Глава 11

Вернувшись из столовой, обнаружила преображенную приемную. Пионы были везде: на столе, на полу, возле кофемашины, даже на шкафах и подоконнике.

— Ого, — шепнула.

— Нравится? — напугал Ален, подкравшись сзади.

Он весь светился, как солнце в самый жаркий летний день.

— Очень, — смущённо улыбнулась и отвела взгляд от шоколадных глаз, наполненных не только довольством, но и теплом.

— Больше не будешь восхищаться букетами от чужих мужчин?

Ревнивые нотки в голосе Алена грели душу.

— Так задело?

— Я был в бешенстве. Пришлось Марку успокаивать.

— О, да, я видела, как он тебя успокаивал, — усмехнулась, посмотрев на Алена.

И он сделал то, чего я от него не ожидала. Ален Александрович покраснел.

— И как ты… То есть, — тяжело вздохнув, растрепал волосы. — Не могу привыкнуть к таким моментам, когда нам приходится оправдываться.

— Разве я прошу оправдываться? Это ваше личное дело, и никто не должен совать туда свой любопытный нос.

— Но я бы хотел, чтобы это касалось и тебя, — развернувшись, сделал шаг ко мне, сократив тем самым расстояние между нами окончательно.

— Ты сейчас такой милый, — улыбнулась, погладила Алена по груди и приподняла голову выше, чтобы посмотреть в глаза.

— Тебе не противно? — спросил, взяв мою руку, и поцеловал ладонь.

— Сомневаюсь, иначе бы она сейчас так близко к тебе не стояла. И вы снова обжимаетесь? Почему ко мне никто не жмется? И да, мы ещё на работе. Ален, что ты устроил в приёмной, как сейчас будут проходить собеседования? — ворчал Марк, зашедший в приемную.

— Он всегда такой зануда? — шепнула Алену.

— Солнышко, — Марк шлепнул по заднице. — Я все слышу. И что-то в прошлый раз в кабинете ты не считала меня занудой.

— В кабинете ты был слишком горяч, так что даже если бы и занудствовал, я не заметила, — призналась, покосившись назад.

Марк, заурчав, как довольный кот, подошёл сзади, волосы на затылке зашевелились от его дыхания, мурашки побежали по коже.

Именно в этот момент, именно сейчас в приемную без стука зашла Наташа. Та самая, у которой язык без костей. Ну хоть в этот раз я полностью одетая, правда, зажатая с двух сторон шикарными мужчинами, но это мелочи.

Улыбнувшись, устало положила голову на грудь Алена и спросила:

— Что ты хотела?

— Я хотела? — та облизнула губы, ее глаза с такой нереальной скоростью шарили по нам, запоминали каждую мелочь.

Мне кажется, если бы можно было, то она бы нас тут же сфотографировала. А потом показывала всем, указывая на каждую деталь. Как стоим, куда смотрим.

— Ты же для чего-то сюда пришла. Или просто поболтать? — приподняла бровь.

Вот не чувствую даже капельки стыда. Мне так уютно, что плевать, кто и что будет говорить. Они и так, в принципе, говорят.

— Точно. Там Карина Владимировна сказала, что с трех начнут приходить кандидаты и что все идеально подходят под ваши требования.

А Карина Владимировна могла бы и позвонить.

— Спасибо, Наталья, можете идти, — сказал Марк и поцеловал сзади в шею.

Наташа выбежала из приёмной пулей. Бедная, вечно появляется не в то время. Хотя для неё — это то самое время. Сейчас пока всех оббежит, расскажет, весь день пройдёт.

— И какие же требования у строгих боссов? Длинные ноги и сиськи?

— Почему сразу ноги и сиськи? — озадачился Ален.

— Потому что наша стервочка ревнует, — хмыкнул сзади рыжик, укусил за плечо.

Закрыв глаза, подалась задницей назад, чтобы подразнить босса.

А что это был за прерывистый вздох, Марк Глебович? Понравилось? Так я могу повторить ещё раз. Нравится? Судя по дыханию, даже очень нравится.

— Нам надо остановиться, — шепнул Ален, прижимаясь ближе к нам.

— Не хочу останавливаться, — поговорила, и Марк сзади застонал.

Сдавшись окончательно, он прижался каменной эрекцией к заднице и сжал бедра.

Вот так, да, малыш. Перестань сдерживаться. Я-то знаю, каким ты можешь быть плохим.

Черт, какое же головокружительное чувство. Два крепких мужских тела и я между ними, такая хрупкая, мягкая. Вся принадлежу им в этот момент, в эту секунду.

— Все же не стоит сейчас, — Ален отстранился, его глаза потемнели от страсти и казались почти чёрными, такими пугающими.

— Ты прав, — пробормотал Марк и со стоном отошёл.

