Глава 12

Арсений

Арсений стоял у окна своего кабинета, заворожённый морозной акварелью дня.

— Вижу, я вовремя, — прозвучал мужской голос, разорвав тишину. Арсений вздрогнул, словно от ледяного прикосновения. Волна жгучей ненависти прокатилась по телу, но он, словно опытный актёр, натянул на лицо маску приветливой улыбки, скрывая бурю внутри. — Рад видеть! — Арсений сделал шаг навстречу вошедшему и крепко пожал его руку. — Давно ты перестал навещать старика, вот и решил самолично навестить непутёвого сына! — Эдуард вальяжно прошествовал к дивану и, откинувшись на спинку, окинул кабинет оценивающим взглядом. — Дела фирмы, вы же знаете, — Арсений подошёл к столу и нажал кнопку селектора. — Оля, будь добра, два кофе. Он перевёл взгляд на отчима. Для своих пятидесяти Эдуард выглядел импозантно. Дорогой костюм цвета мокрого асфальта, белоснежная рубашка, подчёркивающая холёность лица, и золотые запонки, поблёскивающие на манжетах. Вокруг суженных глаз залегли мелкие морщинки, выдававшие напряжение. Чёрные волосы с проседью были безупречно зачёсаны назад. Но именно взгляд — острый, как лезвие, и холодный, как зимний ветер — говорил о том, что дядя в ярости. Секретарша внесла кофе. Арсений заметил, как родственник оценивающе окинул её взглядом, от которого девушку бросило в краску. Ольга поставила чашки на стол и, поспешно ретировавшись, исчезла за дверью."Нечего наряжаться как на панель. Сама провоцирует."Отчим молча взял чашку и, сделав глоток, задумчиво забарабанил пальцами по лакированной столешнице. — Что-то случилось? — Арсений внимательно следил за каждым его движением. — Да так, пустяки, — отмахнулся Эдуард. — Нет таких проблем, с которыми бы я не справился. Он взял пульт и включил плазму на стене. — Как выяснилось, бывший директор лицея планировал втайне отдать территорию учебного заведения неизвестным застройщикам, — вещала ведущая новостей. — Далее последовала потасовка между студентами и местными хулиганами, к счастью, никто серьёзно не пострадал. Но под шумок в общежитии произошло небольшое возгорание, которое было вовремя ликвидировано. Бывший директор и его сообщники задержаны и дают показания. Наши журналисты побывали на месте событий…Арсений перевёл взгляд на экран и почувствовал, как внутри всё похолодело. Милана и Олег давали интервью высокой девушке с микрофоном. — Идиот! — выплюнул Эдуард и с силой сжал чашку. По столу поползла тёмная струйка обжигающего кофе. — Жадность затмила ему разум. А теперь полетят головы. Но пусть только попробует меня в это втянуть. В голове Арсения вспыхнула догадка. Не зря отчим так занервничал. Неужели он замешан во всём этом? — Вот же дрянь! — снова процедил мужчина. — И здесь не обошлось без этой мерзавки. Надеюсь, Регина сможет усмирить свою строптивую дочь, если не хочет серьёзных последствий. — Что происходит? — не выдержал Арсений, прожигая отчима взглядом. — Я сам разберусь! — раздражённо рявкнул Эдуард и, хлопнув дверью так, что задрожали стёкла, покинул кабинет. В кабинет вошла Ольга и принялась убирать осколки и пролитый кофе. Арсений подошёл к пульту и выключил экран. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Ольга. — Опять поссорились с Эдуардом Сергеевичем? — в её глазах читалось искреннее сочувствие. — Я понял, что влюбился окончательно и бесповоротно. Но как сказать об этом отчиму? Ведь моя любовь, словно дерзкий луч солнца, разрушила его тщательно выстроенные планы. В этот момент секретарша выронила чашку, и остатки кофе расплескались по полу, а черепки присоединились к осколкам предыдущей, разбитой Эдуардом. — Прости… Я не хотела, это случайно получилось. — прошептала она дрожащим голосом. — Ничего, бывает. Бей посуду — я плачу, — иронично отозвался Арсений. — Возьмешь деньги и купишь новый сервиз. Ольга торопливо убрала беспорядок и, словно тень, выскользнула из кабинета, оставив Арсения наедине с его мыслями. За дверью она прислонилась к стене, словно ища опору. Достала телефон и, не мешкая, набрала номер. — Все отменяется, — выдохнула она в трубку. — У меня новости. Выслушав короткий ответ, она проговорила — Хорошо, в обед смогу выскользнуть из офиса. — и отключила звонок. Вернувшись на рабочее место, Ольга принесла Арсению свежесваренный кофе и предупредила, что в обеденный перерыв ненадолго отлучится. Она сидела как на иголках, с нетерпением посматривая на часы, словно они сговорились тянуть время. Наконец, стрелки сомкнулись на заветной цифре, и она, пулей вылетела из офиса. Возле входа ее уже ждала синяя "Тойота". Водитель, выскользнул