалась, упала в обморок. Школьная медичка прибежала с нашатырем и бинтами. Учительница позвонила родителям. Отец был в этот день дома, родители примчались мгновенно.

— Вы что, заставляете детей быть дворниками? Да я вас…. — отец орал просто дурниной.

Мама была более благоразумно:

— Паша, да ты наше детство вспомни! Мы тоже территорию убирали, и металлолом собирали, и газеты.

— Слышать не хочу про пионерское детство! — еще больше разозлился отец. — Прошли те ужасные времена, Слава Богу!

— А я с радостью их вспоминаю, Паша.

Это был давний спор между моими родителями. Мама с восторгом рассказывала, как она ездила в летний лагерь, пекла картошку на костре, пила газировку "Буратино". Что удивительно, это мама происходила из профессорской семьи, и в доме даже была домработница. А вот папа, напротив, рос только с матерью, которая надрывалась уборщицей сразу в нескольких местах. Возможно, поэтому он теперь хотел сделать жизнь для любимых женщин сказкой.

Из обычной школы меня после печального инцидента перевели. Теперь водитель меня возил в частную гимназию в город. Там было гораздо скучнее, и друзьями я не обзавелась. Впрочем, проучилась там недолго, потому что вскоре в моей жизни случилась трагедия. Автокатастрофа. Страшное, чудовищное слово. Я его ненавижу и боюсь до сих пор, потому то именно так погибли мои родители. Переживала я тогда страшно. Отказывалась от еды, перестала разговаривать. Непонятно откуда появившийся в моем доме опекун по имени Борис Витальевич пригрозил мне клиникой для душевнобольных. Мне было всего десять, возможно, я просто испугалась слова "клиника", но в этот же вечер заговорила и съела первую ложку на радость своей няне Земфире. Дядя Боря был бизнес-партнером моего отца, одиноким, обеспеченным человеком, и без труда оформил опеку. После той угрозы я больше никогда не слышала от него плохого слова. Он меня никогда не ругал, не обижал. Но и не любил. В его заботе я чувствовала неискренность, за что платила ему детской ненавистью. Мое здоровье после трагедии сильно ухудшилось. Дядя Боря перевел меня на домашнее обучение. Я не возражала. Мне уже как-то бы все равно. Исправно занималась с нанятыми учителями. А в свободное время читала. Огромное количество любовных романов. И была уверена, что рано или поздно появится прекрасный принц и заберет меня. Когда пришло время сдвать ЕГЭ, я справилась удивительно легко. Но поступать в ВУЗ категорически отказалась. Дядя Боря не настаивал. Как выяснилось, у него имелись на меня другие планы. Опекун стал чаще общаться со мной, обнимал за плечи, иногда даже целовал в щечку. А едва мне исполнилось восемнадцать, как однажды за ужином дядя Боря предложил мне стать его… женой…

Для меня предложение дяди Бори было как удар грома среди ясного неба. Я тогда пискнула: "Что Вы! Нет, нет!" и просто убежала к себе в комнату. Но опекун не оставил своей затеи. Долгие годы он не замечал меня, а теперь буквально не давал прохода. Осыпал комплиментами, заваливал подарками. А еще постоянно зажимал меня где-нибудь и лез целоваться. Его слюнявый рот я буду помнить всю жизнь. Мне было восемнадцать. Возможно, вырасти я в обычной семье, то смогла бы за себя постоять. Но я находилась в заточении, в золотой клетке, и что делать, совершенно не знала. Вырваться на свободу мне помог случай. Однажды нас пригласили на какой-то великосветский прием. Причем, приглашение было выслано на двоих, и хозяйка торжества выражала надежду, что Борис Витальевич обязательно прибудет с воспитанницей.

Мне на крутой тусовке не понравилось. Огромный дом, куча народа. Все слащаво улыбались друг другу, а, отойдя на насколько метров, тут же говорили гадости про недавнего собеседника. Я вызвала огромный интерес. Все восторгались моей красотой, интересовались у дяди Бори, нет ли у меня молодого человека, не планирую ли я выйти замуж.

– Будь осторожна, ты очень лакомый кусок, детка! — шепнула мне одна пожилая дама.

Но я тогда не обратила внимание на предупреждение. Посматривала по сторонам в надежде встретить принца. Молодых парней было достаточно. Но мне не нравился ни один. Первый был внешне непривлекателен, второй глуп, третий, как я услышала от "доброжелателей", употреблял наркотики. И вдруг случилось чудо. Прямо как в "Евгении Онегине" — "И дождалась… Открылись очи; Она сказала: это он!"

Принц появился внезапно на входе в огромный зал. Мы взглянули друг на друга, и мое сердечко затрепетало. Он! Это он!!! Но понравилась ли я ему? Мои сомнения оказались напрасными. Появившийся молодой человек сразу направился ко мне и представился:

— Кирилл Захаров.

Видимо, он ожидал какой-то реакции, произнеся фамилию богатейшей семьи. Но в тот момент я этого не поняла. Юная дурочка, которую выпустили временно на волю, просто стояла и радостно улыбалась. Я влюбилась с первого взгляда. Он, казалось, тоже. Мы стали встречаться. Кирилл был милым, веселым, заботливым, по уши влюбленным. Меня не смутила разница почти в десять лет и наличие у любимого сына от первого брака. Я просто парила от счастья. Тогда и предположить не могла, что мой избранник — оборотень, который по взмаху мамочкиной золотой кредитки легко превращается в козлину…

…Мою исповедь прервал телефонный звонок на телефоне Марго. Клиентка просила ее приехать чуть пораньше.