Мне хотелось рухнуть на пол, в таком пьянящем состоянии была. Сердце билось о грудную клетку, пульс участился, а уж какие импульсы исходили от мокрой киски

С ума сойти. Только объятья, а уже крыша едет.

— Всем работать, ясно? И только попробуй вечером сбежать, Зоя Аркадьевна. Мы приедем к тебе и отшлепаем.

— Испугали, — хмыкнула, стоило мне остаться в приёмной одной.

"Отшлепаем" — так соблазнительно звучит.

Уф-ф, кажется, нужно открыть окно, что-то слишком душно.

Распахнув окно, глубоко вдохнула свежий воздух, правда спорно, что он свежий. Но все равно классно. Погладила нежные лепестки пионов, понюхала. И захотелось танцевать, кружиться, а ещё улыбаться, так широко, насколько это возможно.

Влюблённая, одурманенная и…

Забывчивая!

Вот же…

Вытащив из сумки обходной, со всех ног побежала заполучить пару подписей у важных личностей, которые используют свое положение и после обеда часто уходят, прикрываясь "важными" встречами или другими супер "важными" задачами. Мне повезёт, если я их ещё успею перехватить. Вот же клуша! Размечталась, соблазнилась, а про подписи забыла.

Удивительно, но мне действительно повезло, и, получив три размашистые подписи, решила обойти всех.

Через час, когда я зашла в приемную, осталось подписать только двум привлекательным мужчинам. Но так как собеседование началось чуть раньше, стало не до подписей.

Приемную заполнили мужчины: молодые, средних лет и даже два в почетном возрасте. Ни одной женщины, кроме Карины, в приёмной не наблюдалось.

— Как ты и просила — мужики, — подлизывалась Кариночка, встав возле моего стола.

— Наверное, это всего лишь пожелание Марка Глебовича.

— А вот и нет. Марк Глебович не уточнял пол кандидатов. Ему важны другие качества.

— Что ты хочешь? — устало спросила.

Внезапно накрыло такое отчуждение. Увольнение, хоть и по своему желанию, неопределенные отношения и тяга к двум мужчинам, секреты Марины, надоедливость мамы, которая не может успокоиться и присылает примеры платьев, в которых хочет увидеть меня на свадьбе. Сообщение от бывшего, которое, даже не читая, удалила.

Я хочу домой, подальше от всего, закрыться в комнате на пару часов, восстановить свою энергию и снова нести себя в этот мир с поднятой вверх головой.

— Ты познакомишь меня? — тихо спросила, чуть наклонившись.

Возможно, если бы я не увидела робость и надежду в глазах Карины, то послала бы ее лесом.

Но я все-таки человек, а сука внутри спит крепко, вымотанная всем и всеми.

— Ты же красивая, привлекательная женщина. Неужели есть проблемы найти ту самую?

Карина, помедлив с ответом, поставила стул, на котором ранее сидел Ален, поближе ко мне и села, устремив задумчивый взгляд на толпу галдящих мужиков.

— Работаю много и устала от всевозможных свиданий, после которых ощущаешь только горечь и обостренное чувство одиночества.

— Думала, у вас с этим проще, — улыбнулась.

— Чем должно быть проще? Мы такие же, с такими же проблемами. Нам так же разбивают сердца, причиняют боль. Мы так же любим и прощаем.

— Прости, не хотела задеть. Но я тоже не могу ручаться, что получится с этой девушкой. Она хоть и стеснительная обаяшка, но что у нее внутри, сказать не могу.

— Ты с ней дружишь?

— Не сказала бы, но мы с ней поддерживаем тесное общение. Она работает баристой в кофейне в моем доме, и каждое утро или иногда по вечерам я заглядываю к ней.

— Значит, она не плохой человек.

— Откуда такая уверенность?

— Ты бы не стала общаться с плохим человеком. Ты остро реагируешь на такое. Столько примеров перед глазами было, — улыбнулась Карина и посмотрела на меня с восхищением. — Попкович, ты крутая. Женщина со стальными яйцами. И мне очень жаль, что ты уходишь. Ты даже не представляешь, каким примером для многих девчонок являешься. Помнишь бывшего начальника твоего отдела до Павлика? Как он девчонок принуждал, за жопы хватал. Тошнотворный тип. А ты только пришла и как дала жару этому говнюку. До сих пор нет-нет да и вспоминаем, как он бежал из отдела, на ходу пытаясь натянуть штаны на задницу. А ты следом, как дикая амазонка, крыла его матом. Не знаю, как для тебя, но для многих это стало большой поддержкой и пониманием, что терпеть такое отношение не стоит. И во все эти слухи, про тебя в частности, не верят, потому что знают тебя. И если есть между вами что-то, то только потому, что ты сама этого захотела.

— Вау. Я слегка растеряна и смущена.

— Я бы хотела быть такой как ты.

