Глава 11

Я стояла под душем, ощущая, как струи прохладной воды смывают сонную негу. Вместе со следами наших с Джорданом любовных игр. И если он, вернувшись в спальню, зайдет сейчас сюда, всё начнется заново. Прикосновения, нетерпеливые объятия, поцелуи… И я опоздаю в клинику.

До визита к врачу оставалось менее сорока минут, и нужно было скорее выходить и одеваться.

Перешагнув порог ванной комнаты, я сразу же почувствовала на себе пристальный взгляд. Почувствовала, потому что видеть ничего не могла – в спальне было слишком темно. Он здесь, совсем рядом.

Подошла к кровати и уже хотела сесть. Но вдруг широкие ладони сжали талию поверх пушистого полотенца.

Джордан выпрямился передо мной во весь свой внушительный рост. Глаза начали привыкать к темноте, и я смогла рассмотреть его лицо. Невероятно красивое, просто совершенное… и уже любимое.

Вдруг он опустился на колени прямо передо мной, и я в недоумении застыла.

– Спрашиваю в сто третий раз: ты выйдешь за меня? – прозвучал знакомый уже вопрос.

Как и прежде – без того самого признания, которым обычно сопровождают предложение руки и сердца.

Еще каких-то минут десять назад я была уверена, что сердце Джордана Фрейзера всецело принадлежит мне. Но незадолго до этого сгорала от ревности, представляя рядом с ним ту стройную симпатичную брюнетку. И в самый волнительный момент едва не расплакалась, как дурочка, от обиды. Чуть было не отбив у него всякое желание продолжать.

Ну да, назвал любимой. Ну и что? Вот что стоит ему сказать "Я тебя люблю"?

Понятно, что ни о каких настоящих чувствах между нами сейчас не может быть и речи. Мы, по сути, совсем чужие друг другу. А всё то, что между нами происходит, обусловлено особой мистической связью. Этим неодолимым притяжением, обоюдным желанием быть как можно ближе.

Но моя влюбленность настолько реальна, что я готова верить.

– Выйду.

Джордан поднял руку и разжал пальцы. На его ладони поблескивало крупным искрящимся камнем кольцо.

– Бабушка передала, – пояснил он, надевая мне его. – Оно очень давно в нашей семье.

Я поднесла ладонь к лицу и залюбовалась золотым ободком – символом нашего с Джорданом будущего союза.

Неужели это происходит на самом деле? Умопомрачительный, самый прекрасный на свете мужчина скоро станет моим мужем.

Так, стоп. Что-то я слишком этому рада. Нет больше недоверия, исчезли все страхи. Пара часов наедине – и опять я готова на всё, только бы он был моим.

Додумать эту весьма интересную мысль я не успела. Тёмные очертания спальни с тонкой полоской света из под двери внезапно исчезли. И появилось знакомое ощущение падения в никуда. Я зажмурилась. Еще одно видение?

– Помоги ему, – послышался какой-то обессиленный, очень тихий голос.

Эта мольба вырвалась из моей собственной груди вместе с тяжёлым выдохом.

Я решаюсь открыть глаза. И встречаюсь взглядом с расплывающимся отражением в круглом зеркале на стене.

Стою посреди своей комнаты в особняке Браунов. Джордана рядом больше нет. Опять путешествие в своё будущее? Интересно. Но волнительно и даже страшно.

Моя ладонь опускается на низкую деревянную колыбель, в которой спит малыш. Мой сын?

– Помоги ему, – снова умоляю, срываясь в жалобные рыдания, – будь рядом!

Что за абсурд? Я сама себя прошу о помощи? Точнее, моё будущее воплощение?

Больше всего захотелось склониться и как следует рассмотреть ребенка. Но, как и в прошлый раз, я была лишь наблюдателем в собственном теле.

Откуда-то издалека послышался встревоженный голос:

– Это от счастья? Так сильно хочешь замуж?

Джордан. Он сейчас – мой проводник в реальность.

Перед тем, как вынырнуть из этого сюра, я напоследок смогла окинуть взглядом видимую часть комнаты и колыбель. И тонкую женскую руку, монотонно её покачивающую. С кольцом на пальце, которое мне минуту назад подарил мой новоявленный жених.

Придя более или менее в себя, я тут же задала волнующий вопрос:

– Джордан, кто носил его раньше?

Об стиснул меня в объятиях и встревоженно ответил:

– Моя мать. Ты что-то увидела?

