Посоветовались

Константина перевели в кардиологию. Сначала супругов хотели оставить в одной палате, но потом зав отделениями приняли решение, что муж с женой будут плохо влиять на лечение друг друга и им лучше лежать в разных местах. Нина решила, что это к лучшему, она будет меньше переживать за состояние мужа, вроде и рядом, и есть возможность побыть без него. На следующий день к ним прибежали дети, даже Оксанка, которая сказала, что не сможет прийти, так как не с кем оставить Марка. Она сначала заскочила к отцу, а затем к маме. – Ну вы чего совсем расклеились. Я же за вас переживаю. Думала, что за папу волноваться не стоит, а тут и он со своими фортелями в больницу загремел, – вздохнула дочь. – Оксаночка, мужчины все свои переживания держат в себе, вот и получаются инфаркты и инсульты, – вздохнула Нина, – Это нам просто повезло, что вчера такая хорошая смена работала и заметили его состояние, а то бы, может, случилось самое страшное в дороге. – Мама, ты святая, еще его и оправдываешь и жалеешь, я бы такого мужа давно бы пнула под зад и забыла, как страшный сон. – Я очень рада, что ты не такая, как я, а смелая и решительная, – грустно улыбнулась Нина, – Надеюсь, что ты никогда не окажешься на моем месте. – Нет, конечно, сейчас не стоит рубить с плеча, тем более вы оба не в том состоянии, чтобы выяснять отношения, – сказала Оксана. – Ты совершенно права, мы не в том состоянии, – мягко посмотрела на дочь Нина. – Ой, что-то я разошлась. Мамулечка, выздоравливай скорее, – она чмокнула ее в щечку, – Что доктор говорит? – Чтобы я не волновалась. – Понятно, я тогда побежала, а то там в машине ждут меня муж с сыном. Еще созвонимся. Если что-то нужно, то напиши. – Как там твоя работа? – спросила Нина. – Тяжело, народ очень нервный и злобный. Не только по делу пишут, но и стараются обхамить. Не думала, что столько сил нужно, чтобы работать в службе поддержки. И это я еще на письма отвечаю, а не на телефоне сижу, – вздохнула тяжело Оксана. – Может все же по специальности что-то поискать? Может, кому-то нужен бухгалтер на аутсорс? – Мамуль, у меня же опыта 0,01 процента. Кто меня возьмет? Я же искала. – Папу спроси. – Мне кажется, он меня не возьмет из-за того, что я его дочь. Он же у нас принципиальный, не любит всяких протеже. – А ты все же спроси, – настаивала Нина. – Попробую. Всё, я поскакала, потом еще поговорим. Я тебя люблю, – она поцеловала Нину в щечку и попрощалась. Заехал к ним и Кирилл, принес полный пакет всяких плюшек и другой сладкой выпечки из местной кондитерской. – Там еще йогурт. Мама, я ремонт на мансарде могу сделать, пока вас нет? – спросил парень. – Конечно, – удивилась Нина. – Почему ты спрашиваешь? – Ну, я все сделаю по-своему. – Делай так, как считаешь нужным, тебе там жить. – Спасибо, мамулька, – он чмокнул Нину в щеку и убежал строить свой мир на чердаке. В полдник к ней заглянул Константин. – Ты как, мать? – спросил он грустно. – Отлично, дети приходили. К тебе не заглядывали? – Только Ксюха. – Тогда возьми плюшку, Кирилл приходил, – сказала Нина. – А чего ко мне не зашел? – удивился он. – Слушай, а может, он не знает, что ты здесь. Ему ведь никто не сообщил, думает, что ты в командировке, – ответила Нина. – Точно. Слушай, мне доктор сегодня сказал, что я тут проваляюсь не меньше двух недель, а может быть, больше, и порекомендовал мне не нагружать себя работой. Но я же так не могу, я привык все контролировать, и меня это не отпускает. – Найми того, кому ты доверяешь больше всего. – Нина, я никому не доверяю. До меня утром