Глава 11

Стас ворвался в дом, как захватчик в покоренный город, благо хватило ума вернуть себе человеческий облик. Иклюн ждала его у дверей и перехватила разогнавшегося сына:

– Тссс, стой, она спит. И не забывай, у нас гости.

Настя сидела за столом, помогая хозяйке чистить овощи для жаркого.

– Стас? – удивилась она, – ты уже вернулся?

Барс быстро взял под контроль разбушевавшиеся чувства и, вежливо кивнув, Насте принюхался: все верно, Катя наверху.

– А остальные где? – девушка пыталась заглянуть за спину парня.

– Они задерживаются, – ответил, наконец, Стас, преодолевая желание просто рыкнуть на назойливую самку и рвануть к себе в спальню, полюбоваться спящей Катериной.

– Неудачно пострелял? – по-своему поняла недовольное выражение его лица Настя.

– Да, – парень понял, что отвязаться просто не удастся и сумел коротко объяснить, что все охотятся на зайцев, а он ни разу не попал.

Иклюн слушая эти речи, тихо усмехалась, пряча лицо, а потом сжалилась над сыном и попросила Настю достать для всех полотенца.

– Мужчины придут, сразу в баню побегут, так что давай-ка мы их туда отнесем, да еще морсу сделаем, после пара пить хочется.

Настя перечить не стала, тут же выбралась из-за стола и вышла. Стас едва дождался, пока хлопнет дверь, буквально в секунду взбежал по лестнице, бесшумно приоткрыл дверь и вошел. Катя спала беспокойно, металась во сне, кого-то звала. Чувствуя, как в тревоге сжалось сердце, мужчина опустился на край кровати и потянулся ближе к девушке, подробно изучая ее аромат. Тень страха еще присутствовала. Зря мать усыпила ее, травы не дали девушке выговориться, выплеснуть свои эмоции и теперь загнанный внутрь страх дотянулся до нее сквозь сон.

Улегшись рядом на широченную самодельную кровать Стас обнял Катю, прижал к себе и тихо замурчал, уткнувшись в шею. Катерина вздохнула, извернулась, едва не заехав ему коленом в пах, сложила на теплые бедра парня свои замерзшие ноги и погрузилась в спокойный целительный сон. Стас же почувствовал себя грешником, которого злобный хийси жарит на раскаленном камне. Спящая девушка льнула к нему, ее аромат кружил голову, а уж стояк по твердости мог поспорить с еловым корнем, но он готов был разорвать любого, кто посягнет на покой его имман в эту минуту.

Проснулась Катя в густом синеющем полумраке. Солнце зимой садится рано, а ночника, привычного в городской квартире, здесь не водилось. Пошевелив немного затекшими конечностями, девушка обнаружила, что рядом с ней кто-то лежит. Ей хватило благоразумия не вскакивать с криком, а для начала проверить, кто это. Вдруг Настя поссорилась со своим ненаглядным Алешей и решила спрятаться от него в комнате подруги?

По городской привычке под подушкой всегда был телефон. Мягко щелкнув клавишей, Катерина направила холодный голубоватый свет на вторую половину кровати и строго поджала губы: рядом спал Стас. Быстрая ревизия внешнего вида показала, что они оба в термобелье, и никаких следов возможных игрищ не наблюдается. Успокоено выдохнув, Катя собралась убрать телефон и бесшумно подняться, но Стас открыл глаза:

– Проснулась? – хриплым от сна голосом спросил он.

– Почему ты здесь? – категорично спросила в ответ Катя, отползая на самый край постели.

– Ты разговаривала во сне, а мама сказала, что тебя кто-то напугал, – Парень красиво потянулся, вызывая у настороженной Кати неосознанное желание сделать так же, и зевнул.

– Испугался, что упаду с кровати? – девушка взяла на вооружение сарказм и насмешку.

– Конечно, – спокойно сказал Стас, продолжая ее разглядывать, – пол крепкий, но звук проводит хорошо, а внизу люди, зачем пугать?

Катя предпочла не длить конфликт, а просто встать, молча собрать растрепавшиеся во сне волосы в косу и спуститься вниз, натянув поверх трико и футболки длинную спортивную кофту.

Внизу дым стоял коромыслом! Вернувшиеся охотники ободрали зайцев, закинули часть тушек в ведерный чугунок, а сами отправились в баню. И вот теперь перед удивленной Катериной предстала большая комната, полная людей в простынях и полотенцах. Девушки, правда, натянули футболки, а обнаженные ноги сложили на колени своих кавалеров. Румяная Иклюн в просторной расшитой вручную одежде, похожей на пончо, разливала чай и морс. Мужчины обсуждали охоту, отдавали должное жаркому и напиткам, иногда повышали голоса, но на столе не было ни одной бутылки спиртного.

Увидев Катю, все дружно загудели, приветствуя ее и спускающегося следом Стаса.