— А вот это глупость, — импульсивно сжала ее ладонь. — Ты не хуже меня, ты прекрасна такой, какая ты есть. И я, черт возьми, очень расстроилась и сейчас расплачусь. И если расчёт был на то, чтобы уговорить меня познакомить твой зад с другой очаровательной задницей, то все сработало. Я познакомлю на днях. Может, устрою свидание. А что, сваха из меня выйдет отличная.

— Даже не сомневаюсь в этом.

— Карина, прекрати быть такой милой, раздражаешь, — открыв зеркальце, поправила макияж.

Внутри до сих пор от ее слов реветь хотелось. Я и не знала всего. Это так приятно. Так наполняет теплом.

— Зоя Аркадьевна, можете запускать по одному кандидату, — сказал Марк через громкую связь.

— Хорошо, — ответила боссу.

В моем голосе ещё отражались эмоции, поэтому не удивительно, что он поспешно вышел из кабинета, впиваясь цепким взглядом в мое лицо.

— С тобой все хорошо? — с нежностью и заботой спросил, наплевав на всех присутствующих.

— Я в порядке, босс, — улыбнулась.

— Точно? — уничтожающе посмотрел на Карину так, что она аж съежилась на стуле.

— Все хорошо, Марк Глебович. Лучше вам начать собеседование, — намекнула на любопытных мужчин.

— Сначала мы поговорим. Зоя Аркадьевна, пройдите в кабинет. Прошу подождать ещё пару минут, — обратился к кандидатам.

Ничего не понимая, последовала за рыжиком. Стоило двери за нами закрыться, как он прижал к ней и внимательно, сосредоточенно посмотрел прямым взглядом и сказал.

— Если хочешь, я отменю все и ты продолжишь работать. Будет сложно, но мне плевать. Не хочу чтобы ты расстраивалась.

— Марк, ничего не нужно отменять. Со мной все в порядке.

— Тогда почему ты плачешь? — нежно стер дорожки слез со щек.

— Что будет после секса? Ещё пара ночей? — вырвалось, прежде чем я успела обдумать свои слова.

И внезапно что-то щёлкнуло. Бывает же так, зудит внутри, а ты не понимаешь причину. И потом раз, и все встает на свои места.

Ведь одно дело уйти самой, а другое, когда тебя просят уйти, чтобы потом глаза не мозолила. Поэтому я никогда не любила служебную движуху, все перетрахаются, а потом не могут в глаза друг другу смотреть, не то что работать.

— А чего хочешь ты? — мягкие нотки в голосе Марка успокаивали, но не до конца.

— А что вы можете предложить? — вздернула носик.

— Кажется, я тебе уже сказал, что ты наша женщина, — сказал Ален, подходя к нам.

— Это всего лишь красивая фраза, но что она несет под собой? Я сейчас не выношу мозг и, боже, не выпрашиваю что-то. Но мне бы хотелось определённости.

— Давай жить вместе. Это достаточно определенно? — Марк приподнял бровь.

— Втроем? — широко распахнула глаза.

— Втроем, — подтвердил Ален.

И они не шутили. Вот ни капельки.

— Знаете, не настолько определенно, — поморщилась, вызывая ухмылки на лицах мужчин.

— Трусишка, — подразнил Ален и чмокнул в щеку.

После чего вернулся на свое рабочее место.

— Я пойду? Там люди ждут.

— Зой, мы вернёмся к этому, — сжал мои пальцы и поцеловал каждый по очереди. — Мы серьёзно настроены по отношению к тебе. И довольно зрелые, чтобы не менять интерес после пары ночей.

— Даже не знаю, мне стало легче или я теперь больше волнуюсь.

— Скорее, ты боишься, — предположил Марк.

— С чего ты взял? — скрестила руки на груди.

— Он наблюдательный. Если так говорит, значит так и есть, — проговорили Ален, расписываясь в документах.

— Я не боюсь. И я спокойна. И все, что было до этого, всего лишь эмоции. Все, я ухожу и запускаю первого мужчину, — уверенно развернувшись, вышла из кабинета.

— Все в порядке? — спросила Карина, когда я вернулась в приемную.

— Конечно, — улыбнулась, надеясь на то, что по мне не видно, насколько я не в порядке.

Насколько шокирована. И нет, не напугана!

С чего мне бояться, что за глупость?

Попкович и бояться? Пфф!!

Да я боюсь если только… боли.

Не физической, а эмоциональной. Той боли, которая, как пламя, сжигает все на своём пути. После которой не остаётся ничего, только пустота.

Вот это страшно!

А с остальным можно справиться, пережить, в конце концов.

— Давайте начнём, господа! Кто первый? — приподняла бровь, осматривая кандидатов.

И как все закрутилось. Только успевала носить кофе начальству да отвечать на важные звонки, перенаправленные Марком.

