ГЛАВА 20

Я шла в окружении стражей-евнухов, словно преступница. Они подвели меня к той части здания, где располагались покои принца, а там нас уже поджидали воины-тени. Я куталась в накидку, стараясь прикрыть бесстыдный наряд, монеты на поясе и браслеты на руках звенели при каждом движении. Соприкоснувшись с сознанием воинов Дамира, поняла, что пробиться сквозь неведомую мне защиту не получится. Лишь поймав теплый взгляд одного из стражей, я убедилась, что хоть кто-то здесь мне симпатизирует. Эти энергии показались знакомыми: неожиданно яркой вспышкой в его воспоминаниях возник мой образ. И я догадалась, что этот воин сторожил меня в темнице. Мне бы попросить его о помощи, но мы уже подошли к покоям Дамира. Из гостевой комнаты, где состоялись прежние встречи с принцем, меня провели в соседнее помещение. Мое дыхание сбилось, а самые худшие предположения подтвердились: я очутилась в опочивальне. Посредине комнаты, словно озеро среди пустыни, раскинулось огромное ложе, покрытое нежно-голубым покрывалом. На постели возлежал принц, облаченный лишь в шаровары. Черные вьющиеся волосы спадали на плечи, а темные глаза обещали то ли терпкое удовольствие, то ли сладкое наказание. Дамир выглядел привлекательно и, я бы даже сказала, притягательно. Но у меня он не вызывал желания. Я застыла на пороге, осматривая комнату и пытаясь обнаружить пути к отступлению. Заметила выход на террасу, но наверняка поблизости притаились стражи, охраняя жизнь и покой хозяина.

Воины-тени принца удалились, а я так и замерла у дверей, неотрывно следя за Дамиром. Он медленно поднялся с ложа и с ленивой грацией хищника направился ко мне. А приблизившись, подхватил пальцами накидку, которую Латифа набросила на мои волосы и плечи. Шелковистая ткань мягко заскользила по коже, падая возле ног. Моим первым порывом было прикрыть полуобнаженное тело от откровенных взглядов принца. Мужчина склонил голову на бок и довольно щурился. Он рассматривал меня, словно племенную кобылу, купленную задаром на базаре. Оно и понятно. Из одежды на мне остались лишь непристойного вида лиф, расшитый камнями, да шаровары из полупрозрачной ткани, которые не слишком многое скрывали. На бедрах служанки закрепили узкую полоску с нашитыми монетами. При ходьбе они призывно звенели, как и тонкие золотые браслеты на запястьях. Одно утешало — в моей обуви был спрятан нож.

— Золотая девочка, — довольно улыбнулся принц, взял меня за руку и повел к постели.

— Спасибо, но мне и здесь хорошо, — вырвала руку из цепких пальцев и остановилась.

— Зачем сопротивляешься? — Дамир, кажется, искренне удивился. — Располагайся, отведай сладости, вина.

— Что-то нет аппетита.

Я направилась к низкому топчану, но Дамир остановил меня:

— Куда же ты? На кровати будет удобнее.

Мужчина провел ладонью по моей щеке. В этот момент, то ли нервы не выдержали, то ли терпение лопнуло, но я осознала, что игры закончились. Я вытащила из-за пояса оставленный Сурайей нож, который успела спрятать.

Я пятилась к двери, вытянув перед собой руку с оружием:

— Не подходите! Я не буду с вами спать!

— Обещаю, ты не уснешь!

Дамир с улыбкой наблюдал за моими действиями, а затем настиг меня, с силой сжав запястье. Нож упал на ковер, а мужчина подхватил меня на руки и понес к постели. Я извивалась и пыталась вырваться из его объятий, но принц был гораздо сильнее. Бросив меня на постель, он навис сверху.

— Спасите! — истошно закричала я, а затем с силой впилась зубами мужчине в плечо.

