4. Дальше

А дальше было все, как в тумане. Отмахнувшись от что-то блеявшего Клопа, Кира выхватила у него ключи от любимого “Волка”, жетон от гостиничного номера и решительно выдвинулась навстречу судьбе. А судьба не заставила себя ждать. 

Темная улица, поворот и  высокая темная тень, скользнувшая на проезжую часть. Кира могла поклясться, что еще мгновение назад тут было пусто, а потом… будто воздух сгустился в ломкий длинный силуэт. Только чудо и немалый водительский опыт спасли незнакомца от смерти под колесами: девушка успела затормозить и своего стального коня повернуть, отчего тот начал стремительно падать, и все, что ей оставалось — это слететь кувырком на асфальт. Взвыв от боли в разбитом колене, Кира стремительно вскочила и побежала к тому ненормальному, что сломанной куклой валялся, выброшенный страшным ударом на тротуар. 

Быстро ощупала пострадавшего, тот застонал. Осторожно перевернула и даже подпрыгнула от увиденного.

Перед ней, весьма живописно раскинув руки и ноги, лежал незнакомец из бара. Тот самый, что от нее так резво сбежал. Что ж, далеко убежать у него не получилось.

Охота вышла удачной, даже если сама Кира планировала что-то иное.

— Эй! Ты жив там? — пискнула ему прямо в лицо. 

Незнакомец поморщился и прошептал очень тихо: 

— Не дыши на меня, псиной воняет. Сотрясение мозга... наверное. Я вампир. Так что можешь смело меня добивать.

— Сам ты вонючка! — девушка сморщила носик, тщательно отворачиваясь. — Ты же дохлый, откуда вообще сотрясение мозга? Если верить учебникам, должен покрыться трупными пятнами, орать “Бу-га-га”, хлопать перепончатыми крыльями и чувствовать себя совершенно здоровым!

Вечно ей не везло на мужчин. В кои-то веки к ее ногам (ну ладно, под колеса) падает интересный экземпляр, да и тот оказывается вампиром, к тому же каким-то неправильным.

Она зло подхватила его и попыталась усадить. Вампир же просто обязан быть живучим! А он громко стонал, обхватив голову красивыми белыми руками, и никак не желал сидеть ровно. Чуть отпустишь — на бок заваливается!

— Видимо, я исключение? — наконец как-то усевшись, задал тихий и глупый вопрос он, вынимая белоснежный платок из нагрудного кармана своего щегольского костюма. Ты погляди ж, какой франт! У Киры отродясь платков не было, тем более — белых. Посидел пару секунд и совершенно бессовестно свалился опять, уже, правда на спину. Так и лежал этот убогий, свой длинный нос устремив прямо в черное небо, и аккуратно придерживал у ноздри тонкий платок, стремительно темнеющий от крови.

 — О! Кровь… — зачем-то констатировала она. Вампир покосился в ее сторону одним темным глазом. 

— А вы думали, мои сосуды наполнены мерзкой зеленой слизью?

— Скорее уж, желчью. А ты точно вампир? 

Он молча вздохнул, закрывая глаза. 

— Погоди, а откуда ты взялся? Если верить…

— Врут все ваши учебники. Но вы, кажется, очень спешили куда-то? Продолжайте свой путь…

Прозвучало трагично. Таким тоном обычно разговаривают на кладбище, провожая покойников.

— Очень больно? — Кира уже бросила свою глупую затею поднять его и усадить. Вообще, если бы он был человеком, то подобное обращение раненого могло просто убить. А вдруг там перелом позвоночника? Кира помнила правила первой помощи людям при ДТП, но пострадавший ее оказался вампиром. Длинный и тощий, он только на вид был сухим, как креветка, а весил мужик ого-го. Будто каменный.

— Какая вам разница? — он криво усмехнулся, отнимая от носа уже насквозь пропитанный кровью платок. — Боитесь, в полицию сообщу? Не волнуйтесь. Судя по общему моему состоянию, вряд ли я доживу до утра.