Энергия восстановилась. Работа бурлила. Я полностью выкладывалась на все двести, все же мой последний день должен быть лучшим, чтобы никто не смог сравниться с Зоей Аркадьевной.

В это время слух о том, что я ухожу, облетел каждого, кто меня хоть чуть-чуть знал. И началось: звонки, сообщения, посещения.

Приёмная и так была забита цветами и кандидатами на работу. Так что штурм сотрудников создал что-то наподобие часа пика в метро.

Приходил даже Павлик, мой бывший босс, который сыпал проклятия на мою голову, когда я переводилась. Намекал, что, так уж и быть, готов принять обратно. Получив вежливый отказ, не вспылил, как обычно, но посоветовал не быть дурой и подумать недельку.

Заглядывали и девочки с моего отдела пообниматься. После них пришла Наталья с тортиком.

— Знаешь, Зой, без тебя будет скучно, — сказала, прежде чем уйти.

"Еще как будет," — подумала, успокаивая слишком чувствительного мужчину после отказа моих грозных боссов брать его на работу.

Когда собеседования закончились, приёмная опустела. Половина цветов была перетоптана, что довольно обидно, но несмотря на это все же выдохнула с облегчением.

Долгожданная тишина. Это прекрасно.

Сняв каблуки, забралась на кресло с ноющими ногами и, попивая кофе, с улыбкой и грустью мысленно прощалась с компанией, в которой мне посчастливилось поработать.

Одарив довольным взглядом шкаф с идеально разложенными документами, вспомнила первую встречу с боссами.

С забавными воспоминаниями пришло и понимание, что глубоко внутри я знала, что уйду. Может, не в первый день, но на второй точно. Наверное, после ужина с Аленом, когда осознала, что рано или поздно мою крепость возьмут штурмом.

Мои раздумья нарушил Марк, вышедший из кабинета, весь такой вымотанный. Много работал, устал.

Бедняжка.

— Готова идти на самое романтичное свидание? С классической музыкой, готовкой чего-нибудь изысканного, с бокалом вина и множеством поцелуев, — спросил, присев на мой стол, снял галстук.

— Я не особо сильна в готовке, — призналась, спустив ноги со стула, — особенно чего-нибудь изысканного.

— Я тоже, — ласково улыбнулся. — Но Ален в этом спец.

Разве можно быть вдалеке, когда он такой няшный?

Хочу быть ближе, хочу обнять.

Поднявшись, обогнула стол, поедая мужчину взглядом. Рыжик же внимательно следил за моим перемещением, и, стоило мне встать между его ног, застонал, прижимая к себе ближе.

Зарывшись носом в шею, с наслаждением вдохнула аромат одеколона, перемешанный с запахом кожи. Марк пахнет чем-то древесным, можно закрыть глаза и покажется, словно стоишь в лесу. Мне безумно нравится. Я балдею.

Вздрогнув от едва ощутимого прикосновения к затылку, застонала, откинув голову назад.

Чувственный поцелуй в шею, медленное скольжение ладони по рёбрам. Дыхание перехватывает.

— Значит, мы с тобой будем пить вино, пока он готовит? — шепнула, утонув в потемневшей зелени.

— Почему же только пить, ты забыла про поцелуи, — выдохнул в губы.

Короткий вдох, и губы сплетаются в поцелуе, наполненном жарким обещанием.

— Вы настолько горячи, что я готов кончить, — раздался голос Алена на всю приёмную.

Нам бы остановиться после его слов, но так не хочется. Не торопясь, позволила себе посмаковать, раствориться в грубом натиске, только потом все же отстранилась с сожалением.

Марк не двигался и не спешил открывать глаза. Прерывисто дыша, сжимал ткань платья, не позволяя мне отойти от него даже на шаг. Время словно замедлилось, так что я смогла рассмотреть родинку под правым глазом, густые ресницы, которые завораживающе трепетали, и не заметный на первый взгляд шрам на лбу.

— Какой ты красивый, — пробежалась подушечками пальцев по щетине.

— Сложно оспорить, — произнес Ален, про которого я на мгновение позабыла, настолько была поглощена Марком.

Он подошёл сзади и приобнял за талию, медленно, но уверенно отстраняя от Марка и прижимая ближе к себе.

— Ты тоже красивый, — посмотрела на очаровашку.

— Я такой, — широко улыбнувшись, сверкнул белоснежными зубами.

— Поехали домой, — хрипло произнес Марк, глядя на нас, как оголодавший зверь, смотрящий на жертву во время охоты.

Не знаю, как Ален, но я от такого взгляда завелась еще больше. Сразу захотелось подразнить котика, довести так, чтобы контроль был утерян.

— Поехали. Мы и так задержались сегодня.

Скосив взгляд на часы, удивилась. И правда, рабочий день закончился уже час назад. Ничего себе я задумалась, что не заметила, как пролетело столько времени.