Я ожидала, что Дамир ударит меня. Или, что хуже, закроет рот поцелуем. Но не предполагала, что принц резко отстранится. В следующую секунду поняла, что это один из стражей ворвался в комнату и остановил Дамира. Удивиться не успела, потому что еще три воина бесшумно, словно тени, окружили моего спасителя.

Принц приблизился к нарушившему наше уединение стражу.

— Мехмед, как ты посмел войти?

— Я услышал крик, — ответил воин.

— Тебя звали?! — зарычал принц, а затем кивнул одному из стражей, кто сдерживал моего заступника. — В темницу! Все вон!

— Прошу, не надо его в темницу! — выкрикнула я.

Но меня никто не слушал: стражи увели моего заступника из покоев принца, я же отползла к изножью огромной кровати, прикрывая плечи и грудь покрывалом. Дамир, прожигая меня взглядом, вновь медленно приближался.

— Ты решила соблазнить моих воинов? Что ты обещала Мехмеду? Ты с ним сговорилась?

— О чем вы? — удивилась я. — В моей стране это обычное поведение достойного мужчины: откликнуться на призыв о помощи.

— А в моей стране это нарушение приказа, — процедил сквозь зубы принц.

Он обходил постель, приближаясь ко мне. Я предусмотрительно отползла дальше, схватив подушку. Не отобьюсь, так хоть прикроюсь.

— Да что с тобой такое?! — прищурился Дамир. — Любая другая была бы счастлива провести со мной эту ночь.

— Счастлива?! — возмутилась я. — Вы хотели совершить насилие! Даже ваш страж это понял и попытался прийти мне на помощь.

— Насилие? — Дамир был искренне удивлен и даже остановился, прекратив загонять меня в угол. — Я никогда не брал женщину силой! Да и ты, насколько я знаю, мечтала о моих поцелуях.

— Мечтала?! — Я задыхалась от возмущения, у меня не было слов.

То он вместо темницы приказывает воинам отвести меня в гарем, а сейчас утверждает, что я мечтаю разделить с ним постель.

— Мне Латифа сказала, — пояснил Дамир.

— Твоя Латифа обманщица! Она опоила меня! А я ведь ей сообщила, что скорее умру, чем стану твоей любовницей. В смысле, наложницей.

Принц бросил взгляд на тонкий нож, что остался лежать на ковре, перевел задумчивый взгляд на меня, а затем… развернулся и гордо прошествовал к низкому резному столу, заставленному яствами. Он взял серебряный кубок и сделал глоток.

— Не скажешь, откуда у тебя нож?

Я отрицательно покачала головой: Сурайю не выдам, а именно она и принесла мне нож, я была в этом уверена.

— Рейчел, еще никто не отказывался от моего внимания, — грозно проговорил принц, но уже не рычал.

Я бы ему поверила, если бы не вспомнила о Сурайе.

— Как же никто? А та светловолосая девушка? За отказ твои стражи избили ее плетьми!

— Откуда ты про нее знаешь? — удивился Дамир, а я поняла, что сболтнула лишнее.

— Подслушала разговор служанок, когда гуляла по саду, — нашлась я.

Дамир проворчал:

— Мало мне одной строптивицы, теперь еще эта! Чем же я разгневал богов?!

— Может, своим поведением? — подсказала я и тут же осеклась под суровым взглядом принца.

Опасность сыграла со мной злую шутку: я не в меру расхрабрилась и теперь дерзила одному из правителей Асумской империи. Правда, и Дамир позволял с ним общаться в подобном тоне и, кажется, передумал на меня нападать. Очевидно, что мы перешли к новой стадии наших отношений: к переговорам.

— Ты ошибаешься, я наказал ее не за отказ разделить со мной ложе, а за то, что она меня прилюдно оскорбила, — неожиданно признался Дамир. — Если бы там не было свидетелей, я заменил бы плети на ночь в темнице. Но нас видели. И слышали оскорбления, брошенные мне в лицо.

— Не удивлюсь, если свидетелем оказалась ваша старшая наложница Яэль, — пробормотала я.

