Глава 31

— Ничего подобного, — покачал головой он. — Нет никакой выгоды.

— Не верю!

Эйз отлепился от косяка, вошёл в комнату, устроился на диване и со вздохом предложил:

— Ладно, давай подумаем вместе, какой выгодой я мог бы руководствоваться. Получить доступ к артефактам? Вот уж вряд ли. Даже если ты воспылаешь ко мне чувствами, лавка не даст мне доступ к товарам. Разве что на общих основаниях, как обычному покупателю. Украсть у неё что-то тоже не выйдет. Думаю, ты уже успела в этом убедиться. Значит, это отметаем. Что ещё я мог бы захотеть? Захватить тебя в заложники, чтобы завладеть лавкой? Ну, очевидно, если бы был хоть крошечный шанс подобного развития событий, меня к тебе вообще не подпустили бы. И уж тем более при малейших сомнениях лавка никогда и ни за что не показала бы мне, в каком мире ты живёшь. Однако она это сделала, потому что абсолютно уверена, что мне, как здесь говорят, на фиг не сдались её богатства. Так что этот вариант тоже отпадает. Учитывай ещё вот что. Если бы мне хотелось найти к тебе подход, то, видя, как тебя раздражает моя любовь, я, наоборот, сменил бы тактику. Возможно, у тебя есть какие-то свои предположения по поводу того, зачем мне всё это надо? Тогда озвучь их, и я наверняка смогу тебе доказать, что все подозрения беспочвенны.

И пусть предположений не было, однако его аргументы совершенно меня не убедили. Скрытые мотивы наверняка есть! Просто я ещё слишком неопытна во всех этих делах.

Ладно, попробуем зайти с другого конца.

— Зачем лавка нас связала? Ты ведь наверняка знаешь или догадываешься!

— Да тут и догадываться незачем, конфетка. Самый очевидный вариант — она хочет тебя защитить, поэтому и позаботилась о том, чтобы сделать меня обязанным отдать долг спасённой жизни. Ты ещё только начала разбираться с обязанностями хозяйки и, как я успел заметить, без колебаний выскакиваешь наружу, не особенно задумываясь, какие опасности могут там тебя подстерегать. Вот лавка и обеспокоилась тем, чтобы подыскать защитника. И, скажу я тебе, она знала, к кому обратиться! Ведь кто может справиться с задачей лучше самого ловкого и мужественного искателя приключений, облазившего почти все уголки Вселенной!

— Но тогда ты должен желать избавиться от связи! — нахмурилась я, привычно пропустив мимо ушей его восхваления себя любимого.

— Вот уж нет! Лавка и сама не представляет, какой подарок мне сделала! Что есть счастье, как не оказаться волею судьбы привязанным к девушке, о которой грезил всю сознательную жизнь и которую тщетно искал среди звёзд и миров? — патетично вопросил он. — Так что подобное стечение обстоятельств мне на руку, ведь теперь я имею возможность наглядно продемонстрировать, что вся твоя жизнь до меня была пустой и неполноценной…

— Опять двадцать пять! — разозлилась я. — Нет влюблённости! Хватит упорно про неё талдычить! Мы только встретились и ничего не знаем друг о друге! Какая на фиг любовь?! Ради бога (хотя бы того же Пожирателя, если он для тебя авторитет!) перестань держать меня за дуру!

— Ты будто ни разу не слышала о любви с первого взгляда, — чуть озадаченно заметил Эйз. — В вашем мире это явление отрицают? Иногда ведь просто чувствуешь, что человек твой. На уровне каких-то энергетических потоков, общей ауры, да даже запаха! Признаться, я и сам раньше сомневался, что подобное бывает, но наша встреча полностью подтвердила эту теорию! И чем больше я тебя узнаю, тем больше уверяюсь, что мы созданы друг для друга.

У меня не нашлось слов. Некоторое время я смотрела в его неподкупные голубые глаза, горящие явной убеждённостью в своей правоте. Вот ведь… актёр-р-р!

Несколько раз я открывала рот, порываясь высказать ему всё, что думаю, но замолкала, осознавая тщетность своих усилий. В итоге ограничилась одним скупым обещанием:

— Я всё равно узнаю, зачем ты здесь и что тебе нужно. Дай только время.

— Как пожелаешь, — ничуть не испугался белобрысый гад. — Но когда убедишься, что никакого подвоха нет, ты просто обязана подарить мне поцелуй.

— Что?! — нет, он прямо-таки напрашивается на пинок по причинному месту.

— Поцелуй, — послушно повторил Эйз, сощурившись, как кот. — Ведь если ты полностью убеждена, что я нагло вру относительно своих чувств, то до поцелуя дело не дойдёт, ведь так? Абсолютно безопасная сделка! Или всё-таки откажешься и тем самым дашь мне понять, что в глубине души ты прекрасно знаешь, что я прав?..

