ГЛАВА 9

Ночью со мной произошло нечто странное. Я вновь слышала голос, и он требовал рассказать, куда я спрятала украденный из дома Бригза лист. Не помню, поведала ли я о своем секрете, но слышала слова призыва. Голос приказывал, подчинял. Я же изо всех сил сопротивлялась, пытаясь пробудиться. Очнулась посредине ночи с ощущением чужого присутствия в комнате. Дверцы шкафа были приоткрыты, один из ящиков комода выдвинут. Возможно, я сама оставила беспорядок, так и не закончив уборку. Но на всякий случай закрыла дверь в комнату на щеколду и придвинула стул. Только после этого смогла спокойно заснуть.

Последующие дни я завтракала в одиночестве: Корвин уходил на службу рано, словно старался со мной лишний раз не встречаться. Да и я особо не горела желанием его видеть. Обедала я с отцом, а ужинали мы все вместе. А вечерами закрывалась в кабинете и просила меня не тревожить, ссылаясь на то, что мне необходимо дописать книгу. Жених заметил, что я изменилась, и он не узнает веселой и жизнерадостной Ричи. Мне было проще: я не знакома с этой стороной своей натуры.

Постоянно вспоминала Риджинию и гостеприимный дом лорда Северса. За эти дни шеф полиции так и не появился у нас. Если бы я хоть что-то испытывала к Корвину, мне было бы легче забыть Лукаса. Но память услужливо подкидывала видение, как мужчина столкнул меня с палубы в море. А что если это не сновидение, а реальное воспоминание? Тогда зачем ему это нужно? Ведь я не была богатой невестой: наоборот, нас обеспечивал именно Корвин. Да, мои книги неплохо продавались, но это не могло сравниться с жалованьем жениха, который работал в имперском охранном предприятии, создавая магические ловушки. В нашей жизни было нечто такое, о чем я не знала, и сегодня убедилась, что жених от меня что-то скрывает.

Вечером у нас был странный посетитель. Сперва я думала, что его прислал Лукас, но ошиблась. Корвин объяснил, что к нему пришел коллега, и просил меня оставить их в гостиной наедине. Сделала вид, что поднимаюсь на второй этаж, а сама притаилась у двери. Мужчины говорили тихо, а беседа больше напоминала допрос, а не разговор коллег.

Усатый гость так и сказал:

— Вы же понимаете, мистер Дэй, что лучше я задам вам несколько вопросов здесь, чем приглашу в отделение. К чему вам лишние слухи?

— Задавайте. Но я не понимаю, чем обязан подобной чести.

— Вы работаете с охранными ловушками, некоторые из них лично проектировали?

— Совершенно верно, — согласился Корвин.

— Как часто вам приходилось бывать во дворце? — поинтересовался мужчина.

— Часто.

— Я знаю, что вы устанавливали ловушки в жилой части дворца. И в покоях императора? — спросил сыщик.

В том, что мужчина имеет отношение к полиции, после подобных вопросов сомнения не было.

— Да. Но я не понимаю, к чему этот допрос?! — возмутился Корвин.

В отличие от него я понимала, к чему эти вопросы. Если на императора Эрика совершено покушение, то проверяют весь персонал, как и обещал лорд Вивер при разговоре с Лукасом.

— Скажу так: это дело государственной важности. Поэтому прошу припомнить, когда вы в последний раз были во дворце, — давил на Корвина мужчина.

— Три недели назад, а вернулся на днях. В отпуске со мной произошел несчастный случай, и я попал в клинику в Атрии, — пояснил жених.

— Я уже наслышан о вашем неудачном морском путешествии. И рад, что невеста жива, — тихо проговорил сыщик, а я прижала ухо плотнее к двери.

— Благодарю. Я удивлен вашей осведомленностью. Только какое это имеет отношение к вашим вопросам? — с раздражением спросил Корвин.

— Не знаю. Все может иметь отношение…

Я не расслышала продолжения фразы, собеседники тихо переговаривались, а затем Корвин повысил голос:

— Не думаете ли вы, что это я отключил магические ловушки в покоях императора? Я был в отпуске и вернулся недавно.

— Тогда прошу вас в письменном виде подготовить объяснения: где именно вы находились, с кем встречались, а мы все проверим, — настойчиво попросил мужчина.

— Да что произошло-то? — не выдержал Корвин.

— Пока не могу сказать. Сейчас мы подпишем магический договор о неразглашении деталей нашей беседы.

