Глава 7. Это правда рыцари?

Наше путешествие шло весьма спокойно.

Наконец-то запомнила всех попутчиков. Рыжеволосую девушку, которая как раз ехала к своей матери, звали Жанна. Она даже как-то раз упомянула, что у её мамы есть трактир, который достался в наследство от дедушки. Здание уже весьма старое, но до сих пор открыто и принимает гостей. Да и останавливаются там в основном моряки, которые желают просто поесть и поспать, перед дальнейшей работой.

Жанна даже пригласила посетить этот трактир, если у нас нет постоянного место жительства. Мол, по знакомству она сделает скидку. Возможно, это была просто шутка или пустые ничего не значащие слова, но я решила обязательно воспользоваться её предложением. В конце концов, еду в неизвестное место и хоть какое-то знакомство и прогнозируемое будущее на несколько дней вперёд, меня успокаивало.

Следующим нашим спутников был мальчишка Фикус. И нет, это не растение, а имя ребёнка. Как он сказал, директор приюта, в котором он был, нашла его младенцем в горшке с фикусом. Имя никто дать не хотел. Все его называли так: «Тот, которого в горшке с фикусом нашли». А после это и стало его именем.

Ему всего одиннадцать, но мальчишка уже понимал, что просто так тебя никто не накормит и не напоит. Нужно работать. Большинство его возраста начинают воровать, но в итоге плохо кончают. Поэтому он стал искать возможности, где можно подзаработать. Ему повезло, так как он смог подружиться с одним подростком, который умел читать и считать. И тот научил его этим умениям. Но после подросток уехал в портовый город в другую страну.

Связь сохранилась, но только в виде редких писем, которые он получал через приют. И тут его друг написал ему, что есть возможность устроиться в газетное издательство. Работа не представляет из себя ничего особенного — просто каждое утро хватать первую партию местных газет и продавать её на улице. А там, гляди, может кто заметит и с умением читать, пойдёт дальше.

Тощий и дряхлый старик имел имя Хьюз. На протяжении всего пути именно он вечно ворчал и всем был недовольным. Земля слишком тёмная, трава слишком зелёная, воздух слишком свежий и так далее. Периодически ругался на чём свет стоит. И если первое время его пытались как-то успокоить, то потом каждый успел привыкнуть.

Сам Хьюз ехал в портовый город с одной целью — навестить могилу своей покойной жены. Уверял, что ему самому недолго осталось. Вот и чувствует, что нужно повидаться.

Четвёртым пассажиром был здоровяк Берд. Огромный, высокий, тучного телосложения и такой угрюмый на вид, пока не откроет рот и не начнёт говорить. И тогда свирепый гризли мгновенно становится просто плюшевым мишкой.

Берд, как оказалось, мечтал о искусстве. Хотел уехать как можно дальше и заняться живописью. И, по какой-то причине, именно город рядом с море выглядел для него прекраснее всего.

Иными словами, каждый направлялся в другую страну с одной целью — отыскать лучшую жизнь. Мне о себе также пришлось рассказать. Да, разумеется не всё. Рассказала, что родители ради денег продают меня замуж за богатея. А у того уже есть любовница, которую тот любит, ночами целует, да и наследников именно от неё будет ждать. И я ему нужна исключительно в качестве рабочей силы по дому.

В принципе, как таковой, лжи не было. Да, чуточку не договорили, без красочных описаний и подробностей, но ведь правда, верно?

Реакция пассажиров была весьма интересной:

— Во охламон! — воскликнул старик Хьюз. — В моё время такого давным-давно на кол бы посадили!

— То есть с любовницей узаконить отношения он не хочет? Но при этом её любит, так? Что за мужчины пошли, не понимаю… — ахнула Жанна, потирая лоб.

— Аристократы, — устало бросил Берд. — Для них «та, кого люблю» и «та, на ком женюсь» — разные люди.

— На виселицу его! — закричал Хьюз.

— Да уж… — тихо произнёс мальчишка. — Я бы тоже от такого сбежал. Аристократы такие странные… Словно и не люди вовсе.

Ох, если бы ты только знал насколько прав. В любом случае, не стала с ними спорить. Услышала, как Пабло, и именно так звали нашего кучера, неожиданно замедлил движение кареты, притормаживая лошадей.

— А? — удивилась Жанна, выглядывая из окошка. — Что такое? Ой, там, кажется, кто-то есть… Рыцари?