Кира поежилась. Врет, он ведь врет? Играет на чувстве вины? У-у-у, вампиры — хитрые твари, они могут. Хотя, конечно, она его здорово шарахнула, тут не поспоришь. Удар был что надо. Но он же нежить, в конце концов, не ребенок!

— Да вы живучие как тихоходки! — не очень уверенно возразила. 

— Я не пил крови уже несколько месяцев. По… этическим соображениям. А сейчас травма тянет все силы. Да уезжайте уже, я тут сдохну и ладно. Утром коммунальным службам будет подарочек.

И ведь Виктор почти даже не врал. Так, немножечко преувеличивал.

Кира занервничала, поднимаясь на ноги, обошла его кругом, ломая пальцы. Она почти убила человека (вампира, но не суть важно). Она — убийца!

Он явно не притворялся, стремительно бледнея и становясь все худее прямо-таки на глазах! И голос вампира действительно становился все тише и тише. 

Да что за напасть! Почему на ее бедную голову вечно валятся то любители приключений, то бабники, то вампиры?

Вытащила из кармана куртки свой новенький телефон, дрожащими пальцами набрала номер бабника. А что делать? Он хоть и кобель невозможный, но мужик вполне надежный. И друг… хоть и бывший, наверное.

— Трям, Клоп. У меня файр.

— Вот почему вечно так: пьем мы, а проблемы создаешь ты, дорогая?

Вот кто бы вообще говорил! Особенно, вспоминая их утро — в ее, между прочим, номере! 

— Заберешь меня с “Волком” сразу за перекрестком Попова и Преображенской? Да рядом я тут… валяюсь в тридцати метрах направо, напротив гимназии, за пешеходным переходом, — она не любила просить, но уж если просила, все знали: причина у Киры серьезная.

— Мужика подцепила опять? — кто о чем, а Клоп о своем, кобелином. 

— Мечту всей моей жизни, — ответила громко и очень уверенно, уловив чутким ухом, как лежащий на тротуаре вампир тихо выругался. — Такси сейчас ему только вызову и отправлю прямиком сразу в рай. 

— Смешно тебе все, — Клоп и в лучшие времена шуток не понимал. — Сейчас я приеду. 

Отключила звонок, судорожно набирая номер такси.

— Тебя куда отправлять, умирающий? — нужно было заканчивать с этим.

— На кладбище.

Он так и лежал носом кверху и вставать явно не собирался. 

— Адрес давай, я тебя погружу и разгрузку водителю оплачу. Хочешь, могу даже проводить для надежности.

Зачем она это сказала? Ей показалось, что этот наглец содрогнулся в ответ словно от жуткого омерзения.

— Мне некуда ехать. Только сегодня приехал, — слова ему явно давались с трудом. — Вещи все в камере на вокзале. 

Зачем Виктор соврал? А он и сам не знал. Захотелось… жалости? От кого, от оборотня? Видимо, у него все же последние мозги вылетели через нос. А все же неистребимое любопытство ученого требовало продолжать странный и болезненный эксперимент. Если он сейчас отпустит эту диковинную волчицу, всю жизнь будет жалеть.

— А ночевать ты на кладбище собирался? — чуткое ухо волчицы уловило шум двигателя знакомого мотоцикла. 

— Об этом, — тут он шумно вздохнул как-то судорожно, действительно помирать, что ли собрался? — я и не подумал. 

Ну просто прекрасно! Везет Кире все-таки на мужиков!

Клоп подъехал быстро и предусмотрительно захватил с собой еще одного члена их “банды Волков”, тщедушного и щуплого с виду Лешеньку. Это для наивных людей парень был хлипким. На деле он бегал марафоны, участвовал в каких-то там многоборьях и был необычайно силен. Вот Лешенька и занялся Кириным мотоциклом, пока Клоп стоял у нее над душой и сопел. 

Она первой не выдержала:

— Слушай, у тебя все равно там Танюха приехала и ждет тебя… с нетерпением. Так откуда укор в этом взгляде?

