Глава 8. Ольга

— Добилась своего? — полетело прямо с порога.

Ваня явно был не в духе.

— Кать, иди к себе. — дочка удивленно посмотрела на меня, но сняла ботиночки и пошла в комнату.

При Катюше мы никогда не спорили. Все конфликты решали спокойно, разговаривали и приходили к варианту, который устраивал нас обоих. Что вообще на него нашло?! Пусть ситуация из ряда вон, но зачем же так срываться?

Я оперлась спиной о стену. Понимала, что разговора не избежать, но сил не было совсем.

— Раздевайся! — прошипел сквозь зубы и пошел на кухню.

Медленно съезжаю по стене на банкетку и стягиваю ботильоны. Тело начинает потряхивать, интуитивно чувствую, что разговор с мужем ничем хорошим не закончится. Нужно пережить это, а потом все наладится. Должно наладиться!

Прохожу на кухню — Ваня стоит у окна, спиной ко мне, но вижу, что он очень напряжен. Молчит, а я не спешу начинать разговор первой.

Наливаю воду в чайник и ставлю на плиту. Люблю, чтобы в доме пахло свежеприготовленной едой, как-то уютнее становится сразу. Тяну дверцу холодильника, но успеваю только чуть открыть, как она хлопком возвращается обратно. Смотрю в глаза мужа, который и стал причиной этому.

Он сверлил меня злым взглядом, что было довольно непривычно. Обычно, Ваня ко всему относился спокойно, но, видимо, сейчас все выходит из-под контроля. А, конкретно, я!

— С директором познакомилась? — не успеваю опомниться, как оказываюсь прижата к стене, а шею сдавила рука мужа.

В глазах потемнело от шока. Он НИКОГДА не поднимал на меня руку. Страх сковал настолько, не то что закричать — вдохнуть воздух было трудно.

— Небось, и ноги уже успела перед ним раздвинуть, — Ваня наклонился и шипел мне прямо в ухо. А я отчетливо чувствовала запах крепкого алкоголя.

«Он ведь не пьет» — пронеслось где-то на задворках сознания, которое улетало от меня куда-то в темноту.

— Мне не даешься, а его увидела и потекла! Да?! — муж просунул руку между моих бедер и с силой надавил на клитор.

Боль привела в чувства. Я стала сопротивляться, но рука на моей шее сжалась сильнее. Хватаю ртом воздух, а из глаз льются слезы. Паника — именно она окутывает в такой момент. Недолго думая, хватаю его руку и впиваюсь ногтями. Ваня взвыл от боли и убрал руки.

Его минутное замешательство дало мне возможность вывернуться. Секунда, и я бегу в направлении двери. Чувствую резкую боль — он схватил за волосы и потянул на себя.

— Пусти! — кричу, но не надеюсь — он словно зверь, почуявший запах крови.

В мозгу крутится одна мысль, лишь бы Катя не прибежала на мой крик, для маленькой девочки эта картина будет шокирующей.

— Заткнись! — отпускает волосы, но хватает за руку. — Сегодня говорю только я, ты не в счет!

В мужчину будто бес вселился, или он всегда был таким, я просто не замечала. Смотрю в его жестокие глаза и не верю — это не он, не мой друг, с которым я прожила под одной крышей последние пять лет.

Муж с силой толкает обратно к стене, неудачно ударяюсь головой, в глазах начинает темнеть. В носу появляется приторно-соленый запах крови. Сознание расплывается. Вижу все в замедленном режиме, просто отдельные картинки и звуки проносятся мимо, не застревая в памяти: грохот, несколько мужчин заламывают руки Ване, я пытаюсь что-то возразить, но изо рта вырывается только глухой стон.

— Я убью тебя! — слышу грозный мужской голос, но не понимаю откуда он исходит.

Этот голос… Я его знаю…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 9. Виктор

— Доктор, что скажете? — жду вердикта и ловлю каждую эмоцию на лице специалиста своего медицинского центра.

Год назад решил открыть этот центр, собрал лучших врачей города, а во главе поставил Прохора — родного брата, так спокойнее. Прибыли центр много не приносит, но душу радует тот факт, что старики могут получить высококлассную консультацию врачей. Мы определили один день в неделю, когда пенсионеры могут бесплатно пройти обследование.

Сейчас же помощь врачей понадобилась моей женщине.

— Виктор Константинович, не переживайте! — легко ему говорить, это не он внес сюда любимую женщину в бессознательном состоянии.

Такого страха я не испытывал, наверное, никогда. Почему сразу не прослушал, чем она занимается? Для чего тогда этот жучок? Я гнал по городу на максимальной скорости, лишь бы успеть. Хорошо не доехал до дома полпути, иначе… Не хочу об этом думать, а то этому ублюдку, сидевшему в машине охраны, останется недолго. Ребята из службы безопастности, действительно, оказались проворнее — до моего приезда выбили дверь и скрутили его. Когда же влетел в квартиру я, то первым желанием было размозжить голову этого мудака о что-нибудь твердое, но тревога за Олю пересилила.