Я также выглянула в окошко, чтобы посмотреть на тех, кого увидела девушка. Это была небольшая группа рыцарей. Около шести человек. Телосложение у всех разное. Кто-то толстый и высокий, кто-то худой и низкий… В них не было ничего общего, если не считать, что все были одеты в сияющие королевские доспехи.

— Странно, — протянул Берд. — До поверочного поста ещё несколько часов пути. Неужели внеплановая проверка?

— Да что у нас проверять?! — цокнул языком старик. — Наши не стиранные неделю трусы?!

На это мальчик вначале хихикнул, а после откашлялся, замечая на себе раздражённый взгляд Хьюза.

— Да ладно вам, — улыбнулась Жанна. — Быстрее начнём, быстрее закончим. Думаю, нам всем стоит достать таблички, подтверждающие личность.

После чего Жанна тут же достала металлическую табличку, в которой была информация о ней. За ней свою табличку также достал Фикус и Берд. Стрик также хотел достать документ, да вот только он забыл куда именно дел его, из-за чего постоянно чертыхался и винил в этом всех вокруг. Ведь мы были обязаны следить за его документом…

Спорить с ним, бесполезно.

— Честь имею, господа, — услышала голос Пабло со стороны улицы. — По какой причине остановили нас, скромных путников?

— Всё нормально, — отозвался самый сильный и мускулистый на первый взгляд рыцарь.

В любом случае, именно на нём доспехи выглядели идеально. В то время как на других, на одних доспехи выглядели словно консервная банка на карандаше, на другом доспехи даже соединить на талии невозможно было из-за неподходящего размера.

Впервые такое вижу. Даже рыцари самого низшего разряда носят доспехи, которые идеально идут тому в пору. Это ведь не платье и не корсет для красоты, а средство защиты.

— Мы просто быстро сверимся с личностями и если никаких проблем нет, можете ехать дальше, — спокойно произнёс рыцарь, после чего направился к карете. — Прошу всех достать документы, для сверки личностей! — повысил он голос.

— Я ведь говорила, — улыбнулась Жанна.

Тем временем к Пабло также подошёл рыцарь, прося документ.

Дверь кареты наконец-то распахнулась и на нас посмотрел мужчина средних лет. Длинные волосы, грубая и загорелая кожа, а также резкий и косой шрам от левого глаза, до подбородка. Тот медленно окинул каждого долгим и оценивающим взглядом, словно кого-то искал и сверял внешность.

На мне, Жанне и Фикусе его взгляд задержался особенно долго. И тут он делаешь шаг назад и кивает одному из своих людей. В эту же секунду, слышится резкий вскрик Пабло, после чего грохот и его окровавленное тело прямо на наших глазах падает на землю. Один из рыцарей, атаковал нашего кучера.

— Что?.. Нет! — закричала Жанна, пытаясь выбраться из кареты, да вот только тут же угадила в лапы одного из рыцарей.

— Девчонок и мелкого забираем, можно продать. Остальных убить, — приказал главарь, и те тут же поспешили исполнять приказ.

Работорговцы.

Жанна и Фикус кричали, пытались выбраться из цепких рук похитителей, но всё бесполезно. Они намного сильнее какой-то девушки и мальчишки.

Также были слышны крики Берда. Он был крупнее тех, кто на него напал, так что просто так не дался. Вот только противника было больше. Что касается Хьюза, то после одного удара, он размяк и более не шевелился, так и оставаясь в карете.

Когда, казалось, что надежды больше нет, неожиданно с земли, истекая кровью, поднялся Пабло, на наших глазах схватив за головы двух похитителей и силой столкнув их вместе. Прозвучал такой звук, словно раскололся грецкий орех.

— Какого чёрта не добили его?! — разорался лидер работорговцев. — Уберите его! Немедленно!

В какой-то момент всё вокруг стало замедляться. Звуки смешались в один общий гул, из-за которого невозможно разобрать кто и что говорит. А пространство словно скручивалось, завивалось в некую спиралевидную форму.

Но уже через пару секунд всё прекратилось.

***

— На виселицу его! — прозвучал знакомый старческий голос.

— А-а-а! — закричала я, резко подскакивая на месте, быстро оглядываясь по сторонам. — Что? Карета?

Я была всё в той же карете, а остальные живы, здоровы и сидели на своих местах. Неужели сон? Но он был таким реальным. Даже слишком…

— Тебе кошмар приснился? — неожиданно спросил Фикус, на что я смущённо и натянуто улыбнулась и согласно кивнула. — Да уж… — тихо произнёс мальчишка, тяжело вздохнув. — Не удивительно. Я бы тоже от такого сбежал и кошмарами потом мучился. Аристократы такие странные… Словно и не люди вовсе.