Взгляда видеть затылком она не могла, поворачиваться к бывшему другу лицом никакого желания не было, так она и стояла, скорбно рассматривая лежащего кверху носом вампира. 

Судя по рваному вздоху, мужчина опешил от такой наглости.

— Вообще-то у меня в номере вещи остались… — брякнул байкер первое, что пришло в голову. 

Внезапно вампир приоткрыл один глаз и с любопытством воззрился на громко сопевшую парочку. 

— Врешь ты все. Ты даже не помнишь, как там оказался, — Кира пожала плечами и не зная зачем, вдруг подмигнула вампиру. — Я, кстати, тоже.

Тот в ответ ухмыльнулся. В покрасневших глазах вдруг мелькнуло… сочувствие? Ей показалось, конечно. Откуда у нежити эти чувства? 

— Вру. Ты потащишь это к себе в номер?

Видит Создатель, вовсе и не собиралась Кира творить эту глупость. Даже в мыслях не было! Кто Клопа за язык потянул?

— Ну конечно! Присмотрись повнимательнее, разве не видно? Я нашла, наконец, свой идеал. Чуть от восторга его не прибила, как думаешь, упущу я его?

В ответ вампир застонал очень громко. Но чуткая Кира успела заметить: он так успешно скрывал натуральные корчи от смеха, пряча нос в свой кровавый платок и подтянув к животу свои тощие колени.

Да… чувство юмора у кровососа было на уровне. В отличие от Клопа. 

— Я был о тебе лучшего мнения, — уронил тот банальность.

Кира тоже была, если честно. Но мотоцикл ей был дороже признаний и откровений, а потому она промолчала, наблюдая, как Лешенька его, наконец, дотащил до пешеходного перехода и пытается завести.

— Буду тебе очень-очень признательна за доставку “Волка” и размещение на стоянке. Созвонимся. Леш! — она рукой помахала парнишке, тот оглянулся — С меня квартальная премия!

И улыбнулась зубасто. А что? Каждый знает: дружить с бухгалтерией очень приятно. А Кира была даже не просто бухгалтером, она заведовала всем этим змеюшником. И не где-нибудь, а в самой Инквизиции, между прочим.

Клоп снова уныло вздохнул и подгрузил свое пузико на темно-синий “Харлей”. 

— Жаль, что все у нас так получилось, — снова брякнул избитую фразочку.

— Хорошо еще, что не получилось никак, — туманно и невнятно ответила Кира. Для Клопа это было уже чересчур. Он явно будет думать над ответом до самого Питера. Денно и нощно. Ничего, ему полезно.

На самом деле Кира не просто так фехтовала словесно со своим бывшим другом. За это короткое время она вызвала в мессе такси и уже даже слышала чуткими морфьими ушами гул мотора. Вот только что она будет делать с увесистым вампиром? Он же весит, как чугунная пушка! Хотя Кира пушки, конечно, не взвешивала. Не пришлось. Пока.

— Поезжайте уже. Помощь мне не понадобится. 

В этом она сомневалась, конечно, но не хватало еще, чтобы волки вампира унюхали. Странно, что до сих пор этого не случилось, видимо, все-таки он нетипичный вампир. Да она и сама в баре не догадалась!

Клоп развернул свой “Харлей” и в сопровождении ехидно хихикающего Лешеньки на Кирином “Волке” двинулся в сторону бара.

— И не стыдно тебе? — зачем-то она обратилась к вампиру.

Он открыл сразу же оба глаза и тяжко вздохнул.

— Гостиница твоя далеко?

— Уайт Хилл. Говоря откровенно, тут пешком минут десять. Ну как тебя я дотащу? Ждем такси…

— Почему ты со мной носишься? Брось, говорю. Может, мне жить надоело.

Вампир с суицидальными мыслями? Прелесть какая. Теперь в его отношении у Киры работал не только охотничий интерес, но еще и чисто научный. Что за уникум валяется на тротуаре?