– Как будто снова перенеслась в другое место. В свою спальню дома Браунов. Но на этот раз я разговаривала со своим отражением, представляешь? Видела ребенка в колыбели. И это самое кольцо на пальце. Но рука, кажется, была не моя.

– Думаешь, это была не ты? Не наш ребенок? Может, и не наше время?

Я кивнула, не в силах как следует собраться с мыслями.

– А комната как выглядела?

– Рассмотреть нормально не получилось, но вроде также, как и сейчас. Не считая колыбели.

– А почему ты решила, что в первых твоих видениях были именно мы с тобой?

– Я слышала твой голос, – начала перечислять я. – Твоё лицо каждый раз было словно в дымке. Как будто смотришь сквозь мутное стекло. Но вполне узнаваемо.

– Хм, – он не нашёлся, что возразить. – Может, что-нибудь еще?

– Ещё вот этот самый перстень на твоём мизинце. Я видела его каждый раз. Откуда он у тебя? От отца?

Джордан вдруг замер, не размыкая кольца своих рук. И следующую минуту не проронил ни слова. Я тоже молчала, прижавшись щекой к его твёрдой груди.

Но внезапное прозрение заставило нарушить тишину.

– Если это и не ты, то кто-то на тебя очень похожий. Совершенно точно – предок или потомок. Может, я переношусь не в будущее, а лет на двадцать пять назад? Ребенок в колыбели – ты, а женщина – твоя мать?

Джордан усмехнулся, покачав головой:

– Перстень у меня не от отца, а от дяди Джонатана, прежнего вождя клана Фрейзеров.

Я с грустью вздохнула. Ведь так логично все сложилось в моей голове – я надела кольцо прежней владелицы и между нами, проводниками-звеньями, возникла связь. А еще захотелось поверить, что это не моему маленькому сыну грозит опасность. А когда-то давно грозила Джордану, который сейчас рядом со мной – живой и невредимый.

– Значит, моя теория несостоятельна, – пришлось мне признать. – И правда, что твоей маме делать в особняке Браунов. Расскажешь мне как-нибудь о ней?

– Да, – он приподнял мой подбородок и коснулся губ поцелуем. – Ты решила, что она – тоже проводник? Предыдущее звено?

– Угу.

– У тебя очень живое воображение.

– Какое уж есть, – буркнула, снимая с себя его руки. – Я кажется, сильно опаздываю на приём.

– Если поторопишься, успеем, – он поднялся с постели вслед за мной.

Я взяла с пуфика брюки и направилась в ванную, где на сушилке висела моя блузка вместе с бельём.

Джордан ухватился за край полотенца, дёрнул и оно упало к моим ногам.

– Не смог удержаться.

В мгновение ока каждый волосок на моём теле встал дыбом, и кожа покрылась мурашками.

– Очень вовремя! – я отступила к ванной. Мало того, что назвал фантазеркой, так еще вздумал дразнить.

Джордан в пару больших шагов поравнялся со мной. Обхватил сзади за живот и прижал голой попой к своему паху.

– Сложно будет терпеть до ночи. Но я готов, – со всей серьёзностью заверил он. – Ради всего того, что на правах будущего мужа смогу с тобой теперь сделать.

Я вытаращила глаза и открыла рот, чтобы ответить. Но очень быстро закрыла, так ничего и не придумав.

Джордан стремительным движением развернул меня к себе лицом и запустил пятерню в волосы, прямо под пучок.

– Хочу тебя, – поцеловал, глубоко проникая в рот языком.

Я обхватила широкие сильные плечи и прижалась к обнажённому рельефному торсу. Но, отвечая на поцелуй, всё же старалась не отдаться полностью этой эротической игре.

Джордан в который уже раз обозначал свою доминирующую роль в нашей паре. И мне страшно захотелось сделать что-нибудь ему наперекор.

– Если ты сегодня намерен вступить в права будущего мужа, я, пожалуй, переночую в Дипвуде.

– Ни за что.

– Ни за что?

Поднёс меня назад к кровати и поставил на неё. Наши лица оказались примерно на одном уровне.

– Я же сказал, ночи ты проводишь со мной. Здесь или в Ущелье. Но можешь уйти в другую комнату, и запереть дверь изнутри.

Он повёл губами по ключице, опускаясь медленно к груди.

– Тебя остановит замок? – я шумно вздохнула.

– Не остановит. Но так я пойму, что ты хочешь побыть одна. И, на будущее, имей в виду – достаточно твоего "нет" или "да".