— Что ты сказал? — неуверенно переспросила у мальчика, понимая, что нечто подобное уже было.

Но ответа от Фикуса я не услышала, так как карета неожиданно замедлила ход, практически останавливаясь. От того, что события повторяются, в желудке образовался неприятный ком, давящий на все органы.

— А? — удивлённо протянула Жанна, выглядывая из окошка. — Что такое? Ой, там, кажется, кто-то есть… Рыцари?

Рыцари? Нет… Это не рыцари. Если сейчас со мной произошло то же самое, что было на кухне герцогского особняка, когда я столкнулась с Майклом, то это были мои способности и я только что видела одну из альтернатив будущего.

— Странно, — произнёс Берд. — До поверочного поста ещё несколько часов пути. Неужели внеплановая проверка?

— Сомневаюсь… — тихо произнесла, из-за чего меня никто не услышал.

— Да что у нас проверять?! — дерзко бросил Хьюз, цокнув языком. — Наши не стиранные неделю трусы?!

И снова Фикус захихикал на этой фразе.

— Это не рыцари, — понизив голос произнесла я, но уже так, чтобы меня слышали все. — Это работорговцы. Ищут тех, кого можно продать и кого искать толком никто не будет.

— Да ладно вам, — озадаченно улыбнулась Жанна. — Роза, откуда у тебя подобные мысли? Звучит, как-то… пугающе… Думаю, нам всем стоит достать таблички, подтверждающие личность и тогда…

— А я думаю, что из нас всех выживут только трое — ты, я и Фикус. Остальных на тот свет.

— Нет, — начала паниковать девушка. — Этого не может…

— Все королевские рыцари практически всего имеют одно и то же телосложение. Общий рост, общая короткая стрижка, схожий рельеф мускул, и доспехи на них выглядят, как влитые. А у этих как?

Жанна ничего не сказала, а снова украдкой выглянула наружу, после чего чертыхнулась, признавая очевидное.

— Что нам делать? — дрожащим голосом спросил Фикус.

— Они будут проверять если ли тут «ценный товар», — пояснила я. — Нужно показать, что «ценного» здесь ничего нет.

Услышав мои слова, Фикус тут же принялся действовать. Вначале стянул с себя штаны, после чего сложил ноги так, чтобы ступни упирались в бёдра и только тогда натянул штанину, впихивая вперёд колени. На концах штанин завязал узлы, из-за чего возник вид, словно Фикус инвалид, лишённый ног. То же самое он стал делать с одной из рук, но при этом сверху ещё принялся обматывать какими-то тряпками, напоминающими бинты.

Мне и Жанне также следовало срочно преобразиться.

— Где тот уголь, который ты таскаешь с собой? — спросила у девушки, так как видела, у неё небольшой мешок с углём на тот случай, если во время путешествия начнётся дождь и все дрова будут влажными.

— А! Тут! — словно проснулась она, доставая из-под сидения припрятанный мешок.

Я тут же окунула в угли сразу двери руки, которые мгновенно почернели. Пара лёгких движений и вот у меня под глазами такие синяки, каких свет не видывал. Более того, невзирая на вкус, один из мелких угольков, закинула себе в рот, тщательно разжевывая его. Чувствовала, как уголь окрашивает мне зубы, язык и всё полость рта.

— Роза, что ты?.. — начала Жанна, но я не дала ей закончить. Снова опустила руки к углам, а после уже прикоснулась к ярким рыжим локонам девушки. — А! Подожди! Что ты делаешь?

— Разве не очевидно? Порчу товар! — бросила я, делая из миловидной девушки «домовёнка Кузю».

И только после этих слов до девушки наконец-то дошло. До всех дошло. Они словно по сигналу измазались в углях, придавая себе не просто жуткий, а скорее болезненный и мертвецкий вид. Даже старик Хьюз умудрился обмазать углём глаза, губы, шею и немного седые волосы.

Более того, пока все решали, что делать дальше, старик решил принять облик уже готового трупа. Сложил руки на груди крест накрест, отклонился назад, закрыл глаза, выпрямил ноги и даже прекратил дышать.

Я хотела осмотреть остальных, но не успела. Лже-солдаты уже успели поговорить с Пабло и открыли дверь в карету.

