Глава 37 – Брутальные русские

Мы едем очень долго. Устало ерзаю на сиденье. В окне мелькают то поля, то лес.

Бьянко разворачивается, притягивая спиной к себе на грудь.

- Куда мы едем?

- Мы едем к Илье Муромцу.

- Богатырь? - с недоумением уточняю я.

- Самый настоящий, - в его голосе улыбка.

Машина останавливается, мужчины выходят покурить, мы - размяться.

- Ой, ну зачем вы арбузы взяли? - инспектирует сумки Эля, жена Макара. - Они же не сладкие.

- Это вам - не сладкие, а я их для другой девушки взял, - отвечает ей Бьянко.

- Какой девушки? - шепчу ему.

- Очень симпатичной. Марфе. Вы скоро познакомитесь.

- Жена Ильи Муромца? - гадаю я.

- Скорее - дочь, - смеются мужчины.

Ревниво хмыкаю.

Марфа ещё какая-то!

Едем дальше. Снова ложусь к нему на грудь.

Вожу пальцем ему по бедру, рисую восьмёрки. Хочу, чтобы думал только обо мне, а не о своей этой Марфе.

Слышу, как сбивается его дыхание мне в ушко. Ловит мою руку, прижимая сверху своей.

- Ччч...

Поднимаю лицо, целуя его в подбородок и выпрашивая поцелуй, слегка кусаю за челюсть.

Поднимает лицо из зоны моего доступа. Садится повыше, целует в макушку.

Я начинаю нервничать из-за того, что его руки больше не наглеют.

Прикладываю его ладонь к своей груди, к сердцу. Там болезненно ноет.

И сама же себя ругаю, что это не очень-то достойно - ревновать. Без повода.

Так все тонко. Связь такая тонкая между нами... И я даже ничего о нем не знаю.

Вторую его ладонь прижимаю к губам. Целую.

Мне кажется, если эти руки отпустят меня, то я опять попаду в центр урагана и меня уже ничего не спасет.

- Ты чего, заинька? - шепчет он, поднимая мое лицо вверх за подбородок и заглядывая в глаза.

- Мне страшно.

- Ну, я же с тобой... - сгребает, прижимая сильнее.

- Почти приехали, - бросает взгляд на указатель Макар.

- А кто такой этот Илья? - спрашивает Эля у Макара. - Вы служили вместе?

- Нет. Муромцев, это мой комбатя, - поясняет Гера. - Я на границе с Китаем служил. А потом здесь встретились.

Мы поворачиваем с асфальтированной дороги на проселочную. Впереди шлагбаум, на нем знак, запрещающий проезд. И что-то написано.

Гера выходит поднять его.

Вставая коленями на сиденье, высовываюсь в окно с любопытством читаю.

- "Частные охотничьи угодья. Въезд запрещен. Опасно." Почему опасно?

- Дикие звери и можно попасть на линию огня охотников, - отряхивает руки Гера.

Чувствую, как Бьянко сжимает мои ягодицы, втыкаясь через одежду пальцами прямо между ними. От неожиданности и острых ощущений взвизгиваю и, дернувшись, бьюсь головой об верхнюю рамку двери.

- Ой... - затаскивает меня обратно, кладя руку на макушку. - Ну, е-мое...

Нет, все в порядке с наглеющими руками, - успокаиваюсь я.

- Это был непреодолимый соблазн! - оправдывается он. - Я больше не буду.

Смущённо улыбаюсь, прячусь в его объятиях.

- Я не нравлюсь Макару? - шепчу я на ухо Бьянко.

- Почему?!

- Он смотрит на нас строго.

- Это на меня.

- Почему?

- Ну... Я потом объясню.

Через несколько минут мы выезжаем к озеру, на берегу которого – баня?! Между деревьями маленький песочный пляж, как гавань. И вдоль него деревянный помост, уходящий в озеро.

Навстречу, лениво гавкая, бежит собака. Огромный маламут!

Понюхав воздух начинает вилять хвостом.

Бьянко выходит, тискает морду пса.

- Хан! Какой вырос. А хозяин твой где?

Выходит и хозяин. Здоровый мужчина в хакки и с бородой. Под два метра ростом. На голове бандана.

В руках - ведро.

Ещё больше, чем Тур! Точно богатырь...

Мужчины, обмениваются рукопожатиями, улыбаясь что-то обсуждают, но в речи столько сленга, что я не улавливаю смыслов и шуток.