Мужчина был любезен, но это обманчивое впечатление. С такими же интонациями со мной общался и лорд Вивер. Не удивлюсь, если лорд Максимилиан имеет какое-то отношение и к полиции, и к этому усатому типу.

Я расслышала шаги и, тихонько отбежав от двери, поднялась в свою комнату. Решила надеть привычные брюки с рубашкой и застыла: вещи в гардеробе висели по-другому. Мне и вчера показалось, что кто-то осматривал саквояж, он стоял на другой полке. Да и белье в комоде было сложено иначе. Неужели приходящая убираться девушка позволила себе рыться в моих вещах? Тут я вспомнила о листке с заклинанием. Подошла к комоду на негнущихся ногах и открыла ящик с нательным бельем: странички из книги на месте не оказалось. Я вытащила ящик и вытряхнула белье на кровать. Судорожно перебирала вещи, но листка, вырванного из книги, так и не обнаружила. Вспомнила, как ночью «внутренний голос» настойчиво спрашивал о моем приключении в Риджинии и о том, где спрятан лист. Этот же голос руководил мной в те дни, когда я жила в Риджинии. А вдруг то, что произошло в доме лорда Бригза, не было случайностью или безумием? Возможно, кто-то все спланировал? Это походило на один из моих детективных романов, но в реальности такого не бывает. Наверняка лист забрала горничная, не разобрав, что к чему.

На следующий день, когда Виви, дочка поварихи, стирала белье, я поинтересовалась о пропавшей странице.

— Как можно?! Я только мою полы, ковер на днях вытряхнула, портьеры почистила. Но в шкафах не роюсь. Вещи стираю лишь те, что вы кладете в корзину, — обиженно произнесла девушка.

Я тут же извинилась перед ней, поверив объяснениям.

За ужином, когда отец ушел в свою комнату, поинтересовалась у Корвина:

— Ты на днях не заходил в мою спальню? Ничего не искал?

— Я? — искренне удивился он. — Нет, конечно! А что случилось?

— Кое-что пропало, — проговорила, наблюдая за реакцией жениха.

Но тот лишь выгнул бровь:

— Что именно? Ты что-то вспомнила?

Я решалась, сказать ли ему правду или нет. Но все же соврала:

— Нет, память так и не вернулась. Я начала новый роман и сделала пометки. Оставила листы в спальне, но не могу их найти.

— Может, они в кабинете? — предположил Корвин и продолжил ужин.

Я пожала плечами:

— Может быть. Я проверю еще раз.

Корвин не выказал никаких эмоций, но почему-то я ему не верила. И меня насторожило, что поздним вечером жених намеревался встретиться с другом и пропустить по стаканчику, но имя друга назвать отказался.

— Может, пойду с тобой? Развеюсь, — предложила я, а Корвин отчего-то нахмурился. — Наверняка я знаю всех твоих друзей.

— Даже если ты его знаешь, то не помнишь, — тут же нашелся он. — Это сослуживец. Я ненадолго, но ты не жди меня сегодня, ложись спать.

Он так сказал, словно я вечерами действительно его ждала. А может, раньше, в той, другой жизни, так и было?

Моя подозрительность перерастала в безумие, но я все же решила проследить за Корвином.

После ужина достала из гардероба поношенный сюртук, удивляясь, откуда он там взялся. Нашла кепку и убрала под нее волосы. Обмотала шею длинным вязаным шарфом, прикрывая нижнюю часть лица. Взглянув в зеркало, удовлетворенно кивнула своему отражению. Я выглядела, словно мальчишка-подросток. Все лучше для прогулок в позднее время, чем молодой леди одиноко бродить по пустынным улицам.

В таком наряде я и караулила Корвина в каморке под лестницей, где мы хранили домашнюю утварь. И наконец услышала, как скрипят половицы. Жених вышел из дома, а я последовала за ним.

Только потом сообразила, что если он воспользуется мобилем, то мне за ним не угнаться. Но к моей радости мужчина отправился на встречу с «коллегой» пешком. Я следовала за женихом, соблюдая приличное расстояние. Мы пересекли Цветочную улицу и еще одну, а затем прошли пару проулков, отдаляясь от центра города. Дома здесь были скромнее, то и дело встречались одинокие дамы определенной профессии и подвыпившие мужички. Я изображала парнишку, который после трудового дня торопится домой, и на меня никто не обращал внимания. А когда Корвин оборачивался, я завязывала шнурок или отворачивалась, якобы засмотревшись на окна домов. Наконец он остановился у входа в кабак и вошел внутрь. Спустя пару минут я последовала за ним. При свете фонарей только сейчас смогла как следует разглядеть его одежду: он тоже предпочел поношенный сюртук и старые брюки, а на глаза надвинул кепи. Странный наряд для того, кто служит в имперском охранном предприятии. Да и место он выбрал несолидное: не ресторан или кофейня в центре столицы, а дешевая забегаловка, где лавочники и рабочие проводят свой вечерний досуг.