Мужчины, как настоящие джентльмены, помогли мне собраться. Даже захватили пару букетов, остальные пришлось оставить в приёмной. Жаль, конечно, но Ален обещал завтра остальные цветы доставить мне домой, вот Марина обрадуется.

— Может, не будем сегодня готовить, а закажем еду? — предложил Ален, как только мы зашли в лифт. — Можем даже не заказывать, а сразу приступить к десерту, — поиграл бровями.

Закатив глаза, прислонилась спиной к стенке и посмотрела на себя в зеркало. Пока котики спорили, я ужаснулась своему внешнему виду. С такими мужчинами, а выгляжу, как пандочка.

Не стыдно, Зоя?

Внезапно лифт резко остановился на доли секунды, и я чуть не упала. Хорошо, что Марк, стоявший рядом, прижал к себе. Лифт же продолжил опускаться, но вскоре свет замигал, что-то скрипнуло, и он вновь остановился.

— Что за черт? — одновременно произнесли мужчины

— Даже не знаю, — скрестила руки на груди, язвительно добавляя, — лифт остановился. Значит, мы застряли. Оказывается, все довольно просто.

— Зоя, — закатил глаза Марк, доставая из кармана брюк телефон.

— Что, “Зоя”? — приподняла бровь. — Это просто кто-то доигнорировал проблему, так что получите, распишитесь, уважаемое бывшее начальство.

— Ехидна, — цокнул Ален, поглядывая на Марка, который начал махать рукой перед камерой.

— Помочь? Я могу показать сиськи, так будет действенней.

Мужчины одарили красноречивыми взглядом.

— Ну нет, так нет, — пожала плечами и отвернулась к зеркалу поправлять макияж.

"Скажем “нет” пандочкам!" — мысленно поговорила лозунг.

— Не отвечают? — спросил Ален у Марка.

— Пока нет, — напряженно ответил рыжик, продолжая привлекать внимание охраны.

Даже подпрыгнул пару раз перед камерой, за что огреб моим, хоть и маленьким, кулаком по спине.

— Ты с ума сошел со своим весом прыгать? А если тросы порвутся и мы полетим вниз?

— Ничего не порвется, — произнес Ален, а насмешливо посмотрели оба.

Промолчав, достала телефон из сумки, включила игру “Бильярд” и, высовывая язычок, пыталась прицелиться в лузу. Хотят прыгать перед камерой, которая по слухам не работает уже не первый день, мешать не буду. Надоест, позвоню диспетчеру. Хотя есть шанс, что они дозвонятся до охраны. Но если вспомнить, что сегодня работает Серега, который фанатеет по футболу и часто всю смену не отлипает от телевизора… Шансов дозвониться никаких.

Охрана

— Может, стоит сделать глоток пива и расслабиться? А то ты своей кислой мордой все настроение портишь. Футбол уже начинается. Так что пей.

— Серега, у меня предчувствие херовое.

— Вот достал. Босс звонил, сказал, чтобы ты их отметил, значит через пост проходить не будут. Сразу спустятся в подземку.

-Да, но камера в лифте не работает уже третий день, как точно понять, что ушли? А то ведь уволят, если узнают.

— Вот же истеричка… Связался на свою голову. Что смотришь? Проверяй камеру на этаже, там же видно, уходили или нет.

— Да, сейчас посмотрю.

— Вот, видишь, зашли в лифт.

— А в подземку?

— А в морду?

— Понял. Смотрим футбол.

— И телефон рабочий вырубить не забудь, а то я знаю твою Ленку, начнёт звонить, мешать.

— Уволю! Всех, мать его, уволю! — взревел Марк, и я, склонив голову над телефоном, усмехнулась.

— Не берут? — озадаченно спросил Ален, начавший нервно слоняться из угла в угол.

— Не берут, и телефон сел. Звони ты, пока я попробую набрать диспетчера.

Оу, догадались сами. Хмыкнув, вернулась к игре.

“Эй, куда забиваешь столько шаров!” — мысленно возмутилась, отправляя сопернику гневные смайлы.

— Я свой, кажется, забыл в кабинете, — растерянно произнес Ален после тщательных поисков.

Упс. У одного сел, второй забыл, надо доигрывать быстрее, пока мой не забрали.

Мои упорные красавцы минут десять слушали гудки диспетчера в надежде, что им ответят.

— Не отвечает, — все же подвел итог кареглазик, прислонившись лбом к стене.

— Детка, дай свой телефон, — попросил Марк, повернувшись ко мне.

Ну вот, не успела доиграть, а ведь осталось забить только черный шар. Передав свой телефон, наблюдала комичную смену эмоций на лице рыжика.

— Что? — спросила от любопытства.

— Он сел, — отдал телефон обратно.

Ой, кажется увлеклась и не посмотрела на заряд. А ведь и правда, обычно я заряжаю за день, а сегодня не до этого было.