Мы с Элей тоже выходим.

Утки крякают вдалеке.

- Жена моя, - обнимает Элю за плечи Макар. - Эля.

- А это моя "итальяночка", я рассказывал. Аня.

Пожимаю огромную теплую руку богатыря.

- Илья.

- Очень приятно.

- Дам тут у меня еще не было. Надеюсь, девочки ваши не капризные. Всё по-простому здесь.

Неожиданно в ведре раздается громкий всплеск. Отскакиваю назад. Огромная рыба падает нам под ноги и дёргается.

- Оу! - присаживаюсь, разглядывая.

Рыбина замирает, и только открывает рот, хватая воздух. Тянусь, чтобы прикоснуться к ней. Такая большая...

- Куда?? - за талию оттаскивает меня Бьянко. - Это ж щука. Откусит пальцы.

Рефлекторно сжимаю кулаки, пряча их.

- Спасать тебя ещё и спасать, - довольно. - Пойдем...

Уводит меня на деревянный помосток.

Присаживаюсь, трогая воду.

- Купаться будем?

- Холодная!

- Так мы после бани.

- Нет, нет! Это - Россия. Здесь - водяные и русалки, - шучу я, кивая на озеро. - Я боюсь.

- Водяной в репу получит, - поддерживает шутку Бьянко. - А русалки обломаются с такой красотой конкурировать.

Смущаюсь его восхищенного взгляда.

- Ну ты же нырнешь со мной? - притягивает за талию. - Сначала в огонь, потом в воду...

Кивает на баню, потом на озеро.

- А в бане вениками бьют, да? - с сомнением разглядываю темного цвета бревенчатое строение.

- Отлуплю тебя веником! - с азартом и угрозой смотрит на меня Бьянко. - У нас в банях непослушных девочек лупят. А ещё ледяной водой обливают.

Мои глаза возмущённо распахиваются, лицо вытягивается.

Смеётся, целуя мое лицо.

- Ты такой наивняк! - с умилением. - Веником - это приятно, детка... - медленно моргает он.

Наши губы сближаются.

- Белый, иди дрова колоть. Баня сама себя не растопит! - Макар.

Нет, я ему точно не нравлюсь!

- Отлипни уже, Белый. Дай человеку отдышаться, - негромко выговаривает ему Макар.

Присев на помостке со стороны наблюдаю, как раздевшись по пояс эти богатыри колют дрова, красуясь мускулатурой. Из трубы бани валит дым. И очень вкусно пахнет.

Потом мужчины начинают развлекаться, кидая топоры в бревно. Следом в ход идут охотничьи ножи...

Илья разводит костер в жаровне, по кругу выложенной камнем.

Садится за деревянный стол, чистит рыбу. Рядом с ним лежит ружье с коротким стволом.

- Может, помочь? - подходит к нему Эля.

- Ага... Вон, иди гамак проверь на прочность, - басит он, улыбаясь.

Она накалывает на веточки зефир и плавит в костре.

Тоже хочу...

Но не решаюсь хозяйничать.

Стрекозы как вертолеты пролетают перед лицом, мерцая крыльями на солнце.

И где же эта Марфа? - с любопытством осматриваюсь я.

Эля приносит одну веточку с зефиром мне, садится рядом.

Меньше всего, мне хочется, чтобы она начала пытать меня на счёт того, что со мной происходило и откуда меня спас Бьянко. Как здесь говоря - "разговор по душам". Неприятно, когда кто-то про тебя знает мерзости, даже если ты в них не виноват. Но она молчит...

Молчание не напряжённое, а наоборот. И я перестаю напрягаться. Искоса поглядывая на ее профиль. Красивая... Ее темные волосы, колыхаясь на лёгком ветерке касаются моих русых.

Хан, протискиваясь между нами своей огромной тушей, ложится позади. У него такая улыбающаяся морда, что мне даже в голову не приходит испугаться этой большой собаки. Наоборот - очень спокойно, что он рядом.

Мы молча слушаем разговоры мужчин.

Эля, откидывается назад ложась спиной на Хана. Я делаю то же самое. Щурюсь от солнышка. Чешу ему между ушами.

- Илюха тебе не надоело в глуши тусоваться? Один как леший тут.

- Так у меня же эта! - щелкает пальцами.

- Посттравма, - посмеиваясь, подсказывает Макар.

- Да! Я ж границу до сих пор охраняю. У меня видишь там, - кивает на верхушку сосны, - даже система оповещения стоит. Насчёт непрошеных гостей.