Помолясь всем богам, о которых рассказывал Лукас, я вошла в питейное заведение. Внутри было многолюдно, душно и шумно. Широкие столы и деревянные лавки стояли друг к другу впритык, в углу за хлипкой ширмой собрались игроки. Заметила широкую спину Корвина: он пробирался к дальнему столику, за которым его поджидал пожилой мужчина. Я заприметила одноместный столик, заставленный объедками. Видимо, кто-то только что ушел. И ринулась к одинокой табуретке, сев боком к Корвину и его собеседнику. Пошарив в кармане, вытащила прихваченную из дома мелочь — на кружку местного пойла должно хватить. Краснолицая подавальщица недовольно покосилась на меня, когда убирала со столика. Но, заметив монеты и выслушав мои пожелания, подобрела, хоть и фыркнула:

— Не мал ты еще, чтобы пить?

— Ты это, давай неси. Деньжат немного подзаработал сегодня, имею право, — прохрипела я, изменив голос.

— Ладно. Мне-то что, — пожала плечами девица, а через несколько минуту поставила передо мной кружку с мутной желтой жижей и тарелку с обгоревшими сухарями.

Я сделала вид, что пробую напиток, даже крякнула от удовольствия. А сама старалась прислушаться к разговору Корвина и его собеседника. Уже ругала себя за мнительность и глупость. Ведь Корви ко мне хорошо отнесся, все это время был внимательным, заботливым. Может, надо обо всем честно рассказать, и вместе мы что-нибудь придумаем? Но когда заметила, как жених протягивает мужчине лист, а незнакомец его бережно разворачивает и смотрит с благоговением, сомнения улетучились. На тонкой пожелтевшей от времени бумаге было украденное мной заклинание. Собеседник Корвина торопливо убрал лист за пазуху и передал жениху увесистую пачку, судя по всему вознаграждение. И затем положил на стол какую-то карту. С моего места было трудно разглядеть, что на ней изображено, а до слуха доносились лишь обрывки фраз, произнесенные женихом:

— Мы так не договаривались! Почему еще одно задание? Как я отыщу клад?

Корвин, похоже, забыл о конспирации. Он нервничал, дергался, отвечал порывисто. Бугай за соседним со мной столиком что-то крикнул подавальщице, и я не расслышала ответ незнакомца. И все же я догадалась, что Корвину поручили найти какой-то клад. Тем временем собеседник Корвина уже устремился к выходу, а жених после встречи сник, опустив голову на руки. Теперь у меня не было сомнений, что он причастен к моему падению в море, к той краже в кабинете лорда Бригза, а возможно, и к покушению на самого императора. Эх, Корвин-Корвин, куда же ты влип? И во что втянул меня? Вспомнив, что я пережила в те часы, когда волны бросали мое тело, словно бесполезную щепку, жалость испарилась, а на ее место пришла решимость. Я сейчас же поговорю с женихом и все выясню! Поднялась с места и направилась к столику, за которым сидел расстроенный Корвин.

Но в эту секунду кто-то распахнул дверь и крикнул:

— Копы! Прекращайте игру!

Что тут началось! Посетители резво вскочили с мест и потянулись к выходу. Стол, за которым в дальнем углу восседали игроки, уже перевернули, а самих зачинщиков и след простыл. Я пыталась пробраться к Корвину, но тот вскочил на ноги и бросился к распахнутому окну. Решила последовать за ним, но какой-то здоровяк с силой отпихнул меня локтем, и я отлетела к стене, больно ударившись головой. А в помещение уже забежали полицейские с криками:

— Всем стоять! Руки за голову. К тем, кто ослушается, будет применена магия!

Кто-то последовал указаниям и поднял над головой руки, а некоторые бросились к черному ходу. И я за ними. К сожалению, там нас уже поджидали.

— Заходим по одному, голубчики мои, — радовался пожилой полицейский, открывая дверцу черной крытой повозки с решетками на узких оконцах.

Я пыталась юркнуть в сторону, но крепкая рука схватила меня за шкирку, подняла над землей и закинула в кибитку.

— Шустрый ты больно, малец. Как крепкие напитки пить да в игры играть — знамо дело, первый. А как ответ нести — в кусты. Не выйдет! — пожурил меня усатый, наподдав коленкой под зад.

