Глава 11. Очевидность выбора

Таня Настоящее время Смотрю на фото Лёши на экране смартфона и кончиком пальца провожу по линии его лица. Интересно, наш малыш будет похож на папу? Будет ли он таким же жгучим темноволосым красавцем? Или я стану мамой прекрасной светловолосой девочки? Обнимаю свой ещё плоский живот, представляя, как внутри меня растёт малыш. Я уже люблю его больше всего на свете. Жизнь вокруг меня продолжает течь, а я словно потерялась. Душевные раны никак не хотят затягиваться. Тоска от разлуки с любимым выпивает меня до дна. Лишь маленькая зарождающаяся жизнь под сердцем даёт мне надежду и смысл продолжать существовать дальше. – Тань, – зовёт меня подруга из коридора. – Иду-иду, – бросаю телефон на кровать и нехотя плетусь к ней. – Ты уже вернулась? – Ага, встречалась с девочками. Обсуждали наших извращенцев. Три года назад Тоня, наконец, выкупила бизнес у своего босса и стала владелицей самой крупной, как она считает, столичной компании по оказанию интимных услуг онлайн. – Звучит интригующе, – присаживаюсь на диван, готовясь услышать забавные истории. – После таких встреч мне кажется, что каждый второй мужик в городе – маньяк или извращенец. Серьёзно! – Ну, и кто у нас сегодня выделился? – Один тип – причëм по голосу слышно, что дедок одной ногой уже в могиле, – выбирает исключительно «восемнадцатилетних девственниц» и трахает их по телефону. По телефону, Карл! Ладно бы видеозвонок брал. Так нет, жалеет пенсию и дрочит от сладкого девичьего голосочка. – Хм… старый пень и малолетка – ничего нового, – фыркаю. – Лариска жаловалась, что её постоянный клиент, который любит драть беременных с круглым животом, начал звонить всё меньше. Раньше он один ей делал месячную норму зарплаты. – Иу… фу-фу… противно, – морщусь. – А чего это ты скривилась? Он что, Витюшу тебе напомнил? – и ржёт. – Фууу, Тоня! Виктор в последнее время стал главным предметом наших шуток. Мужчина настойчиво стремится вмешаться во все мои дела. Звонит несколько раз на дню, чтобы узнать, как я себя чувствую, хорошо ли питаюсь, достаточно ли времени провожу на воздухе. После того случая в ресторане два дня назад его забота переросла в гиперопеку. Кажется, он испугался за жизнь ребёнка больше, чем я сама. К счастью, доктора заверили меня, что всё хорошо. Отдых – главный врач. На следующее утро, проснувшись раньше обычного, я стараюсь не шуметь и забегаю на кухню. Набиваю рот любимыми Тониными снеками и проверяю смартфон. Два непрочитанных. Виктор отправил смс, приглашая вечером поужинать. Закатываю глаза. Упёртости юриста можно позавидовать: он и зимой снег сможет продать. А второе… от «Любимого»! Чат в мессенджере, который из-за отсутствия новых посланий ушёл в самый низ, вновь появился в начале списка. Маленький значок напротив круглого фото Бестужева заставляет моё сердце встрепенуться. Поверить не могу: Лёша написал мне! Трясущимся пальцем открываю нашу переписку и замираю, увидев там фото. Изображение, где мой муж сидит на диване, который я сама выбирала для нашего дома, а рядом с ним его любовница. Она, счастливая, улыбаясь во весь рот, прижимается к нему, а он… он, кажется, тоже счастлив. Внизу подпись: «Спасибо за развод». С отвращением, словно у меня в руках оказалась змея, бросаю телефон на стол. В глазах застывают слёзы. Я думала, что больнее уже быть не может, но Бестужев решил добить лежачего. Мне будто удавкой перевязали горло. Выбегаю из подъезда, чтобы глотнуть свежего воздуха. Каждую молекулу чистого кислорода. Когда это всё закончится? Я больше не могу… Не хочу жить в постоянных страданиях… Чем я это заслужила? Разве я была ему плохой женой? Недостаточно любила? Он сломал меня. Кажется, я уже готова на любой отчаянный поступок, чтобы забыться. – Таня, ты в порядке? Недоумённо оглядываюсь и с удивлением обнаруживаю возле себя Виктора. Мои глаза лезут на лоб. Это точно какое-то помешательство. Клинический случай. И если поначалу его настойчивость меня лишь настораживала, то сейчас стала не на шутку раздражать. – Что? Что ты здесь делаешь? Неосознанно отступаю назад. – Ты не отвечала на мои сообщения, поэтому я стал волноваться. – Но сейчас шесть утра! – Я спать толком не мог, решил заехать и увидеть тебя. Лицо мужчины действительно выглядит уставшим. Мысленно виню себя за грубость. – Всё хорошо, я как раз собиралась тебе ответить. – Ты кажешься взволнованной, – Виктор вновь проявляет безграничную заботу. Смотрю в глаза мужчины и не вижу там ничего плохого. И почему я так на него взъелась? Вопреки здравому смыслу, я бросаюсь в объятия мужчины. Прижимаюсь к его плечу и даю волю слезам. Виктор ободряюще гладит меня по спине и целует макушку. Никогда, ни в одной из реальностей, я бы не сделала ничего подобного. Но сейчас в моей душе царит тоскливая пустота. Хочется заполнить её добром и теплом. А Виктор был совсем рядом, только протяни руку. – Таня, тебе стоит уехать отсюда. Оставь своё прошлое. По коже бежит волнительная дрожь. Я внезапно понимаю, что это именно то, чего я