– Правда?

Я уж было обрадовалась – неужели в этом странном браке мы будем на равных?

– Касается только секса, – уточнил Джордан, поглаживая мою спину и бедро. – Во всём остальном окончательное решение за мной.

Но, увидев моё вытянувшееся лицо, пояснил:

– Таков порядок последние лет десять. Я, как глава рода, несу ответственность за всех Фрейзеров. И никому еще не приходило в голову оспаривать моё право вето. И моей жене уж тем более не стоит даже пытаться.

Я вспомнила, как он разозлился на меня за тот спор при Калебе. Вот, значит, откуда ноги растут. Великий и ужасный Джордан Фрейзер не выносит, когда ему смеют перечить!

Но тогда у меня для будущего супруга плохие новости.

Ладно, пусть пока строит из себя тирана. Конечно, подкаблучник из него не выйдет, да он таким мне и не нужен. Но чуткий любящий муж вполне получится со временем.

***

Минут десять спустя, полностью одетая и с аккуратно собранными в хвост волосами, я ждала Джордана у двери в гостиную. Кольцо тайком сняла и оставила в ванной. Вдруг следующее видение застанет врасплох в каком-нибудь людном месте?

Он появился из гардеробной – в обычных тёмных брюках и пуловере. Невозможно привлекательный и сексуальный. А я, как выразилась Холли, выгляжу настолько пресно, что "в пору библии продавать".

Подумала об этом и разозлилась. Не на Холли, и не на себя. А на Джордана, снова припомнив его фото с красавицей брюнеткой.

– Правда не хочешь сегодня спать вместе? Или пошутила?

– Не хочу, пока это небезопасно.

– Есть и другие способы защиты. Заеду в аптеку на обратном пути и куплю. Или дело вообще не в этом?

Он посмотрел на меня с недобрым прищуром.

– Ты ведь не веришь, что мои видения – реальные знаки из прошлого или будущего, да? Или тебе просто всё равно?

Он сжал мою ладонь и молча повёл вниз. Мы спустились на первый уровень и направились к лифтам.

– Мне не всё равно. Но я не привык бежать от проблем. Поэтому, не считаю эти знаки препятствием для рождения ребенка.

– Ты же обещал, что мы с этим подождём.

– Мы подождём. Представь себе, год, два… А если твои видения так никогда и не сбудутся? Сколько лет ты собираешься жить в постоянном страхе и откладывать своё будущее? Если угроза реальна, я не позволю ей управлять событиями нашей жизни. Понимаешь меня?

Угу, понимаю. Что мой будущий муж просто помешан на контроле.

Уже в лифте Джордан притянул меня к себе, и прошептал, поцеловав в макушку:

– Неужели ты думаешь, я позволю случиться с тобой чему-то плохому?

– Ты же не всесилен! – возразила я.

– Ну, это как посмотреть, – он усмехнулся.

Войдя в искрящийся от света разнокалиберных светильников просторный холл, мы направились

к лобби. Из-за стойки тут же выглянула интеллигентного вида седовласая леди.

– Это Оливия МакКиннон, моя невеста, – сообщил ей Джордан.

– О, как чудесно! Примите мои поздравления с помолвкой, мистер Фрейзер! – она расплылась в лучезарной улыбке. – Поздравляю, мисс!

– Благодарю, – попыталась улыбнуться я, поёживаясь от обращенных на нас взглядов.

На её возглас обернулось несколько человек. Без сомнений, хозяина половины этого огромного здания здесь все знали в лицо.

– Странно, что в прессе об этом ничего не было сегодня! – не унималась словоохотливая дама.

– Это новость последнего часа, – пояснил мой жених.

Я посторалась спрятать руку, чтобы не обнаружилось отсутствие кольца.

– Нужно, чтобы у неё были все ключи доступа. Служба безопасности предоставит необходимые данные сегодня.

– Конечно.

Попрощавшись с милой администраторшей, мы спустились на подземный паркинг.

Джордан подвёл меня к уже знакомой машине.

– Она у тебя не одна же? – поинтересовалась я, усаживаясь в пассажирское кресло рядом с ним.

– Есть еще внедорожник для поездок по Гриншеттеру.

– Ты не фанат скорости, да? – я окинула взглядом несколько спортивных автомобилей на соседних парковочных местах.

– Я фанат комфорта, – улыбнулся мой жених. – Почему ты спросила?