Вот сейчас я прочувствовала на собственной шкуре, что идея переодеться парнем была так себе. С другой стороны, меня могли принять за даму легкого поведения, которая промышляет по ночам с определенной целью. Как ни посмотри, а влипла я по самые уши и нос.

Три переполненных повозки быстро доехали до участка, а там нас развели по камерам. В нашу набилось человек двадцать, но Корвина здесь не было. Ко мне никто не лез с разговорами, лишь какой-то пьяненький мужичок причитал, что жена его то ли выгонит из дома, то ли сразу убьет. Остальные хмурились, явно наспех придумывая версию для сыщиков. Когда в следующий раз открылась дверь, усатый полицейский ткнул в меня пальцем:

— Давай, малец, выходи. Скажи дознавателю правду и тебя отпустят.

Меня провели в небольшую комнатку, там сидел знакомый дознаватель в нарукавниках: ранее он записывал показания Корвина. Сейчас мужчина выглядел уставшим, то и дело зевал. Быстро взглянув на меня, окунул перо в чернильницу и спросил:

— Имя, возраст, занятие. С какой целью посещали питейное заведение? Принимали ли участие в запрещенной игре на деньги? Были ли в курсе, что лицензии у кабака нет?

Я не могла честно ответить ни на один из этих вопросов. Врать тоже не было смысла, ложь легко проверить, как только с меня снимут кепку и шарф. И задержаться здесь не могла — если Корвин догадается, где я была и что слышала, не уверена, что оставит меня в живых. Раз уж не пощадил в шторм, то сейчас тем более избавится от невесты, которая слишком многое знает о его темных делишках. И что же мне делать? У кого просить о помощи?

— Или ты будешь отвечать, или вернешься в камеру. Утром пусть с тобой новый дознаватель возится. У него силенок поболе с утра будет. Всю душу из тебя вытрясет, пока не признаешься, — устало проворчал мужчина. И тут же крикнул: — Охрана, заберите!

— Нет, стойте! — взмолилась я. — У меня есть кое-какая информация для шефа Лукаса Северса. Позовите его.

— Для лорда Северса? — прищурился мужчина. — А откуда ты знаешь шефа полиции Риджинии? И как проведал, что он в столице?

— Знаю и все тут. Просто передайте ему, что у меня есть кое-какая информация о леди Рейчел Пожарских. Уверена… — Я запнулась, но тут же исправилась: — Уверен, он будет вам благодарен.

Дознаватель пару секунд раздумывал, а после приказал вошедшему охраннику:

— Покарауль пока парнишку, а я лично доложу лорду Северсу. — Полицейский строго посмотрел на меня. — Тебе повезло, что дела задержали шефа в участке. Так бы ждал до утра. И лучше бы у тебя была полезная информация.

— В этом не сомневайтесь.

Я не знала, правильно поступаю или нет. Но другого выхода не было. Придется рассказать Лукасу правду: про кражу, про Корвина и подслушанный разговор в кабаке. В ином случае остается гадать, когда жених вновь организует на меня очередное покушение.

Наконец дверь в комнату открылась, и на пороге появился Лукас. Мы не виделись несколько дней, и теперь я внимательно рассматривала его. Лорд Северс осунулся, выглядел уставшим.

— Ты хотел меня видеть. Говори, — резко произнес Лукас, сразу же переходя к делу.

— Пусть они выйдут, — просипела я, пока еще не выходя из образа уличного мальчишки.

— Вот наглец… — возмутился дознаватель.

— Мистер Марек, прошу вас, оставьте нас ненадолго. — Правда, Лукас не просил, а приказывал.

— Как скажете, — вздохнул мужчина и забрал со стола бумаги с чернильницей. — Тогда займу другую комнату.

И мы с шефом Северсом остались наедине. Он подошел ко мне и схватил за плечо, поднимая со скамьи.

— Говори!

Я сняла с головы кепку, и волосы тут же рассыпались по плечам. А затем стянула шарф, открывая лицо.

— Рейчел? Ты?!

Кажется, я смогла удивить лорда Северса. Но в следующую секунду удивил он, когда сгреб меня в охапку и зарылся лицом в мои волосы.

— Боги, как ты здесь оказалась? Что случилось? И как же я рад тебя видеть!

Я задержала на секунду дыхание. Уверена, что после моего рассказа радость от нашей встречи сильно померкнет.

— Лорд Северс, нам надо серьезно поговорить. И боюсь, что после этой беседы вы больше никогда не захотите меня видеть.