Глава 9
Утром я проснулась в одиночестве. Из кухни не пахло кофе, по коридору никто не бродил, не шумела вода в душе, и даже стиральная машинка молчала. Я медленно встала, зачем-то обошла квартиру, потрогала пустой тренажер, аккуратно свернутое постельное на диване и вмятину на подушке, а потом ринулась в ванную – умываться и смывать несколько соленых капель. Это же просто случайность! Не могла я вот так вдруг привязаться к незнакомому, пусть и симпатичному парню!
А где же знакомство с семьей, долгие прогулки, частые встречи, визиты «на территорию» и посиделки в кафе? А вдруг он храпит, разбрасывает носки или не протирает за собой стол после завтрака?
Холодная вода помогла поставить голову на место. Был «фей» и сплыл. Вернулся в свою прекрасную сказку. А у меня новый трудовой день, и начать его лучше с завтрака!
В холодильнике нашлась пачка творога, мед и груша. Смешав все в одной чашке, я плотно позавтракала, запила успокоительным травяным чаем и решительно открыла ноут.
Почему-то работа не шла. Чего-то не хватало в воздухе или в моей квартире. Помучившись пару часов, я вышла на прогулку. Утром в парке было еще довольно тихо, так что я энергично обошла все аллеи, покормила голубей, покачалась на качели-скамейке и уже собиралась уходить, когда вдруг ожил чат. И разбудила его Алка! Наша первая красавица держала в руках… тест на беременность! С двумя полосками!
После секундной паузы девчонки завалили подругу сообщениями: что? Как? Когда успела? И главный вопрос – от кого?
Все мы знали, что Алке хронически не везет с мужчинами. Она так красива, что нормальные парни думали что-то вроде «она красотка, и у нее наверняка кто-то есть», а вот всякие отморозки цеплялись по принципу «не даст, так хоть полапаю». В итоге подруга долгое время шарахалась от всех представителей мужского пола, углубившись в карьеру.
– Все ответы только тогда, когда соберемся вместе! – написала Алка, и мы подвисли.
Настя в Швейцарии – наслаждается передышкой с шефом.
Милена плотно занята распродажей барахла из квартиры по обмену. Она, кстати, уже похвасталась тем, что они таки оформили сделку – просто обменяв дом на квартиру. И теперь она, довольная и счастливая, занималась ремонтом собственной жилплощади, осторожно написав нам, что денег с распродажи точно хватит на ее любимый минималистичный стиль, новую плитку и обои.
Катю ее «крепкий и сладкий» увез знакомиться с родителями и все еще не привез обратно. Мы волновались, но наша валькирия присылала милые фото и уверяла, что у нее все хорошо.
Алиска умчалась в поход, потому как внезапно получила первый за три года отпуск.
Ульяна загремела в больницу с радикулитом и осторожно намекала в чате, что ее лечит очень симпатичный доктор с красивыми руками.
Дашка – единственная среди нас мама двоих детей – собирала своих близнецов в школу и присылала в чат ценники на детскую одежду и обувь, опрокинутые ее мальчишками стойки с пиджаками и куртками; и чуть пореже – две мордашки, перепачканные мороженым.
Лада умчалась на очередную конференцию по биофизике и присылала то селфи со светилами науки, то странно светящиеся пробирки и чашки Петри.
Эльку родители утащили в Казань – знакомить с потенциальным женихом, с которым она, оказывается, была помолвлена с колыбели.
А Полина заперлась в своей студии и высылала в чат один смайлик в сутки, давая понять, что все еще жива.
Кира же пропадала в суде. Ее муж упорно сопротивлялся ее горячему желанию стать свободной женщиной. И ведь Алка была в курсе и активно помогала подруге выйти из кабального брака без финансовых потерь.
– Алла, – написала я, – имей совесть, мы ведь умрем от любопытства!
– Ничего не знаю, – ответила наша загадочная, – пока все вместе не соберемся, ничего не скажу!
Мы стонали, кричали, рычали, но все было напрасно! Алла была неумолима!
Когда страсти в чате поутихли, я поняла, что провела в парке больше двух часов. За это время собрались тучки, и начал накрапывать мелкий дождь. Убрав телефон в карман, я поплелась домой, размышляя о том, что за ноут в таком состоянии садиться бесполезно. Слишком много разнообразных и ярких эмоций. Тут и радость за Алку, и беспокойство за Киру, и волнение за Эльку… А еще тяжелым камнем на сердце лежал уход «фея».
Когда я успела к нему привязаться? Почему он чувствует меня, словно провел рядом полжизни? И как я сама поняла, что его обидел мой резкий уход в спальню? Дойдя до дома, я медленно поднялась на этаж, открыла дверь и поняла, что нужен душ. А потом горячий суп. И громкая музыка в наушниках! Раненое сердце все это не вылечит, но настроение поднимет. Тем более дождь за окном разошелся, и приоткрытые окна дышали прохладой.