Глава 20
Проснулась я от того, что солнце настойчиво сверлило своим лучом мой левый глаз.
Не поняла? Подо мной… кровать? Получается, в этот раз никаких снов?
Однако, проморгавшись, я осознала, что нахожусь в комнате старой хозяйки лавки. Здесь всё было по-прежнему. И дневник всё так же лежал на тумбочке! Правда, за окном вместо прибрежной полосы раскинулся светлый тропический лес. Сквозь листву пробивалось солнце, а на деревьях цвели яркие цветы самых насыщенных расцветок. Некоторые были размером с мою голову! Вот бы погулять там…
Не успела я об этом подумать, как окно на мгновение закрыла тень. Пролетевшая мимо пчела была настолько огромной, что вполне могла вступить в схватку с птеродактилем и имела бы неплохие шансы на победу. Гулять моментально расхотелось.
Я частично задёрнула занавеску, чтобы солнце не било в глаза, с удобством устроилась на кровати, открыла дневник и погрузилась в чтение.
Девушку звали Арита. Она стала хозяйкой лавки, когда ей исполнилось восемнадцать.
Причём, как я поняла, с ней история была совсем другая.
Она хотела сбежать от нежеланного замужества, поэтому лавка попалась ей на пути очень кстати.
В мире, где жила девушка, свобода ей не светила, поэтому она бросила старую жизнь без сожаления и с готовностью начала осваиваться в роли хозяйки.
Поначалу Арите очень нравилось путешествовать из мира в мир. Она восторженно описывала свои ощущения, но постепенно её заметки становились короче и суше.
Признаться честно, мысли и чувства хозяйки я читала по диагонали, иногда пропуская их целыми абзацами, так как мне было неловко лезть в чужую душу, однако всё, что касается лавки, я изучала с особым вниманием.
К примеру, Арита писала:
«Здесь для каждого ищущего найдётся своё чудо. Если покупатель ведёт себя прилично, то он может сам выбрать себе любой товар, либо по своему желанию обратиться за помощью к хозяйке лавки. Второе предпочтительнее, так как особый дар хозяйки позволяет ей чувствовать, какой артефакт решит проблему самым наилучшим образом. В любом случае выбор всегда остаётся за покупателем. Однако для явившегося с дурными намерениями гостя чудо будет нехорошим. И если хозяйка не накажет наглеца, то за дело возьмётся сама лавка».
Ага, ага. Это мы помним! То-то Фертюн из замка Дуршляпс едва не стал обедом для русалки…
«Кроме того, бывают случаи, когда для покупателя есть предназначенный артефакт, который должен обязательно попасть именно к нему. Тут уж и он сам, и хозяйка бессильны. От такого артефакта отделаться не удастся даже при большом старании, а другие в руки не дадутся».
Ого! Интересненько… А зачем вообще нужны предназначенные артефакты? Ага, тут про это есть…
«Пока я всего дважды вручала подобные предметы. И оба раза это позволяло предотвратить катастрофы вселенского масштаба».
Ух ты! Зато теперь понятно, что за подписанные товары в одной из комнат!
«Недавно я обнаружила, что могу без страха брать в руки любые опасные артефакты как в лавке, так и вне её. Ни один артефакт не может нанести мне прямой вред, разве что только через попавших под его действие окружающих существ. Ещё я начала видеть ауры вещей, так или иначе наделённых магией…»
Ага, так вот что произошло с пирожками! Эх, ну почему я раньше не прочитала этот дневник! Получается, пирожки можно было есть. Хотя… нет, пожалуй, всё равно не стоило. Вдруг Валера соврал про то, что там только травки? От магии-то я защищена, а вот от несварения желудка нет. Да и травки могут быть разные.
«Удивительно, но я понимаю язык всех людей и прочих существ, приходящих в лавку».
Кстати, а ведь правда! Пока проблем с общением не было. Только разве что с Пожирателем душ не получилось поболтать. Но оно и к лучшему, пожалуй.
Так, что там у нас ещё интересного?
«Сегодня я впервые услышала зов артефакта. Этот зов становился всё настойчивее и утих только тогда, когда я отыскала артефакт и принесла в лавку. Для этого пришлось выйти наружу, замаскировавшись под местную жительницу. Как же страшно мне было!»
Так вот зачем гардеробная! Но почему ей было страшно? Может, мир попался неприветливый?
Следующая заметка заставила меня погрузиться в раздумья.
«Хотелось бы мне пообщаться с лавкой и получить от неё ответ. Обращаться к ней бесполезно, а управлять ею мне не дано, ведь она всегда сама выбирает пути. Хотя есть места, куда очень хотелось бы вернуться».
Странно. Я-то с лавкой общаюсь! И она в своей особой манере реагирует на мои высказывания! По крайней мере, ответы получаю, пусть даже не словами.
Больше ничего особенно полезного для себя я не нашла. Дневник заканчивался короткой заметкой:
«Время идёт, а я не меняюсь. Иногда я думаю над словами Тёмного Бога. «Ты не знаешь, что такое настоящая свобода. Ты узник, которому не дано выбирать направление движения. Если станешь моей, вся Вселенная будет у твоих ног». Он снова и снова приходит в лавку и предлагает мне уйти с ним. Он очень красив, но я боюсь тьмы, которая плещется в его глазах…»
Я вспомнила рассказ чертёнка про прошлую хозяйку. Видимо, она всё-таки ушла с Тёмным Богом. Интересно, пожалела она о своем решении или нет? Как бы мне хотелось с ней пообщаться! И что значит фраза «Время идёт, а я не меняюсь»? Она имеет в виду, что не стареет? Или что-то другое? Интересно, какая продолжительность жизни у хозяйки лавки?