— Упс, — проговорила, посматривая то на одного, то на другого.

Кажется, сейчас будет громко…

Бедные мои перепонки и двери лифта. Ну хорошо, дверям досталось больше от таких ударов, я-то закрыла уши ладошками. Кричать и стучать не самый лучший способ выместить раздражение, но если им так легче, буду терпеть.

Сняв пальто, положила его на пол, мысленно застонав от суммы, которую придется заплатить в прачечной. Села и снизу вверх посмотрела на затихших боссов.

— Ужин накрылся, — произнесла очевидное, и мужчины поморщились.

Последовав моему примеру, сели каждый возле стены. Хорошо, что лифт не маленький, а то было бы тесно. И вот сидим, молчим, с разных углов смотрим на двери. Я лично от скуки, они с какой-то надеждой.

— Что за сервис? — прикрыл глаза Марк, покачав головой.

Ален же нервным движением проходился по волосам, туда-сюда, туда-сюда, аж захотелось схватить за руку и попросить остановиться.

— Это был риторический вопрос? — посмотрела на рыжика, улыбнувшись.

Кажется, ещё немного и я начну их бесить.

— Почему ты такая спокойная? — спросил Ален, ну хоть волосы оставил в покое.

— Есть несколько причин.

— Каких? — подключился рыжик.

— Я устала, и у меня нет сил волноваться.

— А вторая причина? — Ален оперся затылком о стену.

“Какой красивый кадык,” — подумала, зависнув взглядом на красавце.

— Вторая заключается в том, что мы застряли здесь до утра. Безусловно, есть шанс, что мы дозвонимся до диспетчера. Но он минимален, если брать в расчет, сколько раз на моей памяти застревали люди и им отвечали через раз. Не знаю, что там у них не так, но факт остается фактом. Телефоны сели, никуда не позвонишь. Да и связь ловила очень плохо, игра висла, зараза, так бы успела выиграть. Кричать не имеет смысла, никого нет, вот утром можно и пошуметь. Так что тратить свою энергию, которой и так не осталось, я не хочу. И так всю ночь здесь сидеть.

— Ты играла в игру вместо того, чтобы позвонить и вызвать аварийную службу? — кажется, рыжик готов меня придушить.

— Об этом я подумала только сейчас, — приподняла ладони вверх в защитном жесте. — Я же не знала, что телефон сядет.

— Давайте успокоимся, мне и так некомфортно в замкнутом пространстве, а вы еще тут спорите, — попросил Ален, он и правда был слегка бледноват.

Уточнять про то, как он себя чувствует, не стала. Все же вдруг задену мужское самолюбие своим любопытством.

— И чем займёмся? — зевнула, положив голову на колени.

— Хорошо, раз мы здесь до утра, — рыжик одарил каждого из нас обреченным взглядом, — предлагаю использовать время с пользой и узнать друг друга лучше. Если никто не против, то я хотел бы начать и спросить. Зоя, у тебя есть сестра?

Вздрогнула от неожиданного и довольно болезненного вопроса.

Почему, к примеру, не спросить, какой размер груди или какого цвета мое нижнее белье? Зачем про сестру?

— Есть и нет, — ответила, неуютно чувствуя себя от сосредоточенного выражения на лицах мужчин.

Я чего-то не знаю? Что за неподдельный интерес?

— Это как? — спросил Ален, слегка подаваясь вперёд от любопытства.

— У меня есть младшая сестра Ольга. Но я, — замолчала, подбирая слова, — в общем, после того, как узнала, что Оля спит с моим на данный момент бывшим мужем, не смогла воспринимать ее, как свою сестру, как родного человека.

Замолчала, была готова услышать вопросы про мужа, про другие взаимосвязанные темы, но уж точно не ожидала слов Алена.

— Даже не представляю, чтобы моя сестра или мой брат подкатывали к моему мужу.

— Твоему мужу? — широко распахнула глаза.

Сонливое состояние в миг исчезло.

— Молодец, дорогой, — усмехнулся Марк, подвергая меня еще большему эмоциональному коллапсу.

— Да ладно? — переводила взгляд с одного на другого.

Офигеть!

Марк насмешливо приподнял бровь, Ален же похлопал невинно глазами.

Да быть такого не может…

— Муж? — повторила и воскликнула. — Объясните кто-нибудь, какой вы ориентации?!

Иначе дебит и кредит совершенно не сходятся! Секс со мной, брак. Да вашу за ногу и в хвост!!!

— Мы не геи, — тут же ответил Ален.

— Это мне говорит человек, у которого есть муж, — нервно хохотнула.

— Зоя, мы — бисексуалы, — спокойно произнес Марк и выжидающе посмотрел на меня.

Бисексуалы. В голове вихрем пронеслись некоторые пикантные видео, которые я смотрела с дружищем-вибратором.

Уф-ф, стало жарковато. Навеяло, навеяло развратом.