из-за руля и распахнул перед ней дверцу. Ольга торопливо юркнула на заднее сиденье. — Ты знаешь, где она живет? — спросил мужчина, чье лицо скрывалось в полумраке салона. — Арсений сказал, что влюбился, но не знает, как вам об этом сообщить, ведь она, как кость в горле, встала поперек ваших планов. — Я просто объясню ей в первый раз, чтобы она ушла с дороги. У меня есть весомый аргумент. К тому же, не хотелось бы расстраивать Регину. — А если она не захочет? — с сомнением прошептала Ольга. — Захочет. У меня беспроигрышный аргумент, — усмехнулся мужчина. — Я же обещал пристроить тебя, вот ты и станешь женой Арсения. Мне нужны свои люди в его окружении. А эту мелкую дрянь мы уберем с дороги.***Арсений терзался сомнениями, словно мотылек, попавший в паутину. Стоит ли открывать отчиму свою душу, признаться в том, что Милана завладела его сердцем? Он понимал, что разговор будет подобен хождению по минному полю. Отчим, узнавший о существовании дочери лишь недавно, видел в ней лишь инструмент, живую батарейку для спасения Киры. Но Арсений решился. Рискнуть, бросить вызов судьбе. Мысль о болезненной процедуре, о страданиях, которые могут выпасть на долю Миланы, терзала его, словно заноза. Она не заслужила такой участи, эта хрупкая девушка, словно цветок. Ведь ее жизнь только начинается, а последствия могут быть непредсказуемые. Он подъехал к офису отчима, словно на казнь. Кивнул секретарше за стойкой, попросил не выдавать его визит, сославшись на желание сделать сюрприз. Поднявшись на второй этаж, к двери кабинета, Арсений замер, словно вкопанный. Рука, поднятая для стука, окаменела в воздухе. Из-за двери донеслись обрывки разговора — Да, донор найден. Начинайте подготовку к операции немедленно. Меня не волнует цена. Сделайте все, чтобы моя дочь выжила. Остальное — мелочи. Что значит, ждать новое оборудование? Если с донором что-то случится, спишем на врачебную ошибку. Не беспокойтесь, я не останусь в долгу. За такие деньги можно купить молчание, успокоить совесть…Арсений застыл, словно громом пораженный. Значит, отчим уже все решил, все спланировал до мельчайших деталей. Но нет! Он не позволит превратить жизнь Миланы в пепел, даже ради спасения Киры. Он не допустит этой чудовищной несправедливости. Он резко развернулся, словно ветер подтолкнул, и зашагал к выходу. У самой двери задержался, склонился к секретарше, одарив ее мимолетной, но обворожительной улыбкой — Ириш, сделай одолжение, скажи, что меня сегодня здесь и не было. Не судьба, мол, зайти к нему, дела навалились. Пусть лучше не знает, а? — Хорошо, — прощебетала девушка в ответ, но лукавая искорка мелькнула в ее глазах. — Но ведь он непременно спросит про машину. Как быть с этим? — Скажи, что я брал какие-то бумаги, срочно понадобились. Я в долгу не останусь, — пообещал он, подмигнув. — Ого, даже на кофе позовешь? — игриво протянула она, кокетливо поправляя прядь волос. — Легко, — заверил он, не теряя обаяния. — Тогда уговор! — девушка расцвела, словно весенний бутон, предвкушая скорую встречу. Едва переступив порог, Арсений словно вытряхнул из головы образ Ирины. Мысли уже вихрем носились вокруг Миланы, выстраивая неприступную крепость защиты. План созревал стремительно, словно спелый плод, готовый сорваться в нужный момент."Есть лишь один путь," — промелькнуло в голове Арсения. Уголки губ тронула едва заметная, хищная улыбка. Против этого решения отчим не посмеет возразить. А если и осмелится, всегда можно призвать на помощь маму — негласную главу их семейства, чье слово весит больше любых аргументов. Ей перечить отчим не посмеет. Арсений, словно ведомый невидимой рукой, направился прямиком к сверкающему оазису роскоши — самому дорогому ювелирному магазину города. Уголки губ тронула хищная, предвкушающая улыбка при мысли о том, какое смятение посеет его поступок в душе Олега. Тот наивно полагал, что Арсений не питает к Милане никаких намерений, но теперь правила игры изменились кардинально. — Прости, друг, время сантиментов прошло, — пробормотал он, словно оправдываясь перед собственной совестью. — Сейчас на кону спасение Миланы, а ваша любовь… она подождет. Двери магазина распахнулись, впуская его в мир ослепительного блеска, и навстречу тут же бросились две улыбчивые консультантки, готовые услужить. — Здравствуйте! Чем можем помочь? Что-нибудь подсказать? — защебетали они, окружив его вниманием. — Да, мне нужно обручальное кольцо. Они, словно бабочки, вспорхнули к витрине, предлагая сокровища, достойные самой взыскательной королевы. Но взгляд Арсения