Я схватил девушку в охапку и уже собрался было выходить из квартиры, но заметил на пороге комнаты маленькую девочку. Она напоминала маленького ангелочка, наивного такого. На меня смотрели огромные серые Олины глаза, которые вот-вот разразятся слезами, а маленькое личико обрамляли темные кудряшки. Этого я выдержать не смог.

— Хочешь поехать с мамой? — говорю, а голос будто не мой.

Малышка едва заметно махнула головой в знак согласия. И бросилась одевать обувь. Слезы в детских глазах высохли, но вот тревога за маму была заметна по тому, как часто она оборачивалась в мою сторону, пока мы спускались по лестнице.

Прохору позвонил по дороге, поэтому к нашему приезду было все готово. Нас ожидали самые квалифицированные врачи, которые забрали Олю и в считанные минуты скрылись вместе с ней в приемном отделении, мне оставалось только ждать. Никогда не чувствовал себя таким беспомощным, что я мог? Стоял и смотрел на дверь приемного покоя.

Мои невеселые размышления прервало касание: теплая маленькая ладошка очень требовательно потянула меня, и в один миг все тело прошибло током.

— Моя мама заболела? Ты ведь говорил, что она просто спит? Зачем ее забрали эти дяди? — думаю поток вопросов не прекратился бы, если бы я не сменил фокус внимания девочки.

— Тебя ведь Катя зовут? — я знал ответ на свой вопрос, но решил познакомиться лично. — А меня Витя.

— Катя. Но мама зовет меня Катюша! — тон девочки был непреклонен, нет она не просила, она утверждала. Это умиляло, таким же качеством обладала ее мама.

— Вот, что я тебе скажу, Катюша, — выдержал паузу, чтобы мой тон также возымел действие, — С мамой будет все в порядке — это раз, здесь есть автомат, где продается самый вкусный горячий шоколад в городе — это два!

Вижу — глазенки загорелись! Никогда не общался с детьми — избегал, но видя обожание, которое явно прослеживалось в глазах у девочки, понял, что видимо зря. Наверное, все не так сложно. Дети тоже люди, и с ними можно договориться, если найти правильный рычаг давления.

За следующие полчаса ожидания я узнал много о мягких игрушках, мультиках, куклах и друзьях из детского сада. Единственный момент, который неприятно резанул по нервам — это любовь девочки к бабушке и дедушке, и, как я понял — не к родителям Оли. Ну, что ж, придет время этот вопрос отпадет сам собой. Сейчас важнее Оля и ее здоровье.

Врач все тянул резину. Это начинало раздражать. Я оглянулся — Катя все также сидела в зоне для посетителей и что-то увлеченно рисовала разноцветными ручками, которые ей дала медсестра. Сама женщина находилась поблизости и пристально следила за девочкой. Так что я мог спокойно расспросить доктора.

— Говорите, не томите! Что с Олей?! — я даже не пытался скрыть раздражение.

Доктор, видимо, понял в каком напряжении нахожусь, поэтому решил сказать сразу главное:

— Через час можете забрать ее. — Я выдохнул, значит действительно все нормально. — У Ольги Олеговны ушиб мягких тканей — ничего серьезного, но нужно понаблюдать. Она пришла в себя и очень волнуется за дочь. Девочка здесь?

— Да. — указал на сидящую в углу Катю.

— Можете пройти к ней в палату.

Я забрал Катю и подхватил ее на руки, как оказалось, она рисовала маме открытку, которую теперь цепко держала в руках.

— А мамочке не больно? Она больше не спит?

— Нет, — доктор улыбнулся малышке. — Но, мама очень хочет тебя увидеть.

Девочка доверчиво обхватила мою шею руками, явно демонстрируя желание прокатиться на "двуногом транспорте" до места назначения. Я был не против, скорее даже рад. В голове пронеслась мысль: «Вот бы она была моей!» — но, я быстро отогнал ее.

Нужно принимать реальность такой, какая она есть. Катя — не моя дочь, но я могу с ней подружиться и найти общий язык. Коридор казался неимоверно длинным, мне и самому хотелось поскорее увидеть Олю и убедиться, что с ней все в порядке. А уж потом буду разбираться с ее муженьком, которого охрана увезла в мой загородный дом.

Доктор открыл дверь в палату и отошел в сторону, позволяя нам пройти первыми. Стоило войти в палату, как Катя вывернулась и попыталась сорваться с рук, так ей хотелось скорее к маме. Мне хватило сноровки опустить девочку на пол более безопасным способом. Катюша ринулась в объятья Оли, не замечая никого вокруг. Пока они мило ворковали, доктор сунул мне выписку со всеми рекомендациями и попросил подождать невролога, который хотел осмотреть девушку еще раз перед тем, как отпустить восвояси. Мужчина попрощался, пожелав нам всего хорошего, и вышел из палаты.

Оля так ни разу и не посмотрела в мою сторону. Что ж… придется привлечь ее внимание.