— Так вам для полного комплекта не хватало меня? — улыбнулась, удивив мужчин.

Захлопнув эмоциональную составляющую ситуации в ящик и убрав его подальше в сознании, решила, что переваривать такое чересчур энергозатратно.

Обязательно потом наберу ванну, налью бокальчик вина, клубничку из холодильника достану и буду шокированно восклицать и изумляться, как же угораздило мою задницу повстречать таких особенных мужчин.

— Обожаю твоё умение адекватно реагировать на все, — растекся лужицей брюнетик.

“Знали бы вы, какая я адекватная,” — мысленно закатила глаза.

— Да, нам не хватало тебя. А с твоим ненасытным либидо, тебе — нас, — самодовольно ответил рыжик, видать, расценил, что ситуация позволяет расслабиться и истерик не будет.

— Не настолько уж и я ненасытная, — сморщила нос и добавила задумчиво. — Получается, я ваша общая любовница?

Надо отключить логику, она меня саму пугает.

— Нет, ты наша женщина, — голос Марка обрел твёрдость и крышесносную уверенность. — Это другое. Я поэтому и не хотел, чтобы ты узнала все так рано. Лишние мысли ни к чему, и накручивать себя не стоит.

— Не волнуйся, Марк, я себя не накручиваю. Но вам не кажется, что у меня слишком нормальная реакция? Может, со мной что-то не так?

Все же если убрать эмоциональность и заглянуть вглубь, то, как ни крути, я та еще пошлячка

— Хотеть тройничок и возбуждаться от этого — одно. Но поцелуй, брак и ваша другая природа отношений… Это же не должно заводить? — продолжила, пока мужчины молчали.

— Не знаю, что с тобой не так, но мне все нравится, — широко улыбнулся Ален. — Ты идеальна.

— Если ты сомневаешься, то…

— Нет! — перебила Марка. — Я не сомневаюсь. Скорее, меня пугает своя испорченность, как я хочу все попробовать, как хочу… — замолчала, рассматривая мужчин из-под ресниц.

— Что хочешь? — голос Алена был пропитан тягучим медом.

— Хочу увидеть еще раз, как вы целуетесь, — облизала пересохшие губы, — как вы занимаетесь сексом.

— А поучаствовать не хочешь? — улыбнулся Марк, но его глаза отражали то же дикое желание, как и в приёмной.

— Хочу, — прикусила нижнюю губу, — но я же смогу однажды стать зрителем?

— Почему бы не повторить поцелуй? — загорелся Ален.

— Камера, Ален, камера! Зоя может здесь и не работает, а мы — да. Понимаешь, насколько безумно твое предложение?

— Почему кругом такой облом, — застонал красавчик, придвигаясь ближе ко мне.

— Но эта камера не работает, — произнесла, и рыжик нахмурился.

— И ты говоришь об этом только сейчас?

— Что? Ален же сидит в чатиках, там про это гудели целый день.

— Видишь, Марк, камера не работает.

— Ален, сиди на месте, куда ты ползешь?

— А давайте вы меня приподнимите и я заклею жвачкой камеру, чтобы надежнее было.

— Давай, малыш, раз Марк стесняется, — Ален был весь наполнен энтузиазмом.

Рыжик же только хмыкнул, недовольно покосившись на своего мужа, но мешать не стал. Можно сказать, ждал с нетерпением, пока мы закончим, но старался не афишировать, насколько безумен, как и мы.

Пришлось израсходовать целых две пачки любимой жвачки. Но ради такого представления, от которого внутри все сладко тянет, нисколько не жалко.

— На тебе чулки, — страстно произнос Марк, помогая мне спуститься с плеч Алена.

— Ага, красивые? — мурлыкнула, обнимая рыжего за шею.

Если бы я знала, что такой потвердевший эффект в области паха моего бывшего начальства вызовут какие-то чулки, давно бы сама лично задрала платье.

— Мы тут сдерживаемся, а ты словно специально провоцируешь, — простонал, прижимая сильнее к себе, большим пальцем оттянул нижнюю губу вниз, вызвав стон у моей нетерпеливой натуры.

Ален, как всегда, пристроился сзади и, поглаживая ладонями ягодицы и бедра, начал приподнимать подол платья все выше и выше, пока полностью не оголил попку в стрингах.

Ой, кажется я слышала, как у кого то капают слюни изо рта. Ну а что такое, я подготовилась, надеясь, что утром кто-нибудь не сдержится и подарит мне хотя бы один оргазм. Вот же я неутолимая женщина, развратная, но и плевать, живу как хочу. Пусть порядочные женщины тихо завидуют, громко осуждая меня.

— Отпад, — с благоговением шепнул Ален и шлепнул по заднице так, что я, застонав, подалась вперёд к Марку.

Хотя мы и так стояли вплотную.