Да, не на все вопросы я пока получила ответы…
Поразмыслить над этим как следует не получилось. В комнате внезапно потемнело, будто резко наступил вечер.
Я отложила дневник, встала и выглянула в окно.
Местность изменилась.
В отличие от предыдущего, этот мир не вызывал никакого желания прогуляться. Мы стояли на каком-то утёсе или холме с плоской продолговатой вершиной, поросшей низким и, кажется, колючим кустарником. На улице действительно царил ранний вечер.
Внизу тревожно шумел лес. Ветер рвал верхушки деревьев.
А над утёсом, хлопая кожистыми крыльями и издавая резкие крики, кружили самые жуткие твари, из всех виденных мной.
Чем-то они напоминали здоровенных горгулий, только вот эти горгульи давно умерли и разложились. Сквозь серую пятнистую плоть кое-где просвечивали кости. На относительно (очень относительно) целых телах красовались жуткие черепа с красными огнями вместо глаз.
Твари кружили над утёсом не просто так.
Они охотились. И я видела их жертву.
Мужчина стоял на краю утёса и, как видно, из последних сил держал оборону. Странно, что они до сих пор его не растерзали! Видимо, играли, как много котов с одной маленькой мышкой. Бежать он даже не пытался. Оно и понятно! Сейчас это было бесполезно.
То и дело одна из тварей спускалась ниже и шла в атаку. Он вроде чем-то отмахивался. Со своей позиции я не очень хорошо видела, чем именно, однако отлично видела, как пару раз его полоснули когтями. Куртка на нём была изорвана в клочья. Боюсь даже думать, как выглядело тело под ней…
Примерно минуту я, оцепенев, пялилась в окно, а потом бросилась к выходу из комнаты. Рванула дверь на себя, ожидая увидеть коридор, и выскочила… в лавку. Точнее, в то помещение, куда приходили посетители.
— Как ты посмела! — заверещал Рокши, кидаясь ко мне. Он упёрся ножками в моё солнечное сплетение, схватил меня за ворот и попытался потрясти. — Так долго! Как можно уходить так надолго?! Я тут чуть не лопнул от любопытства!
От его вопля у меня на мгновение заложило уши.
— Тихо! — рявкнула я. — Не время! Ты в окно смотрел?!
— Нет… а что там?..
Вместо ответа я оторвала чертёнка от себя и, шагнув к окну, ткнула пятаком в стекло.
— Мать честная! — пискнул он. — Это ж демоны! Настоящие! Кого это они там собираются разорвать?
Мне некогда было отвечать на дурацкие вопросы.
Я развернулась лицом к полкам и воскликнула:
— Ведь тут должны быть какие-то артефакты, способные отогнать этих тварей! Лавка, помоги!
— Боюсь уже поздно! — вякнул от окна Рокши.
— Что?!
Я снова глянула на улицу. Человек пропал. Демоны теперь летали над лесом, выглядывая кого-то внизу.
— Он свалился с холма! Наверное, сознание потерял. Или вообще того… ну ты поняла. Даже если был жив, при падении наверняка весь… эээ… повредился. Вряд ли ему можно помочь.
Рокши говорил разумно. Наверное, он был прав. Но мне претила мысль о том, чтобы бросить израненного человека умирать. Вдруг он ещё жив? Нет, конечно, идти пешком и проверять было бы чистым безумием. Поэтому попробуем кое-что другое.
— Лавка, ты можешь переместиться вниз, к нему? — спросила я. — Желательно как можно ближе. Если, конечно, получится втиснуться между деревьями.
Как ни странно, лавка послушалась.
Вершина холма за окном сменилась толстенным стволом, который возник прямо перед стеклом и загородил весь вид.
Я кинулась к двери. Стоило её открыть, как упавший из проёма свет выхватил из темноты голову и плечи лежащего на земле человека. В этот момент человек шевельнулся, что-то простонал и… попытался сесть!
— Жив!
Вот так чудеса!
Раздумывать было некогда. Я бросилась к нему и попыталась подхватить за подмышки, бормоча:
— Скорее, скорее!
Сдвинуть его у меня не получилось и на сантиметр! Сверху раздался крик. В ветви что-то врезалось, и на нас посыпались листья и сучки. Я чуть не заорала от ужаса.
— Помоги перевернуться, — хрипло выдохнул он. — Попробую доползти на четвереньках.
По правде говоря, моя помощь была минимальной. А если признаться совсем честно, то я больше мешалась. Пытаясь его приподнять и подтолкнуть, единственное, чего я добилась, — это облапала мужика почти за все места.
В остальном он справился сам. Встав на четвереньки, мужчина уверенно пополз вперёд. В этот момент сверху угрожающе затрещали сучья, и крик какой-то из тварей раздался прямо над головой. Тихо пискнув, я тоже упала на четвереньки и энергично поползла за ним.
Когда мы ввалились в лавку, дверь тут же захлопнулась (приложив меня по заду и тем самым протолкнув вперёд). А в следующий момент в неё что-то ударило.