— Смотрю, ты уже со всеми успела познакомиться. — Принц отставил кубок и протянул мне руку: — Иди ко мне, строптивица. Кажется, ты дрожишь от холода, а я могу согреть.

Я действительно дрожала, но не от холода. Мои нервы были на пределе.

— Нет, — гордо ответила я и завернулась в покрывало.

Принц пожал плечами, лег на постель рядом и лениво откинулся на подушки, глядя на меня из-под полуопущенных ресниц. Такое впечатление, что мужчина потерял ко мне интерес или его утомила борьба, и он решил передохнуть.

— Что же мне с тобой делать, Рейчел? Правду ты мне говорить не хочешь, быть моей не желаешь. Может, тебя казнить?

— Лучше отпустите, — пробурчала я.

Пока я сосредоточилась на внутренних ощущениях и эмоциях принца, пытаясь определить, стоит ли ему верить, Дамир одним прыжком оказался возле меня. Не знаю, как ему это удалось, но очевидно одно: все это время мужчина играл со мной, словно хитрый кот с глупым мышонком. Принц — опытный воин: опасный, сильный стихийный маг. И ни мой нож, ни даже страж, который пришел мне на помощь, не смогли бы его остановить. Дамир поочередно использовал кнут и пряник: запугивал, а затем ослаблял поводок, загонял в угол и делал вид, что отпускает. Сейчас я чувствовала его эмоции: ни о каком желании не было и речи. Он любой ценой пытался добиться от меня правды. Мужчина поднял мои руки надо головой, с силой сжимая запястья.

— Рейчел, ты не могла не знать, с кем встречался твой жених. Признайся, ты шпионишь для короля Амина? Что твой жених передал его людям?

Я бы сообщила принцу правду, но для меня оставалось неясным: друг мне Дамир или враг? И не в сговоре ли он с Рауфом, еще одной темной лошадкой? А главное, останусь ли я жива, после того как все расскажу?

— Я искала маму, которая пропала двадцать шесть лет назад во время войны с асумами. Те люди знали о ней, — повторила я ранее сказанное, решившись поведать самую безобидную часть истории.

— А взамен они что-то хотели от вас. Что вы им передали, Рейчел?

— Я не знаю. Жених мне не говорил. В тот дом отправился без меня — ваши воины могут это подтвердить.

Не стала говорить принцу, что просто не успела забежать в заброшенное жилище: меня схватили Тени Дамира. Но ведь я не лгала: в дом не зашла, людей, с кем встречался брат, не видела, что он им передал — могла и не знать.

Дамир резко отстранился, вскочил на ноги и рывком поднял меня с постели:

— Уходи. Утром я решу твою судьбу.

— Но я говорю правду!

— Не всю! — злился Дамир. — И с чего ты взяла, что твоя мать до сих пор жива и находится у асумов?

— Она пропала без вести. Среди мертвых ее не нашли, а недавно к жениху обратился незнакомец и сообщил, что знает, где держат мою мать. Судя по тому, что нам назначили встречу на границе с Асумской империей, я догадалась, что она живет здесь.

— Ты думаешь, она была среди пленных, которых мы тогда захватили? Как ее звали?

Замявшись, я все же решилась назвать имя:

— Леди Алиса Пожарских.

— Если эта женщина попала к нам в плен, я узнаю это для тебя.

Только я решила возблагодарить благодетеля, как он добавил:

— Но теперь ты моя должница.

— Чего вы хотите? — Представила, как он попросит отплатить ему за услугу ночью любви и поникла. На это я пойти не смогу.

Но Дамира, похоже, мое тело волновало в последнюю очередь.

— Ты должна еще раз побеседовать с провидцем Кумаром и впустить его в свой разум и воспоминания.

Я напряглась, вообразив, как провидец будет читать меня, словно открытую книгу. Но вспомнив, что в прошлый раз даже под дурманом смогла ему противостоять, все же согласилась. Дамир довольно улыбнулся.

— Отведите леди Рейчел в ее покои, — приказал он кому-то.