сегодня дошло, что я мог вчера ласты склеить, и в голове сразу возникло несколько мыслей: как вы будете без меня, и что мое дело после кончины, скорее всего, перейдет в чужие руки. Так что, как только я выйду из больницы, сразу сделаю несколько счетов для тебя и Кирилла, чтобы обеспечить ваше будущее. Вот только не приложу ума, что придумать с компанией, – вздохнул он. – Попробуй поговорить с Кириллом, может получиться втянуть его в бизнес. Научишь его всему. Так он у нас товарищ вроде не ветреный. – Боже мой, Нина, ему всего девятнадцать лет, дай ты ему почувствовать молодость, – закатил глаза Костя. – Тогда приглядись к Павлу, – сказала Нина. – Знаешь, мне нравится Пашка, он все же муж нашей дочери, но он чужой человек. Мало ли, как у них с Оксаной потом сложатся отношения. Не хочу, чтобы потом дербанили компанию на части, – покачал головой Костя. – Дорогой мой, я не смогу заниматься твоей фирмой. Я, может быть, и с удовольствием стала бы вникать во всю эту кухню. Но все же нужно быть чуточку помобильней и не иметь пластин в спине, да и голова должна быть поясней, чем моя. – Нина, да я все понимаю. Но кого я могу привлечь в помощники? – вздохнул он. – Поговори с Оксанкой. В свое время она закончила экономический факультет, шарит и в бухгалтерии, и во всех этих штуках и продажах, – предложила Нина. – Но она же в декрете. – Так не вечно же ей там сидеть. Марку два с половиной года. Уже можно и няньку нанять, а потом и в сад определить. Это все же твой внук, а не чужой ребенок. Оксанка старается, пытается дома что-то заработать, а тут есть возможность ей помочь. – Ну, не знаю, – поморщился он. – Ой, Костя, не будь таким занудой, женщины бывают отличными руководителями, если их не опередят мужчины. Мозг намного гибче, чем мужской, и легко справляются с многозадачностью, – сказала с жаром Нина. – Ну да, – вздохнул Константин. – Я подумаю над твоим предложением. – Подумай. Можно пока ввести девочку в компанию, например, на должность бухгалтера, пусть присмотрится к коллективу. Фамилия у нее мужа, никто не догадается, что она твоя дочь. – Слушай, а ты права. Немного натаскают ее там, да и присмотрится к людям. Свой человек не помешает. Все же, Нинок, ты умная женщина. – Конечно, кто бы сомневался, – рассмеялась Нина. – Костя, я разбирала свои старые записи, вернее, студенческие курсовые, и я понимаю, что там написано. То есть мозг возвращается к прежнему состоянию. – И ты поэтому от счастья в обморок плюхнулась? – поинтересовался муж. – Нет. Я звонила Степану Васильевичу, своему куратору и соавтору. – Да я помню его. Как он? – Он на пенсии, больше не преподает. Его жена предложила забрать его наработки, – Нина отвела взгляд в сторону. – Жена? – удивился Костя. – А причем тут его жена? Он же не помер. – Нет, он жив, но научной деятельностью заниматься больше не может, возрастные проблемы. – Ясно, а был такой живенький старикан. Я думал, что он до самого конца сохранит ясность ума. – Я тоже так думала, – вздохнула Нина. – И ты расстроилась? – Да. – Нинок, не стоит принимать все близко к сердцу. Ты у нас одна. Ничего не поделаешь с возрастом и старостью. К сожалению, этот процесс протекает у всех по-разному. – Все верно, но все равно жалко человека. – Жалко, но и себя пожалеть нужно, – Костя погладил ее по руке. – Ты хочешь вернуться в науку? – Я еще не решила. Мне и моя нынешняя жизнь нравится, но и по прежней иногда тоскую, – ответила Нина. – В любом случае я тебя поддержу. – Вот за это я тебя и ценю, – улыбнулась она и поцеловала мужа в щеку.