— Поцелуй, — напомнила, прежде чем мою головушку совсем перестали посещать мысли.

— Ты уверена, что сейчас хочешь именно этого? — спросил рыжик, отодвигая крохотную ткань стрингов в сторону, в то время как Ален целовал шею, продолжая поднимать платье, пока окончательно не снял его через голову.

— Я… хочу поцелуй, — упрямо настаивала, даже когда лифчик улетел в сторону и грудь одновременно начали осыпать влажными поцелуями с двух сторон.

Скольжение языков по чувственной коже, покусывание сосков, урчание, отдающее вибрацией, и прикосновения пальцев внизу, словно взмах крыльев бабочки, такие же невесомые, но до невозможности дразнящие.

— О, да-а, — застонала, выгибаясь в крепких объятьях.

Марк выпустил изо рта сосок с причмокиванием и, выпрямившись, стал осыпать короткими поцелуями шею, подбираясь к уху, страстно шепнул.

— Ты обязательно станешь свидетелем, мы ведь можем не только поцеловаться, но и трахнуть друг друга на твоих глазах. Ты дрожишь, детка, неужели тебя это так заводит? Моя страстная, испорченная кошка, словно создана для таких извращенцев, как мы.

— Марк, — судорожно дышала, закатывая глаза от приближения разрядки благодаря скольжению пальцев по мокрой плоти.

-Чувствуешь, как тебе хорошо? — продолжал разжигать огонек в пламени страсти, в то время как Ален опустился на колени.

Посмотрев вниз, наблюдала одну из самых горячих сцен: Ален слизывает мой сок с пальцев Марка, стонет, посасывая, и смотрит в глаза своему мужу.

Это грязно, очень грязно.

— Какая вкусная, сладкая, — зашептал безумно, когда Марк несдержанно простонал от моего робкого прикосновения к его эрекции.

— Сними штаны, — приказала рыжику, сжав член через ткань брюк.

Марк не думал сопротивляться. Поспешно начал расстегивать ремень, в то время как Ален заскользил языком внизу.

— Я сейчас упаду, — простонала, чувствуя, как слабеют ноги, как низ тянет так, что даже больно от потребности кончить здесь и сейчас.

Мужчины, быстро сориентировавшись, прижали к прохладной стене, но мне настолько было жарко, что я не почувствовала никакого дискомфорта. Наоборот, прохлада добавляла особую нотку чувственности к проиясходящему. А ещё напротив нас располагалось зеркало, где я могла наблюдать, как оголяется задница Алена, стоящего на коленях, и он, вылизывая киску, с жадностью начинает ласкать себя, порочно постанывая. Как рядом Марк, сжимая грудь в ладонях и оттягивая сосок, целует в плечо, а второй рукой дрочит.

Этого было достаточно, чтобы все тело натянулось от предоргазменного состояния. Голова закружилась и я, закричав, кончила на острый язычок Алена. Ощущения падения и резкого полета ввысь к звездам. Дрожащее тело, чувствительно-болезненный низ и тишина, нарушаемая только звуками поцелуев.

Открыв глаза, увидела сквозь плену целующихся мужчин, ласкающих себя так нежно и трепетно, но в тоже время страстно.

— Вы прекрасны, — хрипло шепчу, потянувшись к ним.

И впервые я почувствовала себя частью чего-то, не посторонним наблюдающим человеком рядом с любимым, а неотъемлемой завершающей частью, словно последний важный пазл в картине.

Довольно не эстетично со стороны, когда трое делят один обжигающий, лишающий рассудка и в тоже время наполняющий тебя особой энергией, поцелуй. Когда языки едва касаются друг друга, а дыхание становится общим, оторваться невозможно. Но мне хотелось сделать приятное им, вернуть хотя бы частичку того, что испытала я.

Отстранившись со стоном, наполненным сожалением и страстью, опустилась на колени. И в их взглядах на меня не было превосходства, а вот трепета и преклонения было достаточно. Словно не я стою перед ними на коленях, а они передо мной.

Нежные прикосновения к волосам и громкие стоны от моих неуверенных ласк руками, губами. Опьяняющее чувство власти и тепла к ним. И затопляющее с головой желание довести их до края, доставить как можно больше удовольствия. Отдать всю себя.

Прикосновение губами к бархатной коже, дрожь и покалывание в губах. Частое дыхание, пальцы, обхватывающие основание членов, и соленые капли на головках. Миг, и мужчины, стоящие на коленях рядом со мной, прижимающиеся ко мне и кончающие так завораживающе, что я не могла оторвать глаз.

Тишина, не гнетущая, а успокаивающая, возбужденные до предела чувства. И никакого стыда. Только удовлетворение и усталость, а еще тихое счастье и слезы, украдкой стертые с уголков глаз.

Не знаю, во что все это выльется, но я знаю одно, что ни о чем не буду жалеть. Это точно