Глава 18

Тихий стук в дверь раздался неожиданно. Я напряглась. Вроде ведь уже перестали по ночам приходить? Начала было вставать, но была остановлена приказом: «Сядь!».

Я молча послушалась. Я же не дура спорить, когда в мой дом среди ночи кто-то непонятный стучит! Пусть сам разбирается, должны же быть у меня какие-то плюсы от присутствия в доме постороннего мужика? Ну ладно, не совсем постороннего, всё-таки он мой муж. Но всё равно.

Кердиас открыл дверь, раздался тихий шёпот. Я прислушалась, но ничего не разобрала.

— Диямира, нам надо поговорить, выйди, — холодно велел Кердиас. Я от возмущения поперхнулась, повернулась к двери, сдвинула брови. На пороге заметила невысокую фигуру, укутанную в плотный плащ. Муж указал глазами в сторону кухню. Повоевав с гордостью, я всё же ушла с торгового зала. Пусть общаются, не буду его позорить перед посторонними. Потом узнаю всё, что мне нужно. Тем более всё равно уже очень хотелось спать.

Вот только проснувшись после обеда, я поняла, что зря так легко доверилась мужу. Подтянув одеяло к груди, я смотрела на мужика, который сидел за столом и потягивал чай. На бороде остались крошки, стол был завален грязной посудой, по его рубашке стекали пролитые капли чая. Пребывая в нецензурном состоянии души, я потрясённо разглядывала устроенный им бардак и закипала. Мужик же, сыто икнув, поднялся, стряхнул крошки с одежды на пол и вышел из кухни, даже не взглянув на меня.

— Стоять!

Сбоку что-то грохнуло. Я обернулась. Посмотрела на Лелабею, которая испуганно жалась к стене, на валяющуюся у её ног глиняную разбившуюся чашку.

— Милая, это не тебе, — ласково проговорила и обернулась к мужчине. Тот непонимающе на меня смотрел. Я даже прочитала по его лицу, как он судорожно пытается понять, каким образом женщина умеет разговаривать!

— Вернись. И убери за собой срач! — ткнула я пальцем в сторону стола, подтягивая одеяло повыше.

Он фыркнул.

— Ну ты же баба, — объявил он и вышел, пока я пыхтела от злости.

От этой же злости я пыталась одеться пять минут, постоянно промахиваясь мимо рукавом и путаясь в юбке. Ну я Кердиасу ещё это припомню!

Поднявшись на второй этаж, я рывком распахнула дверь комнаты, не занятой мужем.

— Или ты идёшь и убираешь за собой срач, или проваливаешь из моего дома!

— Ты рехнулась, баба? Ты на кого голос повышаешь⁈ — мужик даже поднялся с кровати, начиная наступать на меня. Я вскинула голову, сжала кулаки. Вот уж не дождётся, не отступлю!

— Я хозяйка этого дома и или ты делаешь, как я сказала, или проваливаешь из моего дома!

— Слышь, да какая ты хозяйка? Всё твоё имущество принадлежит твоему мужу, а он разрешил мне остаться. Ты что о себе вообще возомнила⁈

Я быстро пригнулась, уловив краем взгляда замах. Его кулак с силой вписался в стену, оставив вмятину. Меня затрясло от злости, в глазах помутнело.

— Лелабея, принеси разрешение от мужа, согласно которому я могу полностью сама решать все вопросы по дому, включая гостей, — громко крикнула, зная, что дриада услышит. И правда, внизу раздался лёгкий топот. Я ехидно улыбнулась, наблюдая, как резко спал с лица мужик. Он отступил на два шага, недоверчиво меня разглядывая.

Ждали мы в полной тишине. Малышка быстро принесла нужную бумажку, и я с той же ехидной улыбочкой протянула разрешение. Мужчина взял, прочитал. Смял от злости бумагу, но я не переживала — знала уже, что заверенные магической печатью документы не испортить. В этом плане мне очень повезло, что муж оказался магом.

— А теперь проваливай из моего дома. Теперь выбора у тебя нет, — всё так же улыбаясь, я забрала комок бумаги из его рук и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

Стараясь сдержаться, спустилась, заварила себе чай. Руки дрожали, но у меня получилось не пролить напиток на пол. С ним я и вышла в сад, пытаясь отдышаться и успокоиться. Было откровенно страшно. Кто знает, что ему в голову теперь взбредёт! Поэтому я предпочла отступить к стене, чтобы хорошо проглядывалась дверь. Ещё удара со спины мне не хватало.