– Молодежь, – окликнул их Владислав, – там баня горячая, вода и полотенца есть, идите скорее, пока не остыла!

– Идите, идите, – подхватила Иклюн, вручая Кате кувшин с морсом, – а то сейчас все съедят, поужинать не успеете.

Пока Катя подбирала слова для вежливого объяснения, что в баню она пойдет одна, ее уже закутали в тулуп и вывели в морозную ночь.

– Извини, – сказал Стас, когда она открыла рот, чтобы выругаться, – родители очень рады, что я привез девушку, а у нас помолвленные моются вместе, чтобы доказать друг другу, что не имеют на теле знаков злого духа.

Рот у Кати захлопнулся, она медленно переваривала информацию:

– Стас, твои родители считают меня твоей невестой?

– Да, – кивнул парень, заводя девушку в предбанник, – не бери в голову, без благословения старейшины здесь не женятся.

– А, – Катя немного успокоилась.

– Баня большая, мы друг другу не помешаем, а если я тебя смущаю, можешь в купальнике мыться, – предложил Стас.

– Я бы с радостью, – съязвила Катерина, – да только я не представляла, что в лесу бассейны водятся, поэтому купальник не взяла.

– Бассейнов нет, а вот прорубь очень даже есть – парень ткнул пальцем в окошечко, показывая на торчащие из снега мостки и темный провал в дымящуюся темную воду.

– Ни за что! – ответила Катя, уже представляя жутких чудовищ, которые будут хватать ее за ноги в ледяной непрозрачной воде.

– Как пожелаешь, – Стас, не огорчившись, забрал у растерянной Кати кувшин, – если стесняешься, можешь купаться в моей футболке или в белье.

– Ладно, только отвернись, – девушка напряженно отошла к вешалке, полагая, что ее слова ничего не будут стоить для парня, и он все равно будет подглядывать.

– Как скажешь, я не могу тебя обидеть, ты же моя имман.

Как ни странно, эти слова Катю успокоили, она слышала, что у малых народов долг гостеприимства ставился порой выше жизни хозяина, но все же она повернулась к Стасу спиной, не зная, сколь мучительно-сладкие воспоминания вызывает в его голове.

Соблюдая пожелание девушки, Стас отвернулся, и сбросил одежду, оставшись в простых темно-синих, мало что скрывающих плавках.

Катя быстро переоделась, стараясь как можно больше секретов прятать под длинной одеждой. Однако, натянув и расправив футболку, она не удержалась – бросила через плечо взгляд на Стаса.

Да-а-а, там было на что посмотреть! Крепкая шея, широкие гладкие плечи, длинная спина, узкие бедра, восхитительный зад и длинные, словно у танцора, прокачанные ноги. Девушка даже моргнула пару раз, чтобы увериться, что это совершенство ей не снится.

Словно почувствовав ее взгляд, парень повернулся:

– Готова?

– Да, – голос Кати звучал неуверенно, теперь она сомневалась, что сумеет дать этому красавцу по рукам, если он начнет к ней приставать.

Стас одним движением открыл тяжелую, немного разбухшую от влаги, дверь, и они вошли в действительно просторную мыльню. От жара полки уже высохли, на лавке стояла шайка с парой веников, на подоконнике, у запотевшего стекла, выстроился целый ряд пузырьков с маслами, бутылей с шампунями и бальзамами. Рядом висели разнообразные мочалки.

– Погреемся? – с энтузиазмом спросил парень, открывая маленькую дверку в помещение, откуда шибало сухим паром, – какой аромат ты любишь?

– Мяту, – неуверенно предложила Катерина.

Она ощущала неловкость, находясь в небольшом помещении с мужчиной, способным выиграть конкурс красоты.

– Хорошо, мне тоже нравится, – парень уверенно выбрал один пузырек, взял висящие на гвоздике шапки и простыни и потянул девушку в парилку. – Садись, сейчас все сделаю – распорядился он.

Катя расстелила простыню на нижней полке и легла, глубоко вдыхая теплый влажный воздух.

Буквально через минуту Стас забрался на верхнюю полку и вытянулся во весь рост. Теперь Катерина поняла, почему баня «для одного» такая большая. Полежав некоторое время, парень свесился со своей полки и спросил:

– Тебе нравится?

Девушка уже растеклась по толстой махровой ткани, ей почему-то вспомнился массажный салон, а заодно ее последнее фиаско, так что ответила она неохотно:

– Нравится.

– Не хочешь перебраться повыше?

– Нет, спасибо!

Больше в парилке они не разговаривали, но через несколько минут Стас решительно заявил:

– Для первого раза хватит! – поднял Катю с лавки, вывел в предбанник: – посиди тут, – а сам выбежал на улицу, впустив клубы холодного воздуха.