— Ладно. Если в какой-то момент (причём без ограничения по времени) у меня не останется никаких сомнений в том, что твои намерения чисты, как первый снег, с меня поцелуй, — подкорректировала условия я, внезапно успокоившись. Всё равно нет смысла тратить нервы на этого непробиваемого типа. Попробуем поговорить с ним на его языке. — При условии полностью ясного разума, не затуманенного какими-то артефактами или любыми другими средствами, хоть немного подавляющими волю. Ах да, синдром спасённой жертвы тоже не считается. То есть если вдруг тебе посчастливится меня спасти, все заверения, сделанные мной в этом состоянии, не будут считаться осознанными.

— Отлично! — широко улыбнулся он, ничуть не испугавшись. — А теперь, когда мы всё выяснили, предлагаю, наконец, посвятить время ужину.

Соглашаться с ним не хотелось, но воспоминание о деликатесах подрывало силу воли. Немного поколебавшись, я мысленно махнула рукой и с независимым видом удалилась в кухню.

В конце концов, расспросы можно продолжить и позже.

Однако, как показала практика, после плотного и во всех отношениях восхитительного ужина (за который я едва не простила вредному блондину всё на свете), подвергать кого-то въедливому допросу не хотелось от слова совсем.

— Ты довольна? — мило уточнил он, когда я с сожалением признала, что не могу проглотить больше ни кусочка и сыто откинулась на стуле.

— Угу… это было великолепно… — вынужденно признала я.

— Представляю, как тебе понравится кухня мира Флантин. У них в одном из городков есть чудесная забегаловка, куда я тебя обязательно приглашу на свидание. Уверяю, отведав хоть раз местные деликатесы, ты познаешь истинное наслаждение. Ещё не придумали слов, чтобы в должной степени описать, насколько восхитительный вкус у тамошних блюд. Чистый экстаз, конфетка…

Мне было так хорошо, что даже не хотелось вредничать. Поэтому я ограничилась тем, что скептически приподняла бровь, давай понять, как именно отношусь к тому, чтобы идти с ним на свидание. Хотя интересно было бы, конечно, попробовать кухню других миров. Кстати, о мирах…

— И как мы сегодня попадём в лавку? — ворчливо уточнила я. — Неужели придётся засыпать на одной кровати? Я категорически против!

— А разве ты не можешь её вызвать? Ведь ты хозяйка! — удивился Эйз. — Хотя, конечно, мысль, что мы снова окажемся в одной постели, кажется мне очень заманчивой…

— Постой-ка! — оживилась я, выделяя главное в его сообщении. — Ты сказал — вызвать? Ни разу не пробовала! Она всегда сама меня выдёргивала, когда считала нужным. В любом случае, попытаться стоит! — Я с некоторым трудом поднялась и решительно направилась в прихожую. Блондин, конечно, увязался за мной.

— Что ты собираешься делать? — уточнил он с интересом.

— Как-то раз дверь в лавку появилась здесь, в этой стене. В ту ночь мы познакомились с Рокши… правда, тогда мне казалось, что всё происходит во сне.

Я положила одну руку на стену, а во второй сжала висящий на шее ключик.

— А вот это правильно! Паутина усилит твой зов, — заметил блондин и замолчал.

Что дальше?

Попробую представить появляющуюся в стене дверь.

«Лавка! Явись ко мне!»

Как ни странно, особых усилий прилагать не пришлось. Стоило только сосредоточиться и позвать, как ключик мгновенно нагрелся, а стена под моей рукой задвигалась и начала меняться.

Выглядело это очень интересно. Сначала в стене возникли трещины, из которых брызнул золотистый свет, обозначая прямоугольник двери. А потом створка с лёгким загадочным скрипом отошла, являя нам знакомый зальчик и удивлённого Рокши в махровом халате и мягких тапочках с помпонами (всё точно по размеру!), который, закинув ногу на ногу, расположился на прилавке в невероятно удобном миниатюрном креслице с красной бархатной обивкой (откуда оно взялось?!) и попивал из маленькой чашечки что-то явно вкусное. Кстати, чашечку он ставил на круглый серебристый столик с очаровательной настольной лампой под абажуром, которая была высотой с мизинец!

Судя по виду чертёнка, он явно не рассчитывал, что его застукают в таком положении.

— Ого, ты что-то рано! — смущённо заголосил он, отставляя чашку в сторону и соскакивая с кресла. Кресло, чашка и столик с лампой тут же исчезли, как, впрочем, и халат с тапками. — А этот что тут делает? И почему вы вместе?

Он ткнул пальчиком в блондина, явно пытаясь перевести разговор.

Эйз глянул на раскрывшую рот меня и расхохотался, первым входя в лавку.

— Это что это ты тут?.. Откуда это всё?! — наконец, опомнилась я, тоже переступив порог. Дверь за спиной тут же закрылась.