хочу. Для моего психологического здоровья мне действительно лучше ненадолго исчезнуть. Алексей – Лёш! Мученически простонав, откидываю голову на спинку дивана. – Лёша! Почему к раскрашенной кукле не прилагается пульт управления с кнопкой отключения? – Лёша! Вот ты где! – Только не говори, что в городе закончились магазины и ты от скуки решила вернуться домой? Пялюсь в ноутбук, как будто на его экране высвечивается важнейшая для всего мира информация. Оля подлетает бабочкой и усаживает свою тощую задницу в омерзительной близости от меня. – Я думала, ты по мне скучаешь. – Лучше не думай. – А я вот скучала. Поднимает телефон над моей рожей и, прижимаясь щекой к моей, делает наше совместное селфи. – Буду смотреть на тебя, когда мне одиноко, – поясняет воодушевлённо. – То есть никогда? – хмыкаю. – Наоборот, всегдашечки! Лёш? – трётся об меня своими буферами. – Ты в монахи записался? – Как ты узнала? – не отрываюсь от экрана. – Давай я тебе хоть минет сделаю? У меня шикарно получается, – глаза паршивки загораются. – Тебе понравится! – Мне понравится, если ты оставишь меня в покое и дашь поработать! – А как же я? Лёш! Мне тоже секса хочется. Ты не мужчина… – замолкает, придумывая мне яркий эпитет, – ты… ты… ледяная глыба. У тебя совсем нет чувств! – Оля, – осаживаю её жёстким взглядом, – я согласился с твоим переездом только ради ребенка, которого ты носишь. Между нами ничего не будет. Иди уже спать. Обиженно спрыгивает с дивана и уходит, бурча себе что-то под нос. Закрываю ноутбук и устало потираю лоб. Не помню, когда последний раз спал. Да уж, лучше не брать работу домой и дать телу отдохнуть. Последние дни я нахожусь в невыносимом напряжении. Хочется вылезти из своей шкуры и сжечь к чертям эту мерзкую сущность. Противно быть самим собой. Только дела помогают мне не свихнуться и перестать думать о Тане. Где она сейчас? С кем? Думает ли обо мне или радуется нашему разводу? Еле удерживаю себя от порыва швырнуть ноутбук в стену. Достаточно! Пора идти спать. Оставляю свой телефон с ноутбуком на кофейном столике и устало плетусь в спальню. Разберусь со всем завтра. Дни тянутся сплошной вереницей. Один похож на другой, словно они выходят из копировальной машины. Офис, дом, ноющая под носом прилипала, визит к матери, кровать и снова офис. И так по кругу. – Лёша, сегодня пятница! Поздним вечером переступаю порог дома, надеясь на тишину и покой. Но Оля, словно до этого сидела весь день в засаде, вереща выпрыгивает мне на встречу. Девчонка нарядилась в блестящее платье и нацепила кучу бижутерии. А вырез её декольте настолько вульгарный, что ещё немного и сиськи вывалятся на пол. – И? Глядя на «новогоднюю ёлку», понимаю, что у меня в глазах рябит от количества сверкающих пайеток. – Я готова, – кладёт свою когтистую ладонь на моё плечо. – Ты решила съехать? – отстраняюсь. – Очень смешно. Я готова для нашего первого свидания. Крутится вокруг своей оси, чтобы я оценил её старания. – У меня дела. Иди сама, – устало выговариваю. – Я позвоню твоей маме и скажу, что ты меня обижаешь, – смотрит исподлобья, надув губы. – Тогда я позвоню в банк и попрошу заблокировать твою карту, – снимаю пиджак и прохожу в гостиную. – Жестоко, – прётся следом. – Справедливо. – Что же делать? – хитро прищуривается. – Я зря, что ли, так долго собиралась. Причёску и макияж в салоне сделала. На подкорке сознания возникает мысль, что стерва говорит заготовленными фразами. Будто только и ждала моего отказа, чтобы по готовому сценарию выдать заученный текст. – Говори, что хочешь. – Если ты не желаешь идти со мной, можно я с подружками погуляю? Пожааалуйста, – хлопает ресницами размером с опахало. – Ты ещё помнишь, что носишь моего ребёнка? – Ну конечно! Я обещаю не делать ничего плохого. Честно-пречестно. По-хорошему я должен запретить матери своего будущего дитя шататься, где попало, и заставить думать о своём здоровье, но перспектива остаться в одиночестве на весь вечер кажется мне куда более привлекательной. – Иди. – Спасииииииибо, – под писклявое верещание ухожу в спальню и закрываю за собой дверь. Всю ночь ворочаюсь от странного предчувствия беды. Давно со мной такого не было. Как ни пытаюсь, уснуть никак не получается. Может, с Олей что случилось? Зря я её отпустил. Девчонка-то совсем без мозгов. Какая из неё выйдет мать, ей самой ещё нянька нужна. Мой телефон неожиданно оживляется трелью, и я резко подскакиваю. Сердце бьётся, как сумасшедшее. Даже не взглянув на имя звонящего, сразу принимаю вызов. – Да! – Бестужев, если ты скажешь, что Таня вернулась к тебе, то можете оба навсегда забыть моё имя, – обеспокоенный голос Тони настораживает. – И что это значит? – хмурюсь. – Где она? – Таня? – Нет, твоя совесть, – не сдерживает злости. – Таня у тебя? Просто скажи: да или нет? Неужели это так сложно? Тяжело выдыхаю. – Её здесь нет. На душе противно скребут кошки. – Это плохо. – Поищи свою подружку у её нового любовника, – готовлюсь отключить вызов, но замираю услышав ответ. – Если Таня не с тобой, то она в беде.