Лелабея суетилась с выросшими растениями, косясь то и дело на меня. Я же оглядывала огород. Уже на днях можно будет собрать урожай и начать питаться практически нормально. Наконец-то!

— Слышь, баба, — услышала я голос и обернулась к двери, моментально потеряв начинающее было появляться спокойствие. — Ну ты это, я вспылил немного, чё уж там.

Он почесал затылок, сплюнул под ноги. Я поморщилась.

— Ну ты давай не это, да? Не держи зла. Я там убрал на столе.

— Я же ясно сказала, выбора больше нет. Уходите.

— Да ты не обижайся, э! Ну подумаешь, я же даже не ударил!

— Ещё бы ты ударил, — я фыркнула, отворачиваясь, но так, чтобы краем глаза видеть его движения. — Я сказала ясно — проваливай.

— Да мне некуда идти-то! Я же к мужу твоему пришёл, вот, за помощью! Заплатил ему!

— Я никаких денег не видела, — равнодушно пожала я плечами.

— Так а ты-то при чём? Ты же баба, — он снова озадаченно почесал макушку. Я скрипнула зубами.

— Я хозяйка этого дома. И вопрос о размещении в моём доме посторонних людей, а особенно плату за это, могу брать только я.

Я очень пыталась быть спокойной. Получалось отвратительно, чай в кружке уже выплёскивался на землю.

— Так я и не за постой платил-то.

— Ну так тем более!

— Слышь, так давай я заплачу, э⁈ — воодушевлённо вскинулся мужик, доставая из кармана монеты. Я поперхнулась категоричным отказом, разглядывая серебро в его руках. Ну если так подумать…

— Десять серебряных в день и убираешь за собой сам!

— Слышь, да ты совсем сбрендила, баба⁈

— Тогда проваливай, — снова пожала я плечами. Свинью за меньшую сумму я точно не оставлю!

— Да ты!.. — он снова кинулся ко мне, замахнулся, но был остановлен крепкой мужской рукой. На улице похолодало.

— Что здесь происходит? — обманчиво-мягким тоном спросил Кердиас, разглядывая сжавшуюся меня и злого мужика.

В полной тишине мы сидели за всё ещё грязным столом и переглядывались.

— Моя жена права, только ей принимать решение о том, будете ли вы здесь находиться, — вздохнув, начал Кердиас, обращаясь к мужику. — И стоимость устанавливает она сама, я даже вмешиваться не буду. Вы можете заселиться на постоялый двор, раз вам не нравятся расценки и правила этого дома.

Мужик вскинулся, но один взмах рукой Кердиаса — и тот потух и снова уставился в стол.

— Дальше. Я не отказываюсь предоставлять ваши интересы перед службой безопасности, однако расценки повышаются до стандартных. Вы пытались поднять руку на мою собственность.

Я поперхнулась от формулировки, но возникать благоразумно не стала. Не сейчас. Хоть как пусть называет, пока защищает. Хотя про предоставление интересов удивило. Неужели Кердиас адвокат? Или как это в этом мире называется.

«Защитник прав», — подсказал браслет.

— Ну я же это, слышь, не специально, — пробурчал мужик, почесав грязную шею. — Она же просто баба!

— Она моя баба! — особо выделив «моя» холодно сообщил Кердиас. Я сжала покрепче зубы, чтобы не морщиться. Понимаю, что в этом мире «баба» оскорблением не является, но меня коробило от него.

В доме тоже ощутимо похолодало. Интересно, почему Кердиас работает всего лишь защитников прав, если он маг? Ну явно же маг! Надо будет у него поинтересоваться. А ещё очень интересны его расценки, раз он может себе позволить большие траты. Хотя мне вроде пока и не надо… По крайней мере, первый год жизни здесь. Ему и так приходится бесплатно разбираться с моими нарушениями закона.

— Ладно, ладно, понял я. Съеду в постоялый двор. Оплачу после дела. Но ты же помнишь, да, три дня есть только.

— Помню. Я справлюсь, — коротко ответил Кердиас. Мужик поднялся, почесал… м-м-м… кое-что ниже живота и вразвалочку отправился на второй этаж.

— Он же забирает вещи и уходит, так? — подозрительно покосилась я на мужа. Тот кивнул. — Ура! А он вообще кто?

— Муж прошлой хозяйки лавки.