замер, прикованный к кольцу с крупным, искрящимся изумрудом. Цвет его идеально соответствовал глубине и таинственности глаз Миланы. — Вот это, — произнес он, указывая на кольцо, словно на символ своей решимости. Выйдя из магазина, он не скрывал довольной улыбки. Что ж, игра началась. Милана. Неделя пронеслась вихрем с тех пор, как Арсений подарил мне машину. Университетские лекции сменялись уроками вождения, только встречи с Олегом приносили радость и он отвлекали от тяжёлых мыслей. Audi, припаркованная во дворе общежития, в глазах окружающих по праву принадлежала Олегу. Пусть так. Парни бросали на него завистливые взгляды, а девушки, если бы не мое присутствие, кажется, разорвали бы его на части в борьбе за внимание. Вместо этого они лишь одаривали Олега красноречивыми взглядами, полными надежд и намеков. Но он, казалось, видел лишь меня. В лицее же зрел слух о скорой смене директора, место которого должен был занять новый, неведомый. Каким он будет? Интрига, словно густой туман, окутала лицей, и разрешиться ей было суждено лишь после новогодних праздников. После пар, как всегда, мы брели в общагу. Сегодня не было курсов вождения, и я надеялась на тихий вечер, когда вдруг… снова возник Арсений. Неужели? Целую неделю без него дышалось так легко. Что же опять стряслось, что принесло его обратно? Олег тоже заметил незваного гостя и тяжело вздохнул. — Но он же клялся, что оставит нас в покое, — пробормотал он скорее себе, чем нам. — Может, он опять неспроста здесь, — Лерка, как и я, была заинтригована. — Надо выяснить. Втроем мы приблизились к нему. Арсений выглядел странно: улыбался, но в уголках губ затаилась печаль. — Что-то случилось? — спросила я, чувствуя, как внутри нарастает тревога. — Да, — Арсений открыл заднюю дверцу машины и достал огромный букет роз, которые тут же протянул мне. Затем опустился на одно колено, доставая маленькую бархатную коробочку. Внутри, на черном атласе, сверкало кольцо с крупным зеленым камнем. Лерка ахнула, а розы выскользнули из моих рук и рассыпались на снегу алым ковром. — Сволочь ты, Арсений, — услышала я сквозь шум в ушах, как Олег скрежещет зубами. — Ты же обещал, что Милана тебе безразлична. — Так сложились обстоятельства, — ответил он, не отрывая от меня взгляда, словно вокруг никого не было. — Время пришло. Нужно защитить тебя от отца любым способом. — Что это значит? — в голосе Олега зазвучала угроза. — Я случайно подслушал разговор отчима. Он говорил о доноре для Киры. От этих слов по спине пробежал холодок, и я сильнее вцепилась в руку Олега. — При чем здесь Милана? — не понимал Олег. — Ты им не рассказывала? — удивленно посмотрел на меня Арсений. — О чем? — Олег нахмурился еще сильнее. — О том, что Милана нужна моему отчиму в качестве донора для Киры. Кира — ее старшая сестра по отцу. Лерка побледнела и в испуге прижала руку ко рту, словно пытаясь сдержать крик. — Единственный способ защитить Милану от него — это сделать так, чтобы она считалась моей невестой. Я еще крепче прижалась к Олегу, уткнувшись лицом в его грудь, не желая ничего слышать, ничего понимать. — Почему я, например, не могу этого сделать? — в голосе Олега по-прежнему звучало непонимание и, кажется, надежда. — Ты не сможешь ее защитить так, как это сделаю я. Она будет считаться моей невестой, и моя мать тоже сможет заступиться за нее. Тогда отчим не посмеет пойти против моей матери. Видимо, от переживаний Арсений достал пачку сигарет, предложил Олегу, а затем закурил сам, выпуская в морозный воздух сизые кольца дыма. — Пойми, — начал он объяснять Олегу, — ты же не хочешь, чтобы Милана пострадала? Не хочешь. Если ты предложишь ей замужество, это отчима не остановит. А мою мать он послушает. Она на него имеет влияние. — Мне ты доверять можешь, — парень затушил окурок, выбросив его небрежно, и надел мне на палец кольцо. Холод металла коснулся кожи, словно ставя неслышную печать. — Можешь пока не отвечать, молчи. Но пообещай… пообещай хотя бы подумать! Мир вокруг померк, а сердце оглушительно застучало в ушах. Я была ошеломлена, словно громом поражена. Слова застряли в горле, не находя выхода. Я и представить не могла, что все обернется так… что он осмелится. Ответить сейчас? Это было выше моих сил. — Хорошо. Пусть пока будет так, — согласился Олег, и в голосе его звучала странная смесь облегчения и горечи. — Но твоей невестой она будет лишь на словах, пока лишь на словах. — Да я и не претендую на большее, — улыбка Арсения была обманчиво легкой. — Сейчас главное — спасти Милану. Только спасти Милану.