— Срань Господня! — ахнул мужчина, резко отпрянув от открытой двери. — Это… Это что такое? — спросил он, тут де прижав нос и рот ладонью. — Что с ними такое? Это… Прокажённые?

Я резко повернула голову в сторону похитителей, наклонила голову на бок, скосила зрачки к переносице, изображая лёгкое безумие, а после широко улыбнулась, демонстрируя идеально чёрные зубы.

— А! — не выдержал один из лже-рыцарей, отпрянув ещё немного назад. — Это… Это…

— Дратути, хе-хе-хе… — протянула я, после чего глава бандитов не смог сдержать гримасу отвращения.

Жанна пыталась приспособиться и повторять за мной. Также улыбнулась. Но по всей видимости она переборщила с количеством угля, которое умудрилась на нервной почве впихнуть в рот, из-за чего, разбухнув на слюне, весь уголь принялся ползти через щели между зубами обратно.

Один из наблюдателей, не выдержал и прямо на глазах у своего лидера, извергнул весь свой завтрак. И чем больше он смотрел на нас, «красоток», тем больше его желудок выворачивало. В конце концов, тому было приказано немедленно свалить, если он не в состоянии держать себя в руках.

— Вы… Откуда едите? — спросил главарь бандитов.

— Столица, — ответил кучер мрачным голосом.

— С… столица? Что там, чёрт подери, произошло?

— Ну… — протянул Пабло, явно не до конца понимая, что происходит, но всё же стараясь подстроиться под ситуацию. — Много чего…

— «Много чего»? — одними губами повторил лидер, после чего посмотрел на старика, который до сих пор лежал ровно и не дышал. — А это кто? Мертвец? Почему он с вами в одной карете?

— Везём на кладбище, — ответила Жанна. И ведь не соврала.

— С ума сойти… — произнёс лидер, после чего тот перевёл взгляд на Фикуса. — Ре… ребёнок?

Только сейчас я заметила, что Фикус также переборщил с углём и теперь был больше похож на негритёнка, у которого только глаза белые выделялись на общем фоне. Лидер заметил, что у мальчика отсутствовали ноги и одна рука.

— Что это за мальчик? — повторил свой вопрос бандит.

— Это не мальчик, — мягким и даже каким-то ласковым голосом произнёс Берд, облизывая говяжью кость, которую он зачем-то достал. — Это мой ужин. Путь не близкий, — улыбался Берд. — Я стараюсь экономить.

В этот момент желудок вывернуло у второго похитителя, причём так, что тот даже стоять на ногах не смог.

— Проклятье! — злился лидер. — Либо соберись, либо сгинь, слабак!

Но тут работорговец даже не догадывался, что кое-кто действительно слабоват и вот-вот не выдержит. Лидер работорговцев снова шагнул к нашей карете с остальными своими головорезами, как неожиданно глаза Хьюза резко распахнулись, он быстро принял сидящее положение и как вздохнёт шумно!

— ПХА! — вырвалось у него, словно он вечность под водой провёл и наконец-то смог вздохнуть полной грудью. — Мать вашу за душу!!!

— Он воскрес! — закричала я, не зная, что ещё лучше сказать в такой момент.

— И ему нужны души ваших мам! — вторила мне Жанна, также говоря то, что первое пришло в голову.

Одновременно три работорговца рухнули на месте, потеряв сознание. Остался только их лидер. Крепкий орешек. Он дрожал, смотрел на нас, как на безумных, но при этом всё ещё держался. И тут у меня в голове всплыли слова, которые я читала в книге заклинаний.

Вот учишь их учишь, а вспоминаешь в жизни в самый последний момент.

Заклинание относилось к области отравлений. Не ядами, а обычное отравление плохой едой. И оно помогает избавиться от вредного испорченного продукта «естественным путём».

Вот его-то я и тихонько произнесла, пока работорговец доставал меч из ножен и направлялся к нам. Стоило закончить читать заклинание, как на всю округу прозвучал рёв и бурление. Никто ничего не понял, пока лидер с ошарашенным взглядом, не обхватил свои бёдра руками и не умчался на высокой скорости в лес.

Больше мы никого из них не видели.

Немного позже до меня доходили сплетни о том, что некоторые бывшие работорговцы пошли к рыцарям и сознались в своих злодеяниях. Более того, целиком и полностью погрузились в религию, стремясь очистить себя от грехов, пока не пришёл мёртвый старик, требующий от них души. Но это уже совсем другая история…