- Ой, ладно тебе заливать! Твою психику об колено не сломаешь.

- Нет, ну а куда я Марфу брошу? Да и хорошо здесь. Не работа, а кайф. Книжки себе читай, по лесу гуляй. Рыбалка, охота... Банька, опять же... А покутить - тут до города два часа.

- А где кстати, подружка-то твоя? Я ей арбузы купил.

- Учу ее к людям не выходить. Застрелят с перепугу. Позже угостишь.

Так хорошо и уютно... И очень защищенно. Засыпая, закрываю глаза под укачивающее дыхание Хана.

- Ой, смотри...смотри... - переворачивается Эля.

Вдоль помостка плывут утята! Прямо рядом с нами, руку протяни...

Мы ложимся на живот, чуть свисая и разглядываем комочки сверху.

Не выдерживая милоты, протягиваю руку, ловя одного.

Ахнув, держу комочек в руке. Он возмущённо щебечет и щипается.

Смеясь, отпускаю обратно.

Гера с Бьянко сидя друг напротив друга за столом, превратив вилки в катапульты, обстреливают друг друга шишками.

- Поправка на ветер четыре градуса...

- Косой, - уворачивается Белый от шишки.

- Чего б ты понимал, - парирует Гера. - Это депривация снаряда.

Как мальчишки...

Мне хочется подойти и обнять красивые широкие плечи Бьянко. И залезть к нему на колени.

Внезапно раздается резкий короткий звук, похожий на сирену.

И обрывается в полной тишине.

Хан с рычанием срывается с места.

- О... А вот и гости пожаловали, - поднимается Илья.

Улыбки и лёгкость мгновенно стираются с лиц. Челюсти сжимаются, брови нахмуриваются. От мальчишества не остается и следа.  И Мышцы словно сильнее прорезаются на торсах.

Доставая из кармана, надевают черные балаклавы. И с голыми торсами смотрятся очень по-бандитски.

Макар натягивает на машину хакки-полотно, пряча ее от взгляда.

- Девочки, давайте-ка в дом, - командует нам Макар.

- Пойдем! - хватает Эля меня за руку.

Дом там, чуть дальше в лес. За баней видна его крыша.

Мы по берегу доходим до угла бани. Притормаживаю.

- Аня, - тянет за руку Эля. - Пойдем!

- Иди... Я приду. Позже.

- Да ты что?! Макар сказал - идти в дом!

- А если что-то произойдет плохое?

- Не произойдет! Они бы не привезли нас сюда, если бы могло произойти. Идём!..

Но мне страшно за Бьянко и остальных. К тому же, происходящее - из-за меня.

И я в сомнениях мечусь - уйти или остаться.

- Они должны заботиться о себе, а не о нас, когда здесь чужие, понимаешь? Поэтому мы должны быть в безопасном месте, чтобы не отвлекать.

- Да, - соглашаюсь я.

Поддаюсь ее рукам, сворачивая от бани к дому. И тут же застывает в ужасе. Потому что там дальше на тропинке, метрах в тридцати от нас - медведь!! Самый настоящий.

Он поворачивает морду...

Задохнувшись от адреналина, тащу застывшую в ужасе Элю обратно.

Мы вылетаем к крыльцу бани.

- Ну я что сказал? - сердито рыкает на нас Макар.

- Там медведь!! - на перебой пищим мы.

- Ааа... Марфа! Вышла, паразитка, из вольера, - недовольно басит Илья.

- Черт. Я ж тебе говорил, Эль. Напугались? - с беспокойством смотрит на нас Макар.

- Это медведица ручная, - шепчет мне дрожащим голосом Эля. - Я и забыла!

Ничего себе - Марфа!!

Мы жмемся на крылечке бани с Элей, с опаской оглядываясь.

- Идите, короче, девчонки, в баню! - пафосно повелевает нам Илья.

Это он нас отправил или послал? - на мгновение зависаю я, пытаясь правильно перевести.

Обмахиваю лицо руками.

Эти брутальные русские! Ручная медведица!

С истеричным смешком, прижимаю ладони к лицу.

Ревновала к медведице...

- Impazzisci...

- Что?

- Чокнуться! - перевожу я.

- Аа... Да. Прям десять баллов господам безопасникам! - закатывает она глаза.

- Что значит - "ручная"? Можно трогать?

- Не будем проверять...

Прячемся за дверью.