Обернувшись, заметила в дверях стражей. Как они там оказались и давно ли ждали, не знала. Но у меня закралась нехорошая мысль, что все это время Тени принца были поблизости, наблюдая за нашим разговором. Да и внезапное появление Мехмеда говорило об этом же.

Вспомнив о своем защитнике, решила обратиться к Дамиру с еще одной просьбой:

— Можно вас попросить не наказывать того воина. Мехмеда. Я уверена, он не желал нанести вам оскорбление, лишь хотели мне помочь.

Я даже улыбнулась принцу, призывая на помощь свое женское обаяние. Но Дамир нахмурился:

— Воин нарушил приказ, за это его следовало бы проучить.

— Пожалуйста, принц Дамир. Он защищал меня.

Судя по тому, что принц продолжал хмуриться, моя просьба не достигла цели.

— Хорошо, я подумаю, а теперь иди. Ты и так отняла у меня слишком много времени, принеся лишь головную боль. А я рассчитывал получить удовольствие.

Не стала говорить, что удовольствие он может получить с другими наложницами, как и не стала злоупотреблять гостеприимством. Плотнее закуталась в накидку и, прошмыгнув мимо принца, направилась в свои покои в окружении воинов. На входе в женскую половину дворца Тени принца передали меня с рук на руки стражам-евнухам.

Что ж, в этом бою я выжила, не считая испуга, потраченных нервов и утерянного ножа. И в то же время радовалась тому, что не слишком интересую Дамира как женщина. Его куда больше волнуют мои тайны. И пока я их храню, буду жить.

Латифа и прислужницы ждали меня в комнате. Я не стала ничего рассказывать хитрой лисице о встрече с принцем, лишь попросила оставить меня одну, ссылаясь на головную боль. А как только женщины ушли, сняла ненавистную одежду, нацепив удобные шаровары и тунику из плотной ткани. Вдруг Дамир не успокоится и ночью вызовет меня на очередной допрос? Хоть предстану перед ним в приличном виде.

Как только голова коснулась подушки, я погрузилась в сон. Мне снился Корвин, и он звал меня.

— Ричи, прости. Я обманул тебя.

— Корвин! — То ли во сне, то ли наяву позвала я друга. — Ты жив!

— Прости, Ричи!

— Прошу, расскажи, с кем ты встречался в том доме? Что те люди сообщили тебе о моей маме? Где она?

Корвин что-то говорил, но его голос делался все тише, наша связь истончалась, а вскоре и вовсе исчезла.

— Корвин, постой. Не уходи! Скажи мне! — умоляла я, но брат молчал.

Зато другой голос недовольно произнес:

— Да тише ты. Разбудишь всех слуг.

Я резко открыла глаза и обнаружила Сурайю. Это она пыталась меня разбудить. Видимо, я звала друга не только во сне, но и наяву.

— Что ты здесь делаешь? Уже ночь! — удивилась я.

— Пришла узнать, как прошла твоя встреча с Дамиром. Он… он не навредил тебе?

— Нет, все хорошо, — улыбнулась я, увидев, с каким напряжением та всматривалась в мое лицо. — Твой нож, который ты случайно забыла в вазе с фруктами, мне очень помог. Правда, остался у принца.

— Но ты не поранила его? — Теперь я расслышала иное волнение.

Это что же, она переживает не только за меня, но и за принца? Вроде бы она ненавидела Дамира. Чуть глубже погрузившись в ее эмоции, с удивлением обнаружила, что ненависть к принцу никуда не исчезла. Но были и другие чувства, природу которых я пока не понимала.

На всякий случай успокоила Сурайю:

— Да жив твой Дамир, даже царапинки нет. И я не интересую его в качестве наложницы или жены. Он думает, что я шпионка. Вот и пытается любым способом добыть информацию.

— Но ты же не шпионка? — Округлила глаза собеседница и тут же улыбнулась: — Конечно, нет. Я бы почувствовала, если бы ты замыслила дурное. Я уже говорила, что обладаю небольшим провидческим даром. Многое, увы, распознать не смогу, но темную душу увижу.