– Ну, спорткары для мужчины твоего статуса – это вопрос престижа…

– До сих пор я не встречал еще человека, который вызвал бы у меня желание пускать пыль в глаза. Казаться тем, кем я не являюсь.

– Мм.

Мы выехали на улицу. Джордан переключил скорость, и машина понеслась по вечернему Таунсенду.

– Я мог бы назвать тебя исключением, – он на секунду отвлёкся от дороги и подмигнул мне. – Но ты знаешь меня с такой стороны, с которой не знает больше никто. И изменить это впечатление вряд ли в моих силах. Да и не за чем – ты ведь и так вся целиком уже моя.

– А ты – только мой? – вырвалось у меня.

Мальчишеская игривость в его тоне безумно нравилась мне. Обаятельная улыбка красивых губ, ямочки на щеках, морщинки в уголках глаз… От всего этого замирало сердце и хотелось скорее замуж, не взирая на его диктаторские замашки.

– Разумеется, – Джордан подозрительно прищурился.

– И ты ни с кем не встречаешься сейчас?

– Ни с кем. К чему вдруг этот вопрос?

Я достала телефон и показала фото. Он мельком взглянул и отвернулся.

Мы как раз подъехали к клинике, и Джордан остановил машину в нескольких метрах от прозрачных раздвижных дверей.

– Кто она тебе?

– Никто. Ходили вместе на разные мероприятия в прошлом месяце…

Я вспомнила их объятия и счастливые улыбки на остальных фото, и процедила сквозь зубы:

– Эта сделана неделю назад.

Джордан молчал, наблюдая за людским потоком на тротуаре.

– У меня есть еще три минуты. Расскажи, иначе я додумаю сама.

Он обреченно вздохнул, скривил губы и стал монотонно рассказывать.

– Наша с тобой первая встреча в ущелье. Не знаю, помнишь ли ты… Я ожидал, что отключусь, как всегда, и страж заберет все твои силы. Ты была у меня в руках – такая беззащитная, соблазнительная… Но время шло, а он все не появлялся. Зато я понял, что начинаю сходить по тебе с ума, как обычный парень по красивой девушке. И решил – если ты не отдашься мне по доброй воле, я тебя всё равно получу.

От этих его слов по спине пробежал холодок.

– Не пугайся. Не в смысле, изнасилую. А внушу не бояться меня и соблазню.

Я почувствовала, как запылало моё лицо от этих его слов. Но явно не от смущения. Представляю, как обрадовалась бы наутро, осознав, что мной обманом воспользовался незнакомый тип. Пусть и занимающий аж третье место в списке самых желанных мужчин огромного мегаполиса.

– Ты ужасные вещи сейчас говоришь.

Он кивнул.

– Я просто тебе пересказываю, о чём думал тогда.

– Продолжай.

– Ты до такой степени меня завела в душе… Да я чуть не кончил, просто увидев тебя голую и мокрую, без той идиотской рубахи.

Я перегнулась и достала с заднего сиденья бутылку колы. Нервно сделала несколько глотков.

– А страж так и не явился. Я потом всю оставшуюся ночь думал, в ком причина? Что-то изменилось во мне? Или это ты – уникальная?

– И ты решил это проверить. Но не на мне, а на ней.

Джордан кивнул снова.

– Окончательно придя в себя наутро, я вспомнил, что с тобой творил. И понял, что ты после всего этого меня к себе не подпустишь.

– Я и не подпустила бы тогда, находясь в здравом уме.

– Ну вот, – он согласился. – А подтвердить свои подозрения очень хотелось. И я подтвердил.

– Переспал с ней?

– Попытался, но даже не помню, как раздевал. И вышло один в один, как со всеми остальными. Провал в памяти, пробуждение примерно через час и обессиленная девушка рядом. Как ты понимаешь, у меня с ней ничего не было.

Даже не знаю, радоваться или нет. Но напросилась я на этот разговор сама. И сделала себе только хуже. Теперь ядовитая ревность разъедает всё внутри в несколько раз больнее.

– Я побегу, – только и смогла выговорить я.

Уже отвернулась к двери, но Джордан перехватил, опрокинул спиной к себе на колени и поцеловал.

– Ответь честно на один вопрос, – попросил он.

– Только если быстро.

– Когда мы занимались любовью, о ком ты так усиленно думала?

– О тебе и о ней.

Мне показалось, или это был вздох облегчения?

Я кое-как вывернулась из опутавших меня рук и наконец вышла на улицу.

– Я буду где-нибудь неподалёку. Позвони, когда освободишься.