— Настя, я побежала! — стала прощаться со мной подруга. — Меня же, как волка, ноги кормят. И еще руки. Сеанс проведу, позвоню. А ты давай, не раскисай.

Я закрыла за подругой дверь. Только теперь, оставшись в одиночестве, дала волю своим чувствам. Ну, Кир, за что же он со мной так, а?! От злости, обиды, беспомощности и нахлынувшего отчаяния я молотила кулачком по стене до тех пор, пока не увидела тонкую стройку крови. Наверное, поцарапалась о старую штукатурку, что торчала из многочисленных щелей. Так, Настя, успокойся и возьми себя в руки. Как говорила няня Земфира, главное, чтобы все были живы и здоровы, а остальное… мелочи. Я жива, на здоровье в данный момент не жалуюсь. Анька и Ванька тоже. А дальше справимся! В конце концов, можно прожить и без кучи денег. И даже прожить счастливо. Есть одна замечательная психологическая фраза: "Ты знаешь, кто может помочь тебе добиться успеха? Прочитай первое слово!" Ты! Ты! Только ты, Настя, сама себе поможешь! После небольшого тренинга, что я сейчас провела, стало легче.

Но, как оказалось, очередная подлость мужа и смешные алименты не последний сюрприз на сегодня. Раздался звонок в дверь. Открыла, и сразу четыре детских ручонки обхватили меня за талию. На душе внезапно, резко посветлело. Так бывает, когда летом хмурое грозовое небо вдруг освещает ласковое солнышко.

— Милые мои, как же я по вам соскучилась!

Чмокнула по очереди темные макушки.

— Мамочка, мы тоже по тебе скучали! — сказал Ванечка.

— А мы теперь тут будем жить? — поинтересовалась Анютка.

— Тут мои хорошие, проходите.

Ребятишки вошли в квартиру, освобождая путь личному шоферу Несси Филиппу, здоровенному и разговорчивому мужичку предпенсионного возраста.

— Здравствуйте, Анастасия Павловна. Вот, значит, куда вас сплавили. Ой, простите….

— Да ничего страшного, Филипп, — улыбнулась я. — Все верно, сплавили. Точнее и не скажешь!

Водитель занес в дом баулы, полагаю, с вещами. И несколько пакетов из продуктового супермаркета и добавил:

— Вот, Светлана вам тут хавчику собрала.

— Передай ей спасибо, Филипп!

Света — это наша повариха. Добрая, милая женщина, только она подумала, что будут есть дети. Бабушке и отцу это даже не пришло в голову!

— Ох, как тесно-то тут, — пробурчал Филипп, — я, знаете, уже отвык от таких квартир. А потолки какие низкие…

Я ничего не ответила. Но водитель ой как прав. Когда вошла сюда в первый раз, опасалась продырявить потолки рогами, что наставил мне Кирюшечка-козлюшечка. При воспоминании о муже у меня даже заскрипели зубы. Успокоительного Риткиного, что ли, еще выпить? Кажется, там осталась таблеточка. Но употребить лекарство я не успела. В прихожей появился… Стасик! Моя идеальная челюсть поехала вниз.

— Стас, а ты что тут делаешь? — поинтересовалась я у сына мужа от первого брака. — Решил Филиппу с близнецами помочь?

Стасу шестнадцать, это вполне нормальный подросток. Мать ему у меня заменить не получилось, но отношения у нас с пасынком были всегда отличные.

— Так это… — ответил за подростка Филипп. — Станислав Кириллович тоже с вами жить будут. Они сами так захотели, ну все, я пошел, хозяйка ждет.

Шофер свалил, оставив меня в полной растерянности.

— Стас, это правда? — я уставилась на парнишку во все глаза.

– Настя, пожалуйстаааа! — подтвердил тот мои опасения. — Возьми меня, а? Я не хочу с Несси жить!

— Так она тебя не отдаст, Стас! И я не имею никаких прав.

— Бабка разозлилась и сказала, чтобы я валил, куда хочу. Обещала, что когда сожру фунт лиха и назад проситься стану, она не примет. Да я и сам не вернусь. А если выгонишь, я под мост жить уйду!

Неожиданно угрозу пасынка поддержали мои шестилетки. Аня схватила старшего брата за одну руку и заявила:

— И я уйду со Стасиком! Под мост!

Анька, она решительная. Ванечка не такой. Но тоже вцепился во вторую руку Стаса и добавил:

— Я тоже уйду…

И заревел! Господи, я обрастала детьми как снежный ком! Вздохнула и сдалась:

— Ладно, Стас, пока оставайся, а потом…

Что "потом", я не знала сама. Но детям было это неважно. Они дружно заорали "Ура!!", празднуя маленькую победу. А у меня зазвонил телефон. Видно, Марго закончила сеанс массажа.

— Ну как ты? — спросила подруга. — Как настроение?

— Хочется купить танк и заехать по одному адресу, — ответила я и рассказала про Стаса.

— Офигеть! Да ты теперь многодетная мать, Настя!

— Точно, Рит. И детей надо кормить. Короче, срочно нужна работа!

Подруга возразила:

– Ага, только, пока работаешь, состаришься, подурнеешь! Настя, послушай мой совет — ищи лучше нового мужа, пока молодая и красивая!

— Но…

— Обещай хотя бы подумать над этим.

— Хорошо, подумаю. Давай потом созвонимся, мне детьми заняться надо! — ответила я и отключилась.

Ну Кир, козлина! Настрогал детей и мне сплавил! И Ритка тоже хороша. Ищи мужа, ищи мужа! И где найти такого папу Карло, который бы стал кормить взвод чужих Буратин?…