— Я не шпионка, просто пока не знаю, друг ваш Дамир или враг мне. — Помедлив, решила рассказать чуть больше о себе. — В тот день, когда меня схватили асумы, мы с братом и женихом были на границе и встречались с одним человеком. Он должен был сообщить, где держат мою мать. Я разыскиваю ее уже много лет.

— Твоя мать пропала много лет назад? И ты думаешь, она живет в Асумской империи? — догадалась Сурайя.

Но тут же затихла, прислушиваясь к звукам. Как и в прошлый раз, девушка тенью соскользнула с кровати, прячась за массивным изголовьем.

А в следующий момент дверь в мою опочивальню приоткрылась, и на пороге возникла служанка.

— Вы звали? Я слышала голоса.

— Мне приснился кошмар. Видимо, я кричала во сне, — объяснила я «заботливой» прислужнице, которая зачем-то подошла к нише с одеждой, поднеся лампаду, а затем заглянула и в купальню. Уж не стража ли она там искала? Вспомнив, что за пологом прячется Сурайя, я проворчала: — Вы дадите мне наконец-то поспать?! Я пожалуюсь Латифе, что вы беспокоите меня ночью!

Девушка бросила на меня встревоженный взгляд.

— Если что-то нужно, потяните за шнур возле кровати. В нашей комнате колокольчик, мы услышим и прибежим.

Вот, значит, как Латифа в прошлый раз вызывала служанок. Я покосилась на толстый золотой шнур, решив, что лишний раз не дотронусь до него.

Но вслух произнесла другое:

— Обязательно позову, а теперь дайте мне поспать.

— Может, набрать вам купель? Помочь переодеться? Расчесать волосы? — не успокаивалась девица, а сама все шарила взглядом по комнате.

Я приподнялась на локтях и рявкнула:

— Вон!

Неожиданно почувствовала себя стихийным магом: служанку как ветром сдуло. Сурайя выбралась из укрытия, а я наконец-то поняла, почему в комнате так светло, словно не ночь, а близится рассвет. На небосклоне заметила огромный белый шар, лунный свет проникал сквозь неплотно прикрытые ставни.

— Через несколько ночей луна побледнеет, а дневное небесное светило поглотит красное марево. Тогда боги сойдут с небес, чтобы говорить с людьми и исполнить их желания, — заключила Сурайя, проследив за моим взглядом.

Я кивнула. В Дардании жители тоже верили в то, что четыре раза в году, как только на небосклон взойдет красное солнце, магия оживет. В эти дни провидцы, стихийные маги и целители проводили особые ритуалы. Я об этом слышала, но не верила. Как не верила и в другие чудеса, пока сама не коснулась ока Ди, и артефакт не пробудил мой дар. Может, если я попрошу в этот день бога Ди о чуде, он исполнит мое желание? Больше всего на свете я хотела бы узнать, что произошло с мамой.

— Это зачем? — поинтересовалась я, наблюдая за тем, как Сурайя накидывает подушки на постель.

— Чтобы обмануть служанок. Если они заглянут к тебе, подумают, что ты спишь, — объяснила она.

— Зачем? — вновь спросила я, не разгадав ее замысел.

— Разве тебе не хочется посмотреть, как живет наш король? — хитро улыбнулась новая знакомая.

— Мы проследуем в ту половину дворца, где живет король Амин? — догадалась я, следуя за девушкой к изголовью кровати.

— Да, — подтвердила Сурайя и откинула полог.

— И мы пойдем не по коридору и не по центральной аллее? — уточнила я, наблюдая за тем, как Сурайя надавливает пальцами на резной узор.

В следующий миг часть стены бесшумно приоткрылась, словно дверь.

— Нет, конечно, — хихикнула бунтарка, взяв меня за руку и затягивая в темноту. — Мы пройдем тайным переходом, о котором во дворце мало кто знает.