Заинтересовавшись, Катя преодолела расслабленность и подошла к окну: Стас уже стоял на мостках, демонстрируя ей свою потрясающую фигуру во всей красе. Миг, и он ласточкой влетел в ледяную воду! Вынырнул, поблескивая моментально застывающими на волосах льдинками, ухватился за мостки и выбрался на снег. Потоптался, наслаждаясь ощущениями, раскинул руки, словно язычник, молящий небо о спасении, и бегом вернулся к бане.

У Катерины не осталось слов! После этого представления они еще дважды заходили в парилку, и после второго раза Стас даже убедил Катю выйти босиком на снег и облиться ледяной водой. Крик ужаса и восторга застыл в ее груди, когда на нее обрушился ледяной поток. Стас тотчас затащил ее в мыльню и пропарил колючим кедровым веником, от макушки до пят, выгоняя возможные хвори.

Потом он помог ей потереть спину мочалкой, а она в ответ намазала ему плечи медом с солью. Когда девушка поскользнулась на бугристом льду, выбегая за новой порцией ледяной воды, Стас поймал Катину руку, помогая ей устоять. В ответ она подала ему ковшик с водой, и полила сверху, спасая его глаза от избытка пены.

Тесное взаимодействие, общение, прикосновения, все это казалось легким и естественным, не имеющим сексуального подтекста, но оттого еще более интимным и теплым.

Закончив мытье, они вышли в предбанник и разом потянулись к кувшину с морсом. Кате в глаза Стас сказал:

– Тяжелый. Позволь, я налью?

Катерина молча отступила. Она не была феминисткой в странном представлении современных женщин, но привычка распоряжаться наложила свой отпечаток на ее поведение. Стас отнесся с уважением к ее самолюбию, и это ее согрело. А когда он налил два бокала и первый подал ей, она ощутила себя женщиной, за которой ухаживают во всех смыслах этого слова.

Отдышавшись, они вновь встали спиной друг к другу, чтобы переодеться, но на этот раз Катя позволила себе наблюдать за тем, как одевался Стас. Ощущая ее внимание, он не спешил, и девушка, как себя не ругала, все же получила удовольствие от созерцания красивого мужского тела. Накинув поверх свежего белья и футболок тулупы, они медленно вернулись в дом. Там было почти темно. На столе их ждала еда, накрытая чистым полотенцем, а за занавеской у печи явно поскрипывал топчан.

– Может, возьмем мясо и поднимемся к тебе, – шепотом предложил Стас, – не хочется мешать.

Сообразив, что в доме никто не спит, Катя кивнула, соглашаясь. Ей тут же вручили кувшин с молоком, кружки и приборы. Все остальное понес мужчина.

В комнате девушка быстро сообразила, что сесть придется на кровать, и пододвинула тумбочку, чтобы расставить посуду. Стас принес все – жаркое, запеченную рыбу, кусок мясного пирога и местное лакомство из теста, похожее на пряники с ягодами.

Они мирно поужинали, обращаясь друг к другу с просьбами передать хлеб или налить молока. Сытая Катя откинулась на подушку и поняла, что совершенно не хочет спать. Стас собрал посуду. Накрыл полотенцем и совершенно спокойно устроился рядом:

– Расскажешь, что тебя напугало на охоте?

Катя задрожала. События дня затерли и вытеснили встречу с рысью, но Стас парой слов выдернул воспоминания.

– Я хотела отдохнуть, надышалась кислородом, – храбрясь, девушка бледно улыбнулась, а Стас подумал, что в этот момент она особенно хороша.

Но услышав ее рассказ, ирбис взъярился: рысь! Опять эта драная кошка Архыз зашла в его угодья! Решила, что хозяина нет дома!

– Кто же спас тебя от этой старой грымзы? – спросил он, ласково поглаживая дрожащие ладони Катерины.

– А потом появился другой кот, большой, – Катя сглотнула, – я думаю, это был снежный барс, такой серый с расплывчатыми пятнами на шкуре, он прогнал рысь, потом прошел рядом со мной и ушел.

– Рядом? Он тебя не тронул?

– Не тронул, – девушка опять поежилась, – но поверь, стоять рядом с ним очень страшно.

А дальше Стас ее удивил – коснувшись поцелуем ее сомкнутых рук, он встал с кровати:

– Где твоя одежда, Катя? Та, в которой ты была в лесу?

– Костюм? В коридоре. Иклюн сказала все вынести туда.

– Подожди меня одну минуту, – Стас бесшумно скрылся за дверью, оставив Катю гадать, что же произошло.

Сердитый барс спустился на первый этаж, и, стараясь не шуметь выскользнул в сени. Теплая кладовая для уличной одежды была полна охотничьих костюмов. Резкий запах крови от заячьих шкурок, вонь сохнущих носков и унт – всё раздражало его нос, заставляя чихать. Но ему нужна была одежда Кати. Он отыскал яркий бирюзово-синий костюм и принюхался. Так и есть, Катю спас глава клана. Вот почему пятна на его шкуре показались девушке расплывчатыми – глава был немолод.

Значит, Стасу нужно поспешить, глава будет ждать встречи с новой имман.