— И что ему здесь надо?

— Следствие разбирается в смерти легары. Пока он главный подозреваемый, так как он дал своей жене все разрешения на торговлю. Ну и связаться с моарой нет возможности, поэтому за неё ответ понесёт он.

— И что ему грозит?

— Казнь, — пожал муж плечами. Я поёжилась. Мужик, конечно, свинья редкостная, но он же не виновен в том, что произошло.

— А ты что можешь сделать?

— Если получится доказать, что он не давал разрешение на торговлю запрещёнными зельями, то наказание сменится всего лишь на срок и штраф. Отработает в каменоломнях лет пятьдесят и вернётся к своей жизни.

— А что насчёт моары? Её будут искать?

— Здесь сложнее, — Кердиас вздохнул. — Наша власть уже лет сто не поддерживает контакт с другими мирами. А она явно была иномирянка. Если у меня получится это доказать, то возникнут вопросы к тебе, так как по документам ты её дальняя родственница.

— А можно не надо это доказывать? — жалобно попросила, вспомнив про утопление.

— Я и не собирался. Но тогда моара останется безнаказанной. Будет считаться пропавшей, какое-то время поищут, потом перестанут.

— А вот его, — я кивнула в сторону мужика, который как раз волочил по полу торгового зала к выходу грязную большую сумку, — не наказали бы, если бы узнали, что жена иномирянка?

— Нет, его свадьба, как и моя, прописаны меткой. А меткам сопротивляться нельзя.

— А почему вообще иномирян не любят?

— Да не то чтобы не любят… Когда все стали понимать, что голод и разруха в мире — это надолго, многие просто стали собирать семьи и вещи и бежать с материков. И маги в том числе, особенно маги земли, которых нагружали практически до выгоревшего резерва. Власти забоялись и запретили все перемещения между мирами, закрыли порталы, ввели законы. Одному миру, куда ушло больше всего, чуть не объявили войну, но смогли договориться так, что те пришлют своих магов ровно столько, сколько наших к ним ушло. Те согласились, но присылать стали только преступников. На нашем материке особенно много их было, так как мы стоим в центре. Всех этих переселившихся в итоге пришлось казнить, они грабили, убивали, подбивали обычных людей к государственному перевороту. Отчаявшись, король просто ввёл закон по истреблению иномирян. Северный материк подхватил этот закон, но те просто любят кого-то убивать, самая воинствующая раса живёт там.

Я молча слушала и старалась дышать через раз. Совсем как в детстве, когда бабушка смотрела телевизор и забывала меня выгнать спать после новостей. Как там было чревато о себе напомнить и быть изгнанной из комнаты, так и здесь страшно сбить мужа, пока в него демон-говорун вселился. Ну а как иначе это ещё назвать? Уже сколько дней перестал на меня фыркать и просто объясняет, ещё и с каждым разом подробней! Вот ещё перестал бы меня называть бабой и собственностью, и цены бы ему не было. И уважать бы начал. И… Хотя ладно, спасибо и на том, что есть.

— Нынешний король принял трон совсем недавно, — продолжал объяснять Кердиас, — и вот он, возможно, отменит этот закон. Но когда это ещё будет. Последний раз зафиксировано прибытие иномирянина было целых сорок лет назад, поэтому закон будет явно не в приоритетной очереди на изменения. Сначала он хочет победить рабство на материке.

— А ты поддерживаешь эти изменения? — здесь мне уже было интересно просто лучше понять мужа. Если скажет, что нет, то я сильно разочаруюсь. Или не сильно, очароваться им я не успела. Но то, что ростки уважения вновь зачахнут — это факт.

— Да, — к моему облегчению, Кердиас кивнул. Уже хорошо.

— А рабские ошейники тогда можно будет снять?

— Не сразу. Пока только он успел закрыть все живые рынки, усилить охрану и проверки в портах. И то люди начали роптать. Если сразу их лишить и рабов — будет переворот.

Как бы противно ни было, но здесь он мог быть прав. Я тоже обычно предпочитала идти к большим маленькими шагами, чтобы наверняка дойти. Чтобы не успеть выдохнуться, перегореть, устать. Такой подход всегда приводил меня к успеху. А вот бездумно рвануть вперёд — нет, такое успешно не заканчивалось ни разу. Так и здесь. Изменение законов всегда стресс, а так, плавно и постепенно, он